Модель структуры психики, объясняющая возможности тестирования на полиграфе
22.05.2011 г.

  На главную раздела "Безопасность"





Часть II. Как реализуется выбор сознания в качестве объекта тестирования

Чем сознание создает тестовую привлекательность

Надо ли добиваться актуальности сознания

          Для того чтобы понять, как правильно "обращаться" к сознанию тестируемого, рассмотрим место и роль сознания в иерархии психических форм.

          У человека на базе левого и правого полушарий мозга формируются определенные сферы психики, участвующие в образовании его психических свойств и состояний, отвечающие за формы психической активности, определяющие направленность, активность, результативность его деятельности. Для построения модели, показывающей место и роль сознания, будут использованы следующие парно взаимосвязанные, в то же время функционально противоположные формы психической активности: мышление понятиями и мышление представлениями, сознание и подсознание (последнее я бы назвал предсознанием), разум и рассудок (их несистемные определения см. в психологических словарях).

          Расположим эти компоненты психики в причинно-следственной иерархии (согласно собственным представлениям) относительно тех полушарий мозга, которые "отвечают" за актуальность этих компонентов психики. Полученная модель иерархии сфер психики показана на рисунке 2. Данная модель предполагает, что функции мышления, сознания, разума "базируются" на разных областях (участках) мозга (разные области мозга обеспечивают существование этих структур), они поддерживаются отличающимися биохимическими процессами. Мозговые центры, отвечающие за функцию сознания, по-разному формируют связи между центрами мышления и разума у разных людей по отношению к одним и тем же предпосылкам активности.

Пример изображения

          Модель показывает, что все познавательно-деятельностные процессы психики взаимосвязаны (вспоминайте, кто знал: "От живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к практике").

          По вертикали над левым полушарием показана формируемая на его базе иерархия сфер психики, определяющих и объясняющих наличие в поступках человека достаточно продуманной и осмысленной мотивации. По вертикали над правым полушарием — формируемая на его базе иерархия сфер психики, определяющих и объясняющих неявную, можно сказать, экстренную или чрезвычайную (по типу ситуаций) мотивацию человека.

          Эта модель подтверждается и анализом публикуемых мнений ученых о роли полушарий мозга: они считают, что левая половина мозга принимает участие в использовании слов для речи, а правая половина — в других процессах, в которых используются слова. Они утверждают, что правое полушарие является полушарием, от которого зависит автоматическое использование слов, а левое полушарие — это полушарие, где автоматическое использование слов сливается с их произвольным использованием. Другими словами, правое полушарие — это такая половина мозга, которая обеспечивает автоматическое использование слов, а левое полушарие — и автоматическое, и произвольное использование. Таким образом, в регуляции эмоциональных состояний главную роль играет левое полушарие. Данные, полученные учеными, позволяют им предположить, что эмоциональные состояния регулируются преимущественно структурами левого доминантного полушария, а эмоциональная экспрессия (выражение) в моторной и сенсорной части — структурами правого недоминантного полушария. У человека одна и та же область в правом и левом полушариях мозга устроена по-разному, поскольку основные речевые функции расположены слева. Ученые считают, что подсознательное тяготеет к правому полушарию, а дающее ему задания сознание — к левому. Мышление подсознанием с помощью представлений может быть видно из того, что отрицания "не" или "нет" в рекламе не читаются подсознанием, то есть подсознание не оперирует средствами формальной логики. Сознанию предоставлена роль — оно поддерживает правильное отображение действительности. Вместе с тем именно сознание человека представляет единственно реальный путь к сфере его потребностей.

          Предлагаемую в статье модель иерархии сфер психики следует понимать так. Сознание в силу своего места в процессах развития мотивации упорядочивает смыслы у индивида:
          — мышление обеспечивает синтаксические смыслы (объем и содержание представлений и понятий);
          — сознание на их базе обеспечивает семантические смыслы (объем и содержание личностных смыслов — мотиваторов);
          — разум на этой базе обеспечивает прагматические смыслы (объем и содержание осмысленных действий). Устойчивость психики заключается в наличии прагматики.

          Тем самым сознание служит для управления волевыми актами: оно регулирует силу волевых актов, поэтому мы говорим, сознательно человек идет на преодоление проблем или сознательно уклоняется от этого. Без игры сознания нет волевых актов. Сознание и воля находятся в прямо пропорциональной зависимости: больше сознания — больше воли. Но их нет также, когда нет мотива. Воля без мотива не проявляется. Воля — это сила мотива в проявлении через деятельность. Волевые акты тестируемый может применять для того, чтобы не допускать эмоциональных реакций от чувствительных вопросов. Значит, и это еще одна из основных предпосылок, при тестировании надо "обойти" сознание, "снять" его контролирующую роль над волевыми актами. Только сознание создает эффект функционально-логического нарастания/сложения приобретенных знаний, умений и навыков.

          Приведу свойства сознания, которые, как представляется, влияют на эффективность полиграферного тестирования:
1.    Сознание активно: отражает и возвращает воздействие субъектов и объектов.
2.    Сознание направленно: от субъекта на другой субъект(ы) или объект(ы).
3.    Сознание определяет (регулирует) силу действия мотивов.
4.    Сознание познаваемо: собственный психический опыт доступен для самоисследования, психические процессы допускают перенос и концентрацию внимания на них.
5.    Сознание модифицируемо: прошлый психический опыт определяет избирательность в текущих психических процессах, завершаясь новым опытом, они исправляют содержание сознания.
          Эти два последних свойства определяют возможности совершившего проступок успешно проходить тестирование на полиграфе.

          Здесь, опять же, следует отметить еще одну трудность для тестирования: сознание — механизм психического многообразия, а такое многообразие не только предпосылка для сохранения рода человеческого, но и предпосылка к модификации реакций самим тестируемым.

          Тестируемый для сокрытия прошлого негативного опыта пользуется, даже не зная того, тем, что сознание — это метазнание: знание о том, как применять мышление и другие атрибуты психики для переноса предшествующего психического опыта в настоящее для получения ожидаемого предстоящего результата и с учетом отношения к этому опыту. Скрывая, он решает, что надо делать с формальными знаниями (понятиями, суждениями, умозаключениями) о скрываемом событии и аспектами психической жизни, связанными с тем событием, состоянием, в определенный момент или период его жизни, осложненный тестированием.

          Можно в связи с этим (и это, наверное, одна из главных посылок) говорить об эффекте актуальности сознания. Под актуальностью сознания будем понимать такое соответствие содержания прошлого мыслительного и психического опыта настоящему времени, при котором степень отражения влияющих (повлиявших) на человека обстоятельств в осуществляемых (проходящих) у него мыслительных и других психических процессах будет максимальной. И еще одно общее положение: сознание актуализируется в социуме и актуализация отражает все прелести и пороки психической жизни вертикальной и горизонтальной стратификации социума.

          Отмечу еще раз, что потребности (базовые) первичны, а сознание вторично. Для того чтобы потребность породила направленную активность, необходимо, чтобы ее ощущение актуализировало сознание. Ощущаемая потребность порождает актуальность поиска предмета потребности, а сознание — рождает активность. При накоплении актуальности проблема активности может быть решена инстинктами/рефлексами и подсознанием.

          Тестируемый, которому есть что скрывать, минимизирует актуальность сознания. Нет актуальных смыслов в сознании — нет "платформы" для работы эмоций, нет и психофизиологической активности. Тестирующие же, наоборот, должны такую активность повышать. Актуальность сознания позволяет определять "следы" мотивации. Именно переживание мотивации вызывает эмоциональную реакцию. А эмоции — это форма проявления мотива через психофизиологические и психосоматические реакции/процессы. Это невербальный язык мотивов.

          Один из путей сделать сознание активным — "задеть" тестовыми вопросами смыслы сознания, отвечающие за честь, гордость, достоинство, самолюбие, самолюбование, самооценку, профессионализм и пр., подвигнув его тем самым на эмоциональные реакции, сделать его эмоционально восприимчивым к вопросам. Эмоции возникают тогда, когда есть переживание ожидаемого или состоявшегося результата/опыта.

          Указанный выше подход к использованию сознания для тестирования, предположительно, имеет "родственные" связи с программированием психики, под которым в литературе на эту тему понимается процесс планирования, компоновки, кодирования и ввода в психику человека информации с целью получения совершенно определенных реакций в виде мыслей, образов, состояний, желаний, мотивации и поведения. В отличие от манипуляции, где характер желаемого поведения объекта воздействия явно не определяется, при программировании психики ставятся четкие и конкретные цели, предполагающие определенные психические и поведенческие реакции.

Куда мы хотим направить информацию эмоций

Роль понятий в проявлении эмоций

          Поскольку эмоции являются необходимым фактором результативного тестирования, следует высказаться и о них. Полагаю, что сознание вырастает на почве эмоций и из эмоций, но эмоции не меняют содержание сознания — они делают его открытым. Эмоции открывают сознание. Поэтому следует считать, что эмоции делают сознание наблюдаемым!

          Определимся, что будем считать эмоциями в контексте излагаемого исследования. Эмоции — это психофизиологические реакции вегетативной (автономной) нервной системы и внутренних органов, контролируемых ею, на непроанализированное восприятие (мышлением, сознанием, разумом) определенного (входящего) стимула, актуализирующего переживание различий между прошлым и настоящим, настоящим и будущим состояниями индивида, отраженными в его психическом опыте. Смею заверить, что тот, у кого нет психического отражения актуального прошлого и/или актуального будущего, — не имеет источника эмоций. Можно также сказать: какие в детстве эмоции и их источники, такое в старшем и зрелом возрасте сознание.

          Данное утверждение согласуется и с научным пониманием эмоций и как определенного состояния центральной нервной системы, и как причины нервно-мышечных (мимических) реакций, направляемых симпатической нервной системой (часть автономной (вегетативной) нервной системы). Последняя стимулирует при эмоциях секрецию норадреналина и адреналина в организме, дает импульс к повышению артериального давления, газообмена, метаболизма, вызывает интенсификацию деятельности сердечно-сосудистой системы. Но при этом взаимосвязь эмоций и их выражения (экспрессии) не определяется прямолинейной причинно-следственной зависимостью — отсутствует жесткая корреляция. Многие эмоциональные экспрессии вызываются автоматически, и человек, как правило, не может их скрыть. Внезапная "краска стыда", так же как и бледность при испуге, являются реакциями, индуцированными автономной нервной системой. Так, страх обусловливает типичные мимические реакции, протекающие произвольно до включения сознательных тормозных аппаратов. Объяснение мимики эмоциями в настоящее время не встречает возражений. И поскольку природа эмоций первоначально связана с безусловными рефлексами, последние определяют и мимику. Эмоциональные состояния и мимика неразделимы. Вне общности и отношений общностей, отношений индивидов в общности и индивидов разных общностей различных природных видов эмоций не существует. Эмоции — универсальная система информации состояния и отношения, одна для множества языковых систем речи. Эмоциональная система старше языковых систем речи и ее иерархия выше. Эмоции — древнейший и универсальнейший язык общения, возникший раньше речи. Это язык общения между видами и индивидами одного или разных видов. Это не специфический язык — любой индивид любого вида испытывает одного характера эмоции (но разной силы) в одинаковых типах эмоциональных ситуаций. Эмоции — язык общения в группе/социуме. Эмоции объединяют группы в социумы! А также разъединяют, разлагают, разрушают. Физиологическое проявление эмоции — это перевод организма в новое состояние, адекватное смыслу воздействия, который прошел путь мышление — сознание — разум.

          Отсутствие эмоций не означает изменение или отсутствие сознания, но только недоступность его смыслов для окружающих. Эмоции, выражаемые речью, мимикой, локальными телодвижениями, есть продолжение психической активности другими, не физическими формами действий/активности. Мимика, локальные телодвижения — невербальное эмоциональное продолжение и/или сопровождение вербального поведения, выражаемого внутренней и/или акустической речью. Это продолжение или замещение мысли. Эмоции, их выражение речью, мимикой, телодвижениями служат цели показать объект психической активности, включенный в мышление, сознание или разум субъекта. Эмоции и характер их регулирования/проявления возникают по поводу или мыслимого, или актуализируемого, или достигнутого результата. Поэтому подготовка к тестированию конкретного индивида должна быть направлена на поиск его источников эмоций (это еще один из аспектов). Привлекательность эмоций как психофизиологического результата тестирования заключается в их корреляции с действием: если мысль есть предпосылка к действию (замышление действия), то эмоции, сопровождаемые речью, мимикой, телодвижениями — демонстрация: готовности к действиям, отношения к действиям, возможности действий, имитации или угрозы выполнения действий. А такие (и другие) варианты действий и являются искомыми при тестировании на полиграфе.

          Таким образом, будем рассматривать эмоции и как регулятор направленности активности, и как индикатор направленности активности, и как регулятор интенсивности (слабая, средняя, сильная) активности. Эмоции всегда предшествуют действию (если они есть).

Пример изображения


          Индивидуальная подготовка к тестированию определяется и индивидуальностью внутренней речи. Так, учеными убедительно показано, что ЭМГ (электромиограмма — графическая запись изменений электрического потенциала мышцы) речевой мускулатуры может служить надежным показателем внутренней речи. Они экспериментально показали участие скрытых речедвигательных импульсаций в протекании практически всех мыслительных актов человека. По их данным, возникновение сильных речедвигательных импульсов скрытой артикуляции связано с вербальным фиксированием заданий, логическими операциями с ними, удержанием промежуточных результатов этих операций, формированием ответа в уме и другими формами речевой активности человека. Однако существенно важно, что в многочисленных исследованиях, проведенных по этому вопросу, отмечаются значительные индивидуальные различия в функционировании речедвигательных импульсов внутренней речи, а также амплитуды миограммы при решении трудных задач. Это должно настораживать полиграферов относительно мнения об универсальности тестовых вопросников.

          Эмоции — это способ коммуникации, осуществляемой по поводу результата активности и отражающей психическое переживание результата в его развитии на этапах от замысла до получения (неполучения) и использования, т. е. осуществляемой с сопутствующим оценочным отношением к деятельности по поводу результата. Чтобы вызывать эмоциональный сдвиг при тестировании, любой беспокоящий вопрос должен содержать понятия с признаками вариантов результата, ставшего причиной тестирования, на этапах замышления, актуализации, получения, скрытия. Однако если на этих этапах эмоционального отношения к действиям, послужившим впоследствии поводом для тестирования, у индивида не возникало, то и при тестировании также эмоции могут не проявиться. Да и в памяти эти действия могут "затеряться". Эти утверждения указывают на то, что используемые в тестовых вопросах понятия должны отражать предполагаемые эмоциональные впечатления, связанные с возможными действиями/поступками (активностью) тестируемого. Индивидуальность эмоциональной реакции тестируемого заключается в том достаточном для ее появления количестве смысла, которое несет тестовый вопрос. Фактически это проявляется в количестве подготавливаемых вариантов тестовых вопросов, отражающих глубину проработки личности тестируемого. Это особенно актуально сейчас, так как многие понятия, используемые в нашей речи, являются кальками с иностранных слов и не несут либо никакой эмоциональной нагрузки, либо инверсную (вместо негативной — позитивную) от отечественного аналога (сравните: киллер — убийца, путана — проститутка и пр.).

          Роль понятия в тестировании следует и из такого факта. Однажды (в нашей стране) была предпринята попытка создать обращение высшего руководства к гражданам, чтобы объяснить положение страны и то, что оно (руководство) собирается делать. Рабочей группе из квалифицированных специалистов пришлось признать свое поражение. Оказалось, невозможно написать текст, который значил бы что-то для всех людей!

          В характеристике эмоций можно отметить следующее. Эмоции в коммуникации можно классифицировать как:
          — комплиментарные — отражают различие субъектов: эмоции одного субъекта дополняют эмоции другого, эмоции одного субъекта отражают ведущую позицию, другого — ведомую;
          — симметричные — отражают сходство субъектов: либо их равенство, либо минимизацию различия.

          Все эмоции несут информацию либо о комплиментарности, либо о симметричности отношений. Информация, содержащаяся в эмоциях, имеет еще два семантических аспекта, которые служат для:
          — передачи смыслов: а) о себе, б) о других, в) об ином;
          — передачи отношений: а) к себе, б) к другим, в) к иному.

          Можно выделить многообразие элементов синтаксиса эмоций, которые сознательно процедурно ограничиваются у индивида во время его тестирования. Невербальные элементы — мимика, жесты, позы, выражение лица. Вербальные — звуки, возгласы, громкость речи, интенсивность, артикуляция. Регламентируемые технологией тестирования односложность ответов и ограничение синтаксиса (проявления) эмоций необходимы, чтобы канализировать информацию (семантику) эмоций (отношение к себе, объекту и/или субъекту и производимым ими функциям и/или действиям; ощущаемым, наблюдаемым (визуально, инструментально, опосредовано) свойствам и т. д.), вызванную тестовыми вопросами, с внешнего проявления на вызов (проявление) физиологических реакций. Физиологические реакции неспецифичны (т. е. одинаковы в одних физиологических системах на разные раздражители), а мимика и жесты — специфичны у народов и индивидуальны у людей, а универсального словаря мимики и жестов для всех не существует (хотя такие попытки неоднократно предпринимаются). Разные народы в процессе эволюции последовательно использовали и тренировали некоторые лицевые экспрессии (выражения) для того, чтобы сделать свои поступки, свое поведение доступными для понимания соплеменников.

          Еще одну этническую особенность природы эмоций подчеркивала в интервью газете "Известия" культовая французская актриса Фани Ардан: "Французы руководствуются прежде всего разумом. Если вы проследите за любовной историей Фабрицио дель Донго в "Пармской обители", вы увидите, что он во всем последователен. Вы понимаете логику его поведения, даже если он кого-то убивает. У русских же все инстинктивно, они всегда движимы эмоциями. Я часто не в состоянии постичь мотивации их поступков. Русских писателей нужно чувствовать".

          Известный в Европе греческий писатель Никос Зервас также отмечает этнические особенности психических свойств: "…в русской истории и культуре основным движущим потенциалом всегда выступала совесть. То есть русская душа и русская культура совестливы по своей сути. Совесть позволяла русскому человеку отделить грех от правды в собственной душе и в окружающей жизни. … А что происходит сейчас? Посмотрим правде в глаза: основным культурологическим типом стал человек без совести. … Знаете, люди восточного типа христианской цивилизации — русские и греки — в этом очень похожи: если мы остаемся без совести, то теряем все. А вот потеря или отсутствие совести у человека западной духовной ориентации не так заметна. Ведь их культура никогда не была совестливой по сути".

          В динамике психической активности сознание управляет эмоциями с участием разума, подсознание — аффектами с участием рассудка (исключая ситуации состояний ступора и ажитации).

          Однако и эмоции влияют на уровень включения сознания в мотивацию, что отражается на характере волевых актов в недружественной обстановке (обстановке соперничества) или ЧС. Так, роль связки сознание — эмоции хорошо иллюстрирует игра сборной России в Израиле (ноябрь 2007 г.) против сборной этой страны, закончившаяся нашим поражением. Читая отчеты в газетах об этом поражении, я сформировал следующую логическую модель.

          Возникновение тормозящего эмоционального настроя. При тренировках на Кипре наша команда выглядела слишком инертно. Даже в ходе двусторонней игры на поле ощущался дефицит эмоций. Спортивной злости большинству наших игроков действительно недоставало.

          Блокирующее влияние эмоциональной сферы на сознание. Проявилось в том, что слаженная игра команды, нащупанная в победном матче с англичанами, в Тель-Авиве куда-то испарилась. «У нас сегодня не было команды», — сказал один из игроков. «В целом игра нам не удалась», — сказал другой. «Причина низких шансов забить гол — отсутствие хорошего паса», — сказал тренер.

          Разум игроков работал неровно. Уже на десятой минуте пропустили глупый, быстрый гол. Не взяли инициативу в свои руки с первых минут. Но второй тайм сборная Росси выиграла по игре.

          Как вывод: разума играть индивидуально хватало, а вот сознания выиграть командой — нет. Приглушающая сила индивидуального эмоционального настроя блокировала коллективистские смыслы сознания, и частная разумная игра отдельных игроков не была объединена в игру командой. Причина воздействия блокирующего эмоционального настроя — не мой предмет исследования. Я исследую характер зависимости между психическими сферами.

          Для последующего рассмотрения можно определиться с типами эмоций, беру на себя смелость выделить два типа (две группы) эмоций в соответствии с характером потребностей (обращаемся к рисунку 1).
Тип 1. Эмоции, сопровождающие актуализацию и удовлетворение/неудовлетворение базовых потребностей. Будем считать, что это, в основном, врожденные/унаследованные эмоции, назовем их "эмоциональные шаблоны поведения".
Тип 2. Эмоции, сопровождающие актуализацию и удовлетворение/неудовлетворение деятельностных потребностей, необходимость которых вытекает из актуальности базовых потребностей, и активность индивида при этом. Будем считать, что это, в основном, приобретенные/произвольные реакции изменения поведения или состояния.


Как "заставить" сознание реагировать

Как сделать тестовые вопросы эффективными

Учитывать в воздействии взаимосвязь мышления, сознания, разума

          Итак, сознание — психическая субстанция, предназначенная для операций с личностными смыслами. Поэтому любое беспокоящее воздействие при тестировании эффективно настолько, насколько оно затрагивает личностные смыслы тестируемого. Мышление же — психическая субстанция, предназначенная для выполнения операций со средствами: передачи смысла, его хранения, изменения. Мышление на полиграфе не тестируют. Пусть этим занимаются "специалисты" по ЕГЭ. Однако, хотя сознание — не мышление, развитие сознания зависит от развития мышления: первое как бы "растет" на втором.

          У людей есть природная потребность считать свою деятельность сознательной, хотя бы для того, чтобы чувствовать, что они соответствуют третьему уровню потребностей пирамиды Маслоу — потребности в принадлежности к социуму, общности, группе (на этом уровне, по Маслоу, "останавливается" 80 % индивидов). Поэтому будем считать, что место сознания — в структуре психических процессов после побуждения к активности актуальной базовой потребностью и проявления потребности деятельности на этапе разворачивания потребности в деятельностях (см. рис. 1). Роль сознания — регулировать выбор предметов этой потребности; формы, методы, способы и приемы деятельностей. Осознанно планируемых, осуществляемых, осуществленных деятельностей. То есть определять составы деятельностей в соответствии с личной мотивацией. Сознание опредмечивает потребности в мотивы, выступает как регулятор мотивов в деятельности. Реализуя эту функцию, сознание определяет структуру разума и обеспечивает составы разумной деятельности. Сознание обеспечивает системность в психическом опыте, разум — индивидуальность психического опыта.

          А сама разумность проявляется в собственных потребностях деятельностей, их характере и способах удовлетворения. Разум придает направленность выбору собственных потребностей деятельности: он индивидуализирует проявление смыслов. Сознание определяет силу потребности в деятельностях и рациональность следующей (очередной) при разворачивании его активности деятельностной потребности. Сознание и потребность в деятельностях объединяет то, что эти обе формы психической жизни можно отнести к неспецифическим элементам социальной адаптации. Они направлены на предмет актуальной базовой потребности. Все атрибуты деятельностных потребностей находят свое отражение в сознании.

Добиваться соответствия воздействия этапу мотивации

          Учитывая сказанное, надо стремиться к тому, чтобы формулируемое вербальное воздействие вызывало психическую активность (активность психических процессов), затрагивая (воздействуя на) смыслы сознания, относящиеся к предмету потребности и формам деятельности по его обретению/использованию, которые могли иметь место в мотивации тестируемого. Так как опредмеченная потребность — это мотив, необходимо, чтобы цель вербального воздействия соответствовала какому-то определенному этапу мотивации тестируемого. Выглядит это примерно так, как показано в следующей таблице с примерами.

          Прошу обратить внимание, что в таблице представлены области контрольных вопросов (вопросов вообще) и релевантных вопросов (вопросов по предмету тестирования), включающие группы деятельностных потребностей при их разворачивании. И хотя в тексте я об этом не говорю, на этот важный момент формулирования вопросов следует обратить внимание.

Пример изображения



Соблюдать контекст при вербальном воздействии

          Для того чтобы вербальные воздействия вызывали эмоции, их содержание должно лежать в такой же контекстной плоскости, на какой отражаются психикой тестируемого интересующие тестирующего события, состояния и действия. И для тестирующего, и для тестируемого должно иметь место совпадающее толкование используемых понятий в одинаковом контексте. В вербальном воздействии играют роль:
— слова,
— их позиции,
— их смысл, представленный не только синтаксисом и семантикой, но и контекстом.
          Под контекстом будем понимать следующее. Контекст — область существования определенных правил представления информационных фактов в данной коммуникационной среде, отражающих два аспекта коммуникации: информацию содержания и информацию отношения. Второй аспект определяет первый: от отношения к информационному факту зависит количество получаемой/передаваемой информации. Поэтому контекстом можно считать воспринимаемую индивидуально совокупность событий, определяющих взаимоотношения в процессе коммуникации. Правомерно под контекстом понимать также особенность восприятия субъектом совокупности информационных фактов, вытекающую из его предположения об их статистическом влиянии на него или на субъекты его взаимоотношений и объекты отношений, которое можно проследить и использовать, но нельзя регулировать. Такая совокупность определяет объем контекста.

          Эффективная целевая коммуникация между тестирующим и тестируемым осуществляется только в сфере определенного контекста. Поведенческие реакции зависят от контекста. Поэтому модель прошлого или будущего поведения (в зависимости от цели тестирования) может быть проявлена реакциями тестируемого только в определенном контексте. Его реакции зависят от внутриличностного состояния и от объема сформированного им контекста. То есть тестирующий должен вербальным воздействием попасть в контекст тестируемого.

          Потому тестирование вне контекста определенных жизненных ситуаций представляется неуместным. Вербальные воздействия, значения которых соответствуют контексту информационного повода тестирования, более вероятно вызовут соответствующую эмоциональную реакцию.

Сохранять языковые составляющие вербального воздействия

          Ниже в таблице представлено содержание составляющих вербального воздействия (нейтральных вопросов, контрольных вопросов, релевантных вопросов), благодаря которым (если их необходимость реализована тестирующим) заданный вопрос "доводит" тестируемого до эмоциональной реакции.

Составляющая воздействияХарактеристика составляющей
Синтаксис воздействияИспользуется знакомая и понятная тестируемому терминология (знакомые понятия)
с ключевыми словами, относящаяся к теме и проблематике тестирования.
Семантика воздействияИспользуются основания (отдельно по релевантным вопросам, отдельно по контрольным вопросам),
по которым в текст вербального воздействия закладывается информация, о которых предполагается,
что они известны или понятны тестируемому и используются им для извлечения информации из текста
воздействия.
Прагматика воздействияСодержание вопросов отражает реальные проблемы, требующие выбора поведения,
известные тестируемому и касающиеся его (переживаемые им).


          Хочу отметить, что левополушарная (т. е. производная от психических форм, "базирующихся" на левое полушарие) мотивация поведения человека является ведущей в нормальных (не чрезвычайных) условиях. Поэтому основные усилия по формированию вербального воздействия должны быть направлены на применение точных и эффективных понятий. Такие понятия должны быть знакомы тестируемому. Для "отладки" этого аспекта тестирования могут использоваться предварительные собеседование и тестирование. А тестируемому не следует искать логику в вопросах. Поиск логики является тормозом вербальной реакции. Это создаст избыточный эмоциональный фон.

          Ко всему сказанному я бы сделал такое заключение. Человека без потребностей не бывает. А потребности выводят его на мотивы. Мотивы же вызывают поведенческие побуждения и эмоции. И такие побуждения — не линия в координатах "хочу" — "могу", асимптотически приближающаяся к верхнему пределу "могу" при бесконечности "хочу". В норме эти побуждения ограничены диапазоном как по оси "хочу", так и по оси "могу". И регулирует это сознание. Что там в этом диапазоне у каждого — предмет исследования полиграфера. Это исследование будет успешным, если он понимает, что сознание — "двери" во внутреннюю жизнь, мир отношений и переживаний.


В начало

Провоторов Владислав,
кандидат военных наук, доцент
Статья поступила в редакцию 17.05.2011
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить