19.06.2010 г.

  На главную раздела "Публицистика"


  

На главную раздела "Научные работы "

 

III. СУЩНОСТНЫЕ АТРИБУТЫ РУССКОГО КОСМИЗМА И ИХ ПРЕТВОРЕНИЕ В СОЛИДАРИЗМЕ И ГЕОКИБЕРНЕТИКЕ (часть 5)

 

     Ист.: http://nuclphys.sinp.msu.ru/pilgrims/cr12.htm   На новый уровень – если не по существу, то по авторитетности поддержки Идеи – задачу достижения бессмертия человека вывел один из крупнейших биологов страны (тогда – Советского Союза) – ботаник и растениевод, в течение 17 последних лет своей жизни бессменный Президент Белорусской академии наук Василий Феофилович Купревич (1897 – 1969). Именно в заключительные годы жизни учёный активно анализирует проблему бессмертия человека и активно пропагандирует эту идею. Как отметили составители антологии «Русский космизм» (1993, с. 345) «он стоит на той точке зрения, которую настойчиво проводил Фёдоров ещё в прошлом веке: смерть не изначальна в природе, она явилась приспособительным средством, выработанным в процессе эволюции. Но в человеке этот эффективнейший механизм усовершенствования рода – через смену поколений – не просто исчерпывает себя, через него уже не достигается невольного прогресса, ибо вступает активная, преобразующая мир и себя сила – разум, по самой своей сути требующий бесконечного личного совершенствования. Смерть более всего неприемлема именно с точки зрения личности, наделённой чувством и сознанием… Осознание неизбежности смерти… рождает внутренний трагизм сознания и существования человека, который и должен быть преодолён [бессмертием человека]».

       Свою научную позицию В. Ф. Купревич обосновывает достижениями биологии. Он отмечает, что механизм обновления органической клетки существовал на ранних стадиях развития живого вещества на Земле и сохранился до настоящего времени в одноклеточных организмах – те обладают способностью к обновлению, постоянному омолаживанию своего тела. А раз так, то наверняка таким способом могут омолаживаться и многоклеточные организмы. Но не сами по себе, в процессе естественного совершенствования (природа этого делать не будет, ибо сделала иной – через смерть организмов, через обновление поколений – способ совершенствования форм жизни), а искусственно, путём научного поиска такой возможности и внедрения этого механизма в практику существования человека. Как и Н. Фёдоров, В. Купревич подчёркивает, что нет теоретических запретов к долгожительству и бессмертию, а «главным препятствием на этом пути стоит психологический барьер, мешающий большинству людей даже внутренне, в желании и мечте, покуситься на смерть. Как Медуза Горгона, смерть пока приводит в каменное оцепенение всех, и “учёных”, и “неучёных”, говоря словами того же Фёдорова» (Русский космизм, 1993, с. 347).

       Важным – если не наиважнейшим – атрибутом русского космизма является уже называвшееся ранее в настоящей статье представление о всеобщности мира – земного и космического. Эта мысль прослеживается практически у всех русских космистов, начиная с А. Н. Радищева, представлявшего, как уже упоминалось, единство мира, в котором венцом является человек – носитель разума, духовности и сердечности. У Александра Васильевича Суховό-Кобылина (1817 – 1903), ещё одного русского космиста, а не только выдающегося драматурга, каковым мы его чаще всего представляем, это вылилось в представление о Всемире – всеобщем поле возможного человеческого существования, состоящем из трёх частей – теллурической (земной), солярной (в пределах Солнечной системы) и сидерической (общекосмической, в пределах всей Вселенной). И, конечно, красной нитью эта идея проходит через всё учение об общем деле Н. Ф. Фёдорова, о чём уже неоднократно говорилось выше.

       Общий характер идеи о единстве земного и космического миров, присущий ранним космистам, органически – что вполне закономерно – дополняется естественно-научными и метафизическими доказательствами и размышлениями их продолжателей. В этом отношении особо значимыми стали исследования космоземных, прежде всего солнечно-земных, физических связей, выполненные выдающимся учёным во всех ипостасях единства физики и биологии – в геофизической, биофизической, космофизической, гелиобиологической, космобиологической и аэроионной областях, Александра Леонидовича Чижевского (1897 – 1964). Этот учёный-космист был хорошо знаком (с апреля 1914 г.) с Константином Эдуардовичем Циолковским, которого считал своим идейным наставником. Тот же, в свою очередь, всячески поддерживал молодого учёного, в том числе защищал от нападок разного рода ретроградов, включая и политизированных (так, в 1924 г., после публикации в Калуге книги Чижевского «Физические факторы исторического процесса», когда на автора набросилась свора учёных-политиканов, Циолковский опубликовал в местной газете «Коммуна» статью в поддержку учёного-новатора). Следует отметить, что сотрудничество Циолковского с Чижевским в целом весьма символично, так как таким образом создаётся цепочка, первое звено которой образует ещё один великий калужанин – несколько лет проработавший учителем в школе города Боровска Калужской губернии (где также работал и Циолковский до перевода в Калугу) молодой Николай Фёдоров.

       Кстати, опять же, как и многие его современники, жившие в ленинско-сталинскую эпоху «доблестного» социализма, Чижевский пострадал от деяний преступного коммунистического режима: 15 долгих – начиная с 1941 г. – лет сталинских лагерей – сначала на Северном Урале, потом в Караганде, после чего – период тяжёлых болезней с практической бесплодностью в научном плане. А ведь до ареста Чижевский за свои выдающиеся исследовательские заслуги признавался международным научным сообществом «Гражданином мира» (по этому поводу был принят специальный меморандум на Первом международном конгрессе по биофизике и биокосмике, состоявшемся в 1939 г. в Нью-Йорке, на котором Чижевский должен был быть Председателем, но на который его не пустила партийная власть страны Советов).

       А. Л. Чижевский первым доказал – сделано это было на огромном статистическом материале – существование тесной связи между космическими явлениями и процессами, протекающими на Земле, причём, как в мире живого вещества, так и в неорганическом мире. Он впервые показал, что электромагнитные поля, образующиеся в результате периодической активизации Солнца, возникающей примерно каждые 11 лет (это было известно и до него), влияют не только на биологическую жизнь, но и на социальную. В первом случае заметно учащаются различные неблагоприятные природные явления – эпидемии, болезни растений и животных, катастрофическое размножение вредителей сельскохозяйственных культур и проч., а во втором – возникают всевозможные социальные возмущения, в том числе революции, среди которых и Великая французская 1789-го года, и 1848-го, и 1905-го, и так называемая Великая октябрьская социалистическая 1917-го. Не удивительно поэтому, что такой крамолы большевики-ленинцы во главе со Сталиным не могли простить Чижевскому (ведь они, будучи марксистами, как известно, утверждали, что революции возникают закономерно, сугубо по историческим причинам, только в результате объективного развития форм экономико-политического устройства общества, то есть по причине ужасного положения пролетариата, голода населения, плохого санитарного состояния жилищ и городов и проч.).

       Метафизическую концепцию единства мира на основе существующей на Земле и в космосе некоей субстанции, которой присущи биоэнергетические – или, точнее, биопсихические – поля, составляющие единое непрерывное – говоря научным языком, континуальное – биопсиполе, предлагает наш современник (род. в 1921 г.), философ-логик и медик (пусть и с подготовкой на уровне медицинского техникума) из Белоруссии Алексей Климентьевич Манеев. (Фактически, судя по смыслу, вкладываемому автором в понятие субстанции, это есть ничто иное как божественное образование, или, конкретнее говоря, сам Бог; полагаю, что в условиях «советского реализма» – или, точнее, в условиях советской политической реальности – учёный был вынужден прибегнуть к эзопову языку.) Между биопсиполем и душами людей существует взаимная связь, после биологической смерти человека его душа излучается в биопсиполе. В этом Манеев видит условие для достижения индивидуального бессмертия человека. Биопсиполе является также «материальной» основой для передачи информации биоэнергетического и биопсихического происхождения. В последнем заключена биофизическая космичность биопсиполя.

       Интересным и весьма необычным является тот факт, что среди русских космистов есть и безбожники-атеисты. Таков младший современник и приятель-сослуживец В. И. Вернадского (некоторое время они совместно работали на Днепровской биостанции Киевского университета и вместе создавали Украинскую академию наук), ботаник и физиолог растений Николай Григорьевич Холодный (1882 – 1953). Этот учёный не только отвергал божеское участие в процессе эволюции жизни, но и подвергал сомнению правоту многих своих предшественников-космистов в представлениях об антропоцентризме космоса (что, например, настойчиво утверждал тот же Н. А. Бердяев). Н. Г. Холодный говорил об антропокосмизме мироздания, то есть о равновеликости природы и человека. Что, пожалуй, правильно с позиций земного естествознания, но неверно с точки зрения представлений о богочеловеческой атрибутивности человека как активно-творческого космического явления.

       Охватывая общим взглядом состояние русского космизма, прихожу к выводу двоякого рода. С одной стороны, о том, что теоретический уровень этого учения, безусловно, чрезвычайно высок, так как продумано большинство нюансов собственно самой теории: и сугубо философские, и научные (прежде всего физические, биологические, медицинские, геологические), и теологические (религиозно-философские), и даже инженерно-технические. Но с другой, возникает и иная мысль, можно даже сказать, в определённой степени противоположная в качественном отношении, а именно: я не нахожу (может быть, просто плохо искал?) в работах космистов ответов на два сакраментальных – известных, типичных и, тем не менее, практически всегда не решаемых теоретиками вопроса – «Кто это всё будет делать?» и – главное – «Как это сделать в организационно-практическом плане?». Складывается впечатление, что мы имеем случай наподобие с известными военными стратегами, которые планируют действия своих армий без учёта реальной ситуации (в этом случае, как известно, часто говорят: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги»).

 
    На оглавление    Продолжение
На главную раздела "Научные работы "

 

 

 

 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить