Н.С. Черниговская
15.04.2016 г.

  На главную раздела "Экология сознания"



Пожарный патруль


          На тему обращения с огнем было показано несколько анимационных фильмов. Особого внимания жюри заслужил мультик «Пожарный патруль». Он учит детей обращаться с огнем. Фильм добрый, умный и смешной. А главное, дана наглядная информация, что можно, что очень опасно, а что однозначно нельзя.

          Другая анимация о роли воды и дипломатии, называется «Сохраним голубую планету». В этом фильме обыграны два важных вопроса, касающихся взаимодействия между природой и человеком и между разумными существами. Один — об активном отношении человека к охране природных богатств планеты. Другой — показывает детям силу дипломатии: учит их доброжелательному отношению к своему оппоненту в процессе мирных переговоров. Фильм наглядно показывает, как можно даже очень сложные вопросы решить, не прибегая к угрозам и агрессии. При доброжелательном и уважительном отношении двух сторон друг к другу, можно добиться понимания, даже если вести переговоры приходится с инопланетянами.

Кому помешал лесник?


          Естественно, что лесник необходим только лесу. А вот людям, бизнесменам, получающим с продажи древесины немалую прибыль, лесник — помеха.

          Сохранение лесов планеты, действительно важнейшая тема современности. Тема лесников и лесничеств поднимается на каждом кинофестивале экологического фильма. Фестиваль нынешнего года — не исключение.

          На одном из предыдущих фестивалей я узнала, что должность лесничего, хозяина леса, со всеми его былыми полномочиями, давно была упразднена. Правда, прежние лесничие остались на своих местах, но без былых полномочий. Они теперь если и были, то вроде бы «свадебного генерала» на празднике. Институт лесничеств развалился вместе с Советским Союзом, когда леса и полезные ископаемые были государственной собственностью. А сейчас — в частных владениях. Отсюда и проблемы.

          На втором или третьем кинофестивале был показан фильм о том, что сейчас происходит с сибирской тайгой и о судьбе кедра, который погибает без ухода специалистов.

          Этот фильм многим заполнился. На меня он произвел на всех зрителей сильное впечатление. Трудно было остаться спокойным, когда видишь на экране, что происходит с лесными угодьями. Особенно потряс меня рассказ старого лесничего.

          — Сейчас, — сказал он с горечью, я прав никаких не имею, название одно, что лесничий. Все теперь стало возможно, была бы бумага! Лесничий не вправе запретить рыбалку, охоту в тех местах, где не положено, и в то время, когда это еще не разрешено.

          Привозят бумагу, разрешающую вырубку, и рубят. Охотники приезжают большими группами, привозят бумагу, что охота или рыбалка разрешена, и делают, что хотят. Раньше были законы, правила, — говорил лесник с возмущением, — Браконьеров штрафовали и даже уголовно наказывали, а теперь все разрешено. Кем разрешено, конкретно, хотел бы я знать? На бумагах только подпись, которую не разберешь, на печати организация, давшая разрешение, не указана. — Лесник вздохнул, и будто выдохнул:

          Лесничий теперь никаких полномочий не имеет. Он не имеет права, даже запретить неплановые вырубки. Теперь разрешено то, что в былые времена называлось «браконьерством». Лес вырубается, но не восстанавливается.

          Я тут последний лесник, отойду от дел — и лес останется полностью без присмотра. Многие тут порадуются. — Он махнул рукой, мол, да что тут говорить, если порядка нет, то и не будет…

          Повернулся, и пошел по тропе, сгорбившись, будто ношу непосильную тащит. И не оглянулся ни разу.

          Этот рассказ, был похож на случайно вырвавшийся стон от долго сдерживаемой боли. И у меня возник вопрос, при делах ли сегодня министерство, в полномочии которого находился российский лес? Может быть, и это упразднено? Тогда у кого конкретно сейчас сосредоточены все полномочия по российским лесам? Интересно было бы знать также, кто сейчас выдает разрешения, о которых говорил лесничий? Кто их подписывает? Какая организация ставит на этих разрешениях свою печать?

          К сожалению, пока ответов на эти вопросы нет, но мне кажется, что все же появятся на одном из будущих фестивалей фильм, где на эти вопросы ответы будут.

          Я заметила, что фильмы иногда поднимают злободневную тему, сняты хорошо, но информация о том, почему происходит так. Кто конкретно отвечает за это? Нужны конкретные лица. Они должны с экрана ответить на все возникшие вопросы по ведомству конкретного ответственного лица.

          По-моему, в чем-чем, а недостатка в ответственных лицах в нашей стране нет. Управленческий аппарат не сокращается, а напротив, растет. Может быть излишек чиновников, занимающих ответственные посты, в столицах и крупных городах но не способных навести в своем ведомстве порядок, не способных ответить за свои действия и решения сократить до необходимого количества, а их заработную плату дать лесничим/? Увеличить штат работников природоохранных должностей, в компетенцию которых входил бы серьезный надзор за исполнением законов7

          Возникает естественный вопрос, почему о том, как у нас ведется хозяйствование, совершенно нет информации в ежедневных новостях? Почему СМИ кормит население страны только катастрофами, криминалом и происходящими в мире военными конфликтами. Все уже устали от крови, льющейся с экранов телевизоров. Кто , хотелось бы знать конкретно, формирует такие новости? Качество информации, ее тематика — это тоже вопрос экологии жизни, между прочим.

          Думаю, что не только меня потрясло интервью «последнего сибирского лесника» Какой же горечью наполнена были его речь! Какая растерянность читалась в его глазах! С какой болью прозвучали его слова о том, что сейчас древесина — ценится выше живого леса, потому что она — это валюта. Естественно, что арендаторов, временных владельцев, интересуют только древесина, которая высоко оплачивается за границей. А живой лес, уход за ним, восстановление интересует истинных лесничих.

          Из нашей жизни уходят производители. Их вытесняют торговцы — частные предприниматели. Торговцы и производители платят одинаковые налоги. Это неправильно. Производителям нужно наладить производство, это требует вложений и времени. А торговцы берут готовый продукт у производителя, увеличивают его стоимость, и сразу получают прибыль.

          А насчет арендаторов, мне кажется земля, леса, водоемы, полезные ископаемые, по логике вещей должны принадлежать не частным людям и компаниям, а государственным производителям. И даже на время, а может быть, тем более на время не должны оказываться в частных руках. Если мне не изменяет память, в Конституции не менялся закон о собственности. Может быть, вносились поправки, но тогда должна быть информации о том, когда и кем.

          Приведу еще один монолог. Я его записала его, еще работая на радио, когда делала серию передач на экологические темы. И поскольку, там речь идет тоже о судьбе сибирского кедра, даже есть кадры, подтверждающие слова этого пожилого сибиряка, в принципе он говорит о том же самом. Его душевная боль буквально перекликается с закадровым текстом этого фильма. И поскольку этот фрагмент сохранился, я нашла уместным привести его здесь. Тем более, что пленка, буквально, рассыпается.

          Речь идет о судьбе сибирского кедра.

          — Раньше кедры рядом с деревнями сажали, рассказывает исконный сибиряк.- Кедры почиталось. Это дерево у сибиряков считалось священным. От ветров селение спасало. Когда кедры росли вокруг деревни, уютнее, теплее было. Кедр охранял селения от снежных заносов и кормил людей. Кедровое масло одно чего стоит. А орехи? И продавали, и ели, сколько хотели. Каких только блюд из них не придумывали. И знать не знали, что такое цинга. А сейчас деревни-то неприкрытые от ветров, будто голые зимой стоят. А ведь какие раньше кедры росли, любованье одно. Высокие, стройные, пушистые. И шишек на них было видимо, невидимо. Я мальчишкой тогда был, но хорошо помню, с каким почтением люди к кедру относились. Тогда неблагодарность людьми осуждалась. По совести люди жили. А сейчас безнравственность нормой стала. — Дед задумался. Помолчал и продолжил. — Теперь за орехами далеко в тайгу идти надо. Да и деревья уже не те. Лесников нет. Ухаживать за лесом некому. Зверей бьют, рыбу глушат, лес вырубают, а то и жгут, чтобы скрыть беззаконие. Не стало у людей совести.

          И уважение к природе-кормилице вместе с совестью сгинуло, — продолжал старик, — откуда у человека эта гордыня взялось, непонятно? Кем себя вообразил? Что хочет, то и делает. Видно не понимает, что не природа в человеке живет, а человек в природе, что оно кормит людей, а не люди ее. Сгубит человека гордыня и глупость, если не одумается. Разве все вокруг только для него одного? Что хочет, то и делает, рыб взрывчаткой губит, зверей отстреливает без всякой меры, воды разливает, где пожелает, а они потом в болота превращаются. Не понимает видно, что природа-то и без человека обойтись может, а вот человек — то без нее разве проживет? Подумал бы, что планету губить, все равно , что себя и своих близких. Воздух, вода, пища откуда? Это горожане привыкли все в магазине покупать. Пищу и воду там покупают. Ну а воздух? Если до этого дойдет, что воздух продаваться будет, то пиши — пропало.

          А человеку все мало. И чем он Земле- то платит? И дел у него только: брать, брать, брать! Даже о своем роде не думает. О внуках, правнуках не заботится. Они-то где будут жить?

          Да ведь и то сказать, это же не деревенские люди так-то, к природе! Городские, богатые. Надеются, у себя все погубят, а сами за границу? Леса свои в деньги переводят. А деньги в чужие банки кладут. Их-то деньги там, за границей и работают. Вон телевизор-то посмотришь, только руками разведешь, что делается, и делают это люди и не молодые уже, степенные, с образованием, с должностью в правительстве, высокие посты занимают. И чего им не хватает? У себя же и воруют.

          Сами-то в тайге хоть раз бывали? Красотой этой любовались.? Не ведают истинной-то ценности тайги. Вот и губят ее. Будто все только валютой измеряется. Сами –то, конечно, они лес не рубят, нанимают приезжих, а тем-то что, не их богатство. Только деньги теперь у людей на уме и в душе остались, только им цену знают. А цена-то деньгам из всех ценностей — самая дешевая. Люди-то, будто зельем каким опоены, диву даешься, что делают, что творят! В старину их нелюдями звали. — Дед замолчал, оперся на палку, в землю смотрит. Потом взглянул в небо, и будто выдохнул. Люди Бога забыли, вот совесть и покинула их. От алчности все беды, от неведения, от пороков — говорили в старину.

          Была бы вера, так и совесть бы никуда не делась. По совести-то, если у кого берешь, так воздать надо. Если у природы берешь, так будь благодарен и восстанови , что взял. Срубил дерево, так посади два. И для себя , и для сына. Ешь орехи береги кедр. Разве в старину рубили кедры-то. Кто же кормильца-то губит? — старик горько вздохнул и замолчал, потом посмотрел на меня и улыбнулся. — Вот старый дурак, попусту ведь говорю, понимаю. И так все это знают. Знают и делают. Разве словом-то остановишь? Законы нужны. И не только что писаны были, чтобы надзор велся за их исполнением. А сейчас что, говорит. Да душа очень уж болит.

В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить