19.06.2010 г.

  На главную раздела "Публицистика"


 

На главную раздела "Научные работы "

 

III. СУЩНОСТНЫЕ АТРИБУТЫ РУССКОГО КОСМИЗМА И ИХ ПРЕТВОРЕНИЕ В СОЛИДАРИЗМЕ И ГЕОКИБЕРНЕТИКЕ (часть 2)

 

       В русском космизме речь идёт не об элементарном выходе человека в околоземное космическое пространство, которое не требует решения задач коренного изменения физических кондиций, нравственной сущности и интеллектуальной наполняемости человека (для этого вполне достаточно существующего биопсихического содержания и интеллектуального потенциала человека). Рассматриваемое здесь идеалреалистическое учение утверждает задачу освоения всей Вселенной, что уже требует существенной коррективы и физиологической сущности человека, и его этико-психической составляющей, и уровня научно-технического прогресса человечества.

      Среди сопутствующих задач наиважнейшей является называвшаяся уже выше, а именно задача создания совершенного во всех отношениях человека; в религиозной транскрипции – богочеловека; во всех отношениях – значит, совершенного и в духовно-нравственном, и в физическом, или, точнее, в физиологическом, отношении.

Требование выработки критериев и соблюдения норм нравственности проходит красной нитью через всю историю космизма как теории. Эта нить лишь изредка прерывается отдельными не совсем корректными представлениями о способах решения каких-либо проблем. Как, например, игнорированием К. Э. Циолковским возможности будущей «благодати бессмертия» для людей, недостойных этого (вероятно, в этом случае сказалась философия известного социалиста-нигилиста Д. И. Писарева, под влиянием которой долго находился молодой Циолковский). Или «нечувствительность» этого учёного к обычно присущему космистам требованию сохранения индивидуальных черт личности при воскрешении человека (согласно его концепции так называемой «атомарной трансформации» человека; кстати, весьма похожей на представление о возможности клонирования человека из одной клетки, содержащей всю необходимую для этого генетическую информацию).

      Примат нравственности проявился уже в первотолчке всего русского космизма, а именно в отмеченной выше первопричине возникновения этого учения в представлениях Н. Ф. Фёдорова, который ставил во главу угла необходимость искупления вины людей перед своими родителями, уходящими из жизни достаточно рано во многом в результате необходимости траты большого количества жизненной энергии на поддержание жизнеутверждающих сил своих детей.

      О необходимости усиления нравственности человека говорили и такие предшественники Николая Фёдорова, как упоминавшиеся уже А. Н. Радищев со своим предтечей – немецким философом-идеалистом И. Гердером, и кн. В. Ф. Одоевский, предшественником которого был другой немецкий философ-идеалист – Ф. Шеллинг. Так, Радищев, издавший в 1792 г. интереснейший трактат «О человеке, его смертности и бессмертии», говорит о долженствовании приоритета развития разума, духовности и сердечности человека над удовлетворением его материальных потребностей, а Гердер, отмечая нравственное и физическое несовершенство человека, утверждает необходимость его совершенствования, вплоть до превращения в подобие Бога. Эти философы говорили также о несправедливости природы, сделавшей жизнь человека чрезмерно короткой, в течение которой он не в состоянии полностью совершенствоваться, чтобы приносить обществу максимальную пользу, и в итоге утверждали возможность и необходимость обладания человеком свойства бессмертности.

      Владимир Фёдорович Одоевский (1803 – 1869), впервые в истории русской культуры работавший в жанре философского фантастического романа, в своих основных «космистских» книгах – «4338 год» (издана в 1840 году) и «Русские ночи, или О необходимости новой науки и нового искусства» (1844 г.), обосновывает мысль о связи человеческой и природной – земной и космической – судьбы (тем самым фактически предшествуя экологическому алармизму-«тревогобитию», отцом которого принято считать – как видим, недостаточно обоснованно – амер. географа и эколога Д. Марша, опубликовавшего свой знаменитый труд «Человек и природа» лишь в 1864 году). В первом из романов Одоевский говорит, что и через две с половиной тысячи лет человечество продолжает относиться к природе нахлебнически, в основном безудержно эксплуатируя её, и предупреждает в этой связи о самых печальных последствиях, в том числе о каре небесной в виде кометы, которая через год, в 4339 году, должна, по расчётам астрономов, врезаться в Землю и погубить на ней всё живое, в том числе и человечество. В трактате «Русские ночи» Одоевский, помимо этого, ратует за синтез «науки, искусства и религиозного чувства», что весьма показательно в смысле наличия отмеченных ранее органичности космизма и энциклопедичности космистов.

      Фридрих Шеллинг утверждал, что человек начинает свою деятельность с ощущения, затем переходит к созерцанию, представлению, суждению и, наконец, на высшем уровне – уровне разума – он осознаёт себя в качестве самодеятельной творческой силы, преобразуя природу согласно своей воли, а высшей формой проявления воли человека является нравственная деятельность. Следуя этой логике своего кумира, Одоевский подводит своих читателей к мысли о нравственности изменения природы с целью её оптимизации, в том числе при интенсивной эффективной эксплуатации.

      Важнейшей особенностью «космотехнической» философии проф. Н. А. Умова, о которой будет сказано далее, был нравственный ориентир любой практической деятельности, выражающийся в сформулированном им выражении: «Не делать зла ни в коей мере, делать возможно больше добра».

      Однако наивысшего расцвета, наибольшей стройности и теоретической обоснованности идея нравственности достигла в работах таких религиозных философов-космистов, как В. С. Соловьёв, С. Н. Булгаков, Н. А. Бердяев и П. А. Флоренский. Первый из них – Владимир Сергеевич Соловьёв (1853 – 1900), рано пришёл к идее Софии – Божьей благодати, Божьей мудрости, сошедшей на человека и делающей его богочеловеком. На этом основании выросло представление о практическом приложении богоизбранности, обόжения человека в процессе преобразования мира, в том числе в деле освоения Космоса. Это представление сформировалось у философа после его личного знакомства с Н. Ф. Фёдоровым в начале 1880-х годов и прочтения одной из его рукописей, в которой тот излагал свои космистские идеи бессмертия человека, воскрешения предков, глубокого нравственного совершенствования людей.

      Важнейшей особенностью философии Вл. Соловьёва является постулат о предельном синтезе интеллектуальных достижений человечества. Уже в самых ранних своих статьях и, особенно, в магистерской диссертации, блестяще защищённой в 1874 г. в Петербургском университете, философ ратует за примирение разума с верой, за единение религии, науки и философии, за синтез достижений западноевропейского естествознания и мистических созерцаний Востока. В 1878 году Ф. М. Достоевский знакомит Соловьёва с основными положениями учения Н. Ф. Фёдорова, которые оказываются во многом близкими, после чего Соловьёв на долгие годы становится активным почитателем идеи космизма в её духовно-нравственной составляющей.

      На этом фоне поэтому достаточно неожиданной, но в определённой степени объяснимой, явилась метаморфоза Вл. Соловьёва, произошедшая с ним в последние два года жизни, когда он пишет книгу «Три разговора о войне, прогрессе и конце всемирной истории». Данная метаморфоза связана, думается, с одной стороны, со смертельной болезнью гения, приведшей к его психическому срыву, а с другой – с видимым отчаянием оттого, что в реальной жизни мало чего происходит на пути духовного совершенствования основной массы людей, о чём философ мечтал всю свою жизнь. Всё это и привело к его идейному падению – к отходу от философских установок всей предыдущей праведной жизни. В названной книге Вл. Соловьёв как бы подводит читателей к мысли о наказании Божьем, снизошедшем на жителей любимой им Европы за забвение Божьих заповедей. Европа, в изложенных представлениях, гибнет под ударами татаро-монгольских полчищ, а на её руинах торжествует Князь тьмы, антихрист. Впрочем, наследники творчества философа правильно поняли причины и поводы этой его идейной метаморфозы и, как результат, данный труд не оказал в дальнейшем заметного негативного влияния на них. В. С. Соловьёв вошёл в историю религиозной философии в качестве позитивного его представителя.


 

    На оглавление    Продолжение

 

На главную раздела "Научные работы "

 

 

 

 

 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить