Светлана Бестужева-Лада
18.12.2014 г.

  На главную раздела "Рассказы, новеллы, очерки"




Глава вторая. Чудеса без решета


          Районное управление внутренних дел, которым руководил мой друг, никогда не было оплотом спокойствия и здравого смысла, а сейчас и вовсе напоминало сумасшедший дом в миниатюре. В принципе, конечно, понятно: не каждый день совершаются убийства. То есть совершаются-то они, конечно, считай каждый день, но не так нагло и не при таком количестве свидетелей.

          Вот эти-то самые свидетели и сидели в коридоре перед кабинетом Стаса, выражая разную степень недовольства и нетерпения. Комфортно чувствовали себя, пожалуй, только две тетеньки сильно запенсионного возраста, которые рассматривали происходящее исключительно как внеплановое развлечения в своей довольно-таки тоскливой и однообразной жизни.

          Дежурный на входе встал по стойке «почти смирно» при появлении начальства, а меня, как и предполагалось изначально, просто не заметил. Равно как и все остальные сотрудники и посетители. Видел меня только Стас, но я его уже мало интересовала: ровно настолько, сколько требовалось, чтобы не отдавить мне ногу или не снести невзначай плечом. Я не обижалась: служба есть служба, особенно когда она и опасна, и трудна.

          — Граждане, прошу подождать еще пару минут, — обратился Стас к свидетелям. — Буду вызывать по одному.

          — Я уже час как должен быть на рабочем месте, — обиженно заявил толстяк, одетый сугубо по-летнему, в ковбойку с коротким рукавом и джинсы, которые каким-то чудом держались под его внушительным животом. — Справку хоть дайте, что я не по улице гуляю…

          Бедняге, несмотря на легкую одежду, было жарко. Октябрь в Москве в этом году выдался просто на удивление теплым и солнечным, а отопление уже включили. В результате в большинстве помещений можно было смело устраивать сауну.

          — Справки выдадут всем нуждающимся, — обнадежил Стас. — Павлюченко, займись. Анкетные данные с граждан собрал?

          — Так точно, товарищ подполковник, — отрапортовал Павлюченко — бравый молодой человек с погонами лейтенанта.

          — Вот по ним справки и выпиши, пока я опросом займусь.

          Павлюченко откозырял и отправился выписывать справки. По-моему, они были нужны только одному или двум людям из той полудюжины, что толпилась в коридоре. Остальные хотя внешне и проявляли недовольство, но на самом деле не имели ничего против того, чтобы под благовидным предлогом увильнуть от исполнения своих ежедневных обязанностей. «Забить на работу», как выражается сейчас молодое поколение.

          В кабинете у Стаса я выбрала чудненькое место: старое кресло-вертушку возле низкого и широкого подоконника. Сама я при этом оказывалась в полумраке, а вот остальные — наоборот, на пока еще ярком дневном свету. И приготовилась внимательно слушать: развитие событий занимало меня до чрезвычайности. Присутствовать при расследовании убийства мне пока еще не доводилось. Да, да, жалко, человека убили, но любопытство, тем более — женское, это совершенно неуправляемое чувство. И я уже ощущала некий охотничий азарт, присущий, пожалуй, всем дилетантам, ввязывающимся в какое-то совершенно не знакомое для них дело.

          Стас быстро просмотрел бумаги, лежавшие на столе, а потом начал вызывать свидетелей. Первым был одетый по-летнему толстяк — работник, сети супермаркетов «Параллель», как следовало из протокола допроса, который, как выяснилось, шел непосредственно за потерпевшим и едва не упал, когда ему под ноги рухнуло бездыханное тело. И больше ничего не видел. С мой точки зрения, незачем было напрашиваться в свидетели, чтобы сообщить такие «сверхважные» сведения, но у толстяка на этот счет было, как выяснилось, особое мнение.

          — Значит, больше вы ничего добавить не можете? — приличия ради осведомился Стас, намереваясь отпустить свидетеля.

          — Могу, — вдруг перешел на шепот толстяк, — но это сугубо между нами.

          — Инте-ересно, — протянул Стас. — Я вас слушаю.

          — Господин начальник, это тайна…

          — Я уже понял. Говорите, существует такое понятие как «тайна следствия».

          — На самом деле стреляли в меня, — выпалил толстяк.

          — Оказывается?! — с искренним изумлением отозвался Стас. — И вы знаете, кто и зачем?

          — Конечно знаю, — жарко зашептал толстяк, оглядываясь зачем-то по сторонам. — В ближайшее время я должен производить ревизию одного из наших отделений. Мне уже намекали, что если я буду… э-э-э… не слишком дотошным, то это оценят по достоинству.

          — А вы отказались?

          — Я порядочный человек, — надулся от гордости толстяк. — И не хочу идти в тюрьму вместе с этими жуликами из-за какой-то паршивой взятки.

          — Мало предложили? — участливо осведомился Стас.

          Мне тоже стало интересно, и я вгляделась в толстяка уже очень внимательно. Ну, конечно, за две тысячи евро я бы тоже не стала рисковать репутацией и свободой. Правильно он соображает: деньги смешные, а в тюрьме ему — с диабетом-то! — будет не хватать комфорта и хорошего медицинского обслуживания. Но еще интереснее было то, что он искренне считал: убить хотели именно его.

          — Дело не в сумме, — с достоинством ответил толстяк. — Дело в принципах. Они не смогли меня купить и решили убить. Все просто.

          — Назовите, кто и что именно… намекал, — попросил Стас.

          Толстяк замялся.

          — Две тысячи евро. Магазин в Измайлово. Обычные игры с левыми поставщиками и пересортицей, — негромко подсказала я.

          — Откуда вы знаете? — подскочил толстяк, глядя при этом на Стаса.

          Меня толстяк, естественно, не видел и не слышал. Я же обещала своему другу вести себя тихо и незаметно, а обещания нужно выполнять.

          — Служба у нас такая, — не стал вдаваться в подробности Стас, как бы случайно показав кулак в мою сторону. — Так вы считаете, что в вас стреляли…

          — Они наняли киллера! — уже в совершенной панике выпалил толстяк. — Они сказали, что если я не хочу по-хорошему, то…

          — То будет по-плохому, — закончил его фразу Стас. — Вы знаете, сколько нужно заплатить профессиональному убийце?

          — Откуда же…?

          — А как они работают?

          — По телевизору показывали. И что?

          — А то, что это явно не ваш случай.

          Толстяк побагровел.

          — Вы что, серьезно?

          — Вполне. К тому же перепутать с убиенным вас никак не могли.

          — Это почему?

          — А потому, что передо мной лежит описание потерпевшего. Мужчина лет тридцати, рост — сто семьдесят пять — сто семьдесят семь сантиметров, спортивного телосложения… Продолжать?

          — Могли промахнуться. Не в того попали.

          Толстяку явно страшно нравилась его собственная версия происшедшего и отказываться от нее просто так он не собирался.

          — Два раза не в того… Вы, кстати, выстрелы слышали?

          Толстяк покачал головой.

          — А кто за вами шел, заметили?

          Та же реакция.

          — Жаль. Ну, ваши показания записал, всё проверим. Уезжать из Москвы в ближайшее время не собираетесь?

          — Вроде нет.

          — Ну и славно. Воздержитесь от поездок, можете потребоваться. А ваши подозреваемые, скорее всего, просто ударятся в бега. Мошенничество — это одно, а заказное убийство — совсем другая песня. В смысле, статья. Ну, и срок, конечно. Засим — желаю здравствовать.

          Следующие три свидетеля — двое мужчин и одна женщина — подтвердили только то, что кто стрелял, они не видели, выстрелов не слушали — человек упал совершенно неожиданно, а они сами оказались в свидетелях только потому, что не успели вовремя убраться с места преступления.

          Мужики говорили чистую правду, а тетка врала, причем не по злому умыслу, а из-за слабо выраженной мозговой деятельности. Она слышала два негромких хлопка, но никак не связала их с последующими событиями. И видела не только падение тела на асфальт, но и внезапно появившееся во лбу у мужчины темно-красное пятно. Впечатление от увиденного оказалось настолько сильным, что напрочь отбило у этой свидетельницы не только память, но и возможность соображать вообще. В общем, клинический случай.

          Когда Стас отпустил ее, выражение лица у него было не слишком приветливое. И в принципе я его понимала: четыре очевидца убийства находясь в двух шагах от убитого, не видели ровным счетом ничего. Во всяком случае, такого, что можно было бы использовать для раскрытия дела.

          — Там остались еще две подружки-пенсионерки, — сообщил он мне, не поворачивая головы. — Чует мое сердце, наслушаемся… Они вообще были дальше всех от место преступления. Надеюсь, хоть не объявят, что покушались на них…

          — Не объявят, — утешила я его. — Но в любом случае, я бы внимательно посмотрела записи с видеокамер. Если, конечно, у последних оставшихся свидетелей никакой интересной картинки в голове не запечатлелось.

          — Иди к нам работать, — хмыкнул Стас.

          — Видеокамерой? — с педантичностью истиной арийки уточнила я.

          — Да ну тебя нафиг, Маринка! Не могу понять, как у тебя эти фокусы получаются. Или ты все на ходу придумываешь…

В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить