Модель структуры психики, объясняющая возможности тестирования на полиграфе
19.06.2011 г.

  На главную раздела "Безопасность"





Предпосылки к разработке темы

          Их две. Первая. В большинстве публикаций по тестированию на полиграфе с разной степенью доступности и понятности рассматривается процедурная сторона его использования (кто тестируется, с какой целью, какие вопросы и как задавать, как оценивать результат и т. п.). Однако несмотря на то, что встречается и высокое качество изложения материала, в первую очередь у зарубежных исследователей, до сих пор не акцентировано внимание на том, какие же структуры психики личности являются объектами тестовых полиграферных воздействий. Психика тестируемого индивида рассматривается как "черный ящик", на входе которого находятся вербальные воздействия тестирующего, а на выходе — эмоциональные реакции, приводящие к физиологическому сдвигу в основных органических системах тестируемого. Поддержание представления о едином и неделимом содержании этого "черного ящика" позволяет целому отряду бодрых отечественных авторов обещать неизбежность получения "нужного" результата даже при массовых и скоротечных тестированиях (вот так: "эффективность в смысле надежности метода может достигать 95─98 %"!). Но так ли правомерно рассматривать психику людей как некую серийно-штампованную шкатулку с замком под универсальный ключ-тест, издающую у всех при вскрытии одну и ту же мелодию с одинаковыми фальшивыми нотами? Быть может, на самом деле этот "черный ящик" имеет сложную структуру из элементов психики, которая обуславливает индивидуальную чувствительность тестируемых к вербальным воздействиям? И какая из форм психической активности или сфера психики играет в этой структуре особую роль в возможности получения реакций вегетативной (автономной) нервной системы (ВНС или АНС)?

          Вторая. Западные психологические школы и направления, насчитывающие более чем сто лет истории и продуктивного развития, до сих пор разбираются, какой отрасли психологии заниматься изучением области (функции) психики — сознанием, а отечественные авторы еще формирующейся отечественной психологии только лишь воспроизводят наработанные в оные года знания о сознании, эксплуатировавшиеся до них идеологами. Неудачи попыток дать сознанию теоретическое представление наступают, по моему убеждению, вследствие того, что в этих попытках сознание представляется изолированно от других, смежных, составляющих с ним единую систему, сфер психики.

          Статья основана полностью на материале автора, в котором он старается учесть отмеченные особенности. Она завершает серию статей по вопросам тестирования на полиграфе.

Часть I. Чем определяется выбор сознания в качестве объекта тестирования

Три составных части психики и роль для них речи

Первая предпосылка возможности тестирования

          Главное в полиграферном исследовании — не сам аппарат — полиграф, — а такая методика тестирования, которая обеспечивает точное "попадание" релевантным тестовым вопросом в нужную область психики. Поэтому, чтобы знать со всей определенностью такую область приложения полиграферных усилий, следует определиться с общей структурой психики, каковой она нам представляется в связи с характером используемой зависимости "стимул — реакция". Для этого будем рассматривать структуру психики через категории "мышление", "сознание" и "разум" и делать это по двум основаниям. Говоря о мышлении, сознании и разуме как о разнофункциональных сферах психики, будем, однако, иметь в виду их взаимную соположенность, в таком же порядке вложенность в психическую сферу человека и такую же последовательность выполнения ими своих функций. Говоря о них как о следующих друг за другом формах психической активности, будем иметь в виду их условно обособляемое процессное содержание.

          Отчего эти формы психической активности свойственны только психическим процессам человека? Оттого, что системообразующим фактором для них является обладание человеком речью на основе языковой системы знаков. Речь служит средством мышления (более чем одним предложением) и главным средством общения, передачи знаний, опыта и социального наследования. Отражение свойств и целостности объектов, субъектов и систем окружающего мира как результат психических процессов ощущения и восприятия становится доступным для операций мышления с помощью речи ("Я мыслю, значит, я отражаю то, что меня окружает"). Следующие за отражением эффекты, протекающие в психической сфере человека, возможны вследствие воспроизводства и/или восприятия им фигур речи как средства для манипулирования отраженными образами. Чтобы сформулировать себе или передать знание о чем-то другому индивиду, необходимо это что-то выразить в той речевой форме языка, знаковой основой которого обладают субъекты мышления/отражения. Полное понимание и узнавание какого-то обстоятельства наступает только тогда, когда отражаемая сущность выражается понятным речевым актом. Такое выражение производится через объем и содержание речевой формы языка — это область психики, где оперирует мышление и его атрибут — память. Актами мышления являются операции с объемом и содержанием речевой формы языка через систему слов, других знаков, их значений и правил их взаимоотношений. Этим мышление предшествует сознанию, обеспечивая для него синтаксис речи — набор правил и процедур "оречевления" осуществленной, осуществляемой и будущей активности. Мышление "ближе" всех психических систем к материальному окружению носителя психики, поэтому оно более изучаемо.

          За речь отвечают определенные зоны левого полушария. Только левое полушарие участвует в использовании слов для речи. Слово, играющее роль стимула, должно иметь фонетическую (способы звукового и интонационного оформления единиц языка), морфологическую (системы форм слова) и семантическую (значения языковых единиц) информационные составляющие своей языковой нагрузки, соответствующие ожидаемому матричному образу в памяти тестируемого. Речь, в том числе и внутренняя, — предпосылка мотива, мотивации. Акт выбора предполагает наличие мотивации.

          Роль речи при тестировании проявляется через этнические особенности языка. Языки европейской группы больше связаны с логическим мышлением, они повышают словарный запас и помогают определять сущность предметов и явлений. Восточные языки развивают образное мышление, фантазии. Особенно этим отличается китайский. То есть восточная группа языков учит воспринимать объекты целиком, а не по частям. Зато европейские языки дают толчок логике и формируют понятийный аппарат. Что касается арабского языка, то он в этом смысле ближе к европейским. Это следовало бы учитывать при тестировании лиц разной национальности.

          Между мышлением и сознанием как формами психической активности имеется следующая связь. Мышление — это транслятор, работает подобно тому, как программа ЭВМ, модуль ОС. Оно преобразует сигналы из внешней среды/сферы человека в представления (правое полушарие) и понятия (левое полушарие), удобные и пригодные для оперирования подсознанием и сознанием, где они обретают личностные смыслы. Вследствие этого мышление — это вход в сферу сознания. Работа сознания следует за работой мышления. Мышление управляет внутренней и артикуляционной речью. Использование знаковой системы языка и речи как средства отображения объектов/субъектов и их отношений позволяет наполнять сознание содержанием. Сознание нужно, чтобы любую, используемую индивидом, языковую систему знаков (кодовую систему языка: русскую, английскую, финскую и т. п.) соединить с процедурами выбора мотивов. Сознание поддерживается мышлением понятиями на базе левого полушария (подсознание — мышлением представлениями на базе правого полушария) и суждениями. Сознание связано с внутренней речью, точнее, связано с мышлением внутренней речью. Функция мышления обеспечивает синтаксис внутренней речи, функция сознания — семантику, функции разума — прагматику. У всех, кого мы называем "Маугли", нет внутренней речи. В качестве иллюстрации приведу следующую модель.

Пример изображения

          При выборе понятий для тестирования следует учитывать также и исторические особенности эпохи, в которой мы живем, отмечающиеся в прессе. В не столь давние времена существовали четкие понятия добра и зла. Сейчас все это размазано, многим непонятно, где добро, где зло. Мы все больше мыслим сценами, а не мыслями. Другой отмечаемой особенностью является то, что, как ни парадоксально, технический прогресс ведет все к более массовому отуплению. Еще одна особенность, влияющая на вопросник для тестирования, заключается в последствиях языковой экспансии, вследствие которой утрачивается национальная система ценностей, ориентиров. К примеру, вместо слова "убийца" стали говорить только "киллер". Что "киллер", что "дилер"… Никакого эмоционального впечатления, связанного с деяниями человека, слова не несут.

          Следующей особенностью, осложняющей тестирование, является влияние школы на психику учеников. Исследованный источник утверждает, что в современной школе эмоциональные проявления не только не культивируются, но и подавляются. Все это неминуемо вызывает деградацию человеческой сущности, утверждает источник. Другой источник продолжает эту констатацию: мы пытаемся сделать образование равноправным — и в области эмоций, и в области познания закономерностей природы.

          Возвращаемся к авторскому изложению. Смею утверждать, что функции сознания появились, когда возникла возможность и необходимость индивидам обмениваться смыслами с помощью речевых форм языка. Говоря современным языком, сознание — менеджер мышления (у кого плохой, у кого хороший, у кого средненький, чем мы и отличаемся). Сознание рождается из диалога (внутреннего) — для работы сознания нужен диалог!

          Все процессы психической жизни человека (процессы всех форм психической деятельности) непрерывны. Однако состояния всех атрибутов нашей психики постоянно меняются и ощущаются как дискретные. Происходит это, как мне кажется, благодаря сознанию, которое и придает им такой характер чувствования. Сознание создает такую дискретность ощущениям процессов различных форм психической деятельности, в результате которой психическая, физиологическая и физическая деятельность обуславливает разные уровни активности личности.

          Представленный порядок делает удовлетворение потребностей индивидом осознанным, а способы их удовлетворения — оправданными.

Три источника психической активности и роль в них сознания

Вторая предпосылка возможности тестирования

          Дадим частное определение предмету исследования.

          В рассматриваемой цепи разнофункциональных сфер психики сознание — форма психической активности, осуществляемой на основе мышления с использованием речи, регламентированной знаковой системой. Сознание питается знанием. Оно формируется через вербальное знание, получаемое с помощью внутренней и артикуляционной речи. Оно формируется раньше разума с развитием коммуникации на основе речи. А это и является предпосылкой использования речевых форм и образов в тестировании. Можно сказать — какое знание, такое и сознание. Качество сознания не может быть лучше или иначе, чем качество знания. А знание — субъективное отражение объективной реальности в форме мысли. Сознание управляет инструментами, придающими формальному знанию мотивирующую силу.

          Организм — это физическая система, данная нам, чтобы обеспечивать и обслуживать психическую систему. Организм — посредник между психической системой и окружающей средой. Сознание как форма психической активности образует преддверие активности физиологической и физической. Именно сознание, используя результаты мышления, создает новое качество психики, имеющееся только у человека. И чтобы сознание человека соответствовало социально-приемлемым нормам, у индивида должны формироваться понятия, отражающие суть таких норм. Развитие сознания невозможно без развития мышления (но и наоборот). Мышление позволяет получать знания, а сознание решает проблему выбора знаний для последующей мотивации по основаниям в виде личностных смыслов, т. е. придает этому знанию личностные смыслы, приготовляющие его к прагматической активности. Поэтому развитие сознания должно соответствовать научно-техническому уровню. Сознание — верификатор формального, но мотивирующего знания неформальным способом с использованием личностных смыслов. К примеру, знание того, что 2 + 2 = 4, нас ни к чему не мотивирует, а вот знание и осознание того, что если мы отнимем у одного $2 тыс., у другого $2 тыс., и у нас будет $4 тыс., может мотивировать. Очевидно, что мотивирует не абстрактное число, а оценка количества, да еще в соотношении с количеством, которое мы можем принять за эталон, норму, объем (размер) эквивалента предмета потребности. Будем считать, что личностный смысл проявляется в оценке.

          Сознание — это область психики, где смыслы взаимодействуют с потребностями. Это происходит вследствие того, что сознание коммуникатирует с отражением процессов, происходящих вокруг индивида. Расширяющиеся (развивающиеся) потребности требуют развития инструментов общения, коммуникации. Такими инструментами являются устная и письменная речи (синтаксис, семантика, прагматика). Сознание, обеспечивая распространение новых предметов потребностей и способов их удовлетворения, делает это через развитие символов языка для устной и письменной речи и правил их коммуникационного использования. /См. сегодняшний день и сегодняшний сленг, а также язык СМИ и язык возрастных групп населения. Так, результаты мониторинга тринадцати газет и восьми телепередач в России показали, что с сентября по декабрь 2006 года слова и выражения "языка вражды" (это сумма некорректных высказываний) 648 раз появились в печати и прозвучали в эфире. Другой пример: словарный запас британских подростков крайне ограничен: 12 682 слова, треть речи современных тинейджеров состоит из 20 простых слов вроде "да", "нет", "но" и т. п. Ученые объясняют это тем, что подростки много времени проводят перед телевизором, за видеоиграми и с плеером, то есть больше смотрят и слушают, чем говорят.

          Замечу, чтобы исключить или минимизировать негативные социальные проявления, необходимо это делать на уровне потребностей. Для этого использовать такие символы языка устной и письменной речи и такой их порядок, которые бы, действуя через сознание /логическое мышление понятиями — сознание — разум/, минимизировали бы развитие негативных социально значимых потребностей за счет нужного для этого представления предметов этих потребностей и максимизировали бы развитие социально значимых позитивных потребностей или оптимизировали соотношение между ними. Сознание выступает как инструмент развития потребностей. Его результат — социальный (новые взаимоотношения) и материальный (новые предметы потребностей).

          На основе синтаксиса речи, предоставляемого ему мышлением, сознание обеспечивает семантику мотивации в осуществленной, осуществляемой и будущей активности — личностные смыслы ("я"-значения) — направленность "от себя" множества психических актов, предшествующих активности/деятельности индивида по отношению к предмету потребности (его обобщенной или приблизительной идеальной модели). Следовательно, чем богаче синтаксис речи, тем богаче и содержание сознания. Речь же в свою очередь тем богаче, чем шире области предметной деятельности и общения в процессе ее использования. Человек может осознанно воспринимать окружающий мир только в тех категориях, которые образованы с помощью речевых форм языковой системы той культуры, к которой он принадлежит. Мотивация с направленностью активности "от себя" как результат работы сознания определяет диалоговую природу сознания, т. е. предполагает наличие еще хотя бы одного субъекта, что также обуславливает возможности полиграферного тестирования. Вследствие рассмотренного приходим к выводу, что структура тестового вопроса должна, в первую очередь, задевать функции сознания.

          Смыслы сферы сознания находят выход к активности через разум. Разум как форма психической активности образует преддверие активности физической. Воспринимая смыслы сознания в осуществленной, осуществляемой и будущей активности, он придает этой активности "инструментальную" направленность "на предмет (субъект/объект) потребности" для достижения результата, обуславливая прагматику действий/деятельности. По причине такой направленности разум обеспечивает корреляцию действий одного сознательного субъекта с действиями других сознательных субъектов по отношению к общим предметам потребностей. Сила этой корреляции такова, какова была достигнута глубина социализации личностных смыслов субъектов общения в сфере сознания. Свойства разума определяют готовность субъекта/субъектов к совместной продуктивной предметной деятельности в социуме/группе. Только востребованность разумной деятельности в социуме открывает путь к мотивации позитивным смыслам сознания. Эта зависимость интересна нам тем, что какие смыслы вкладываются социумом в сознание индивида, таков и характер проявления им разумной деятельности в этом социуме. Нет социума (не только в физическом, но и в организационном смысле!) — нет социализации сознания и разумного характера действий. Востребованность социума является ведущей первопричиной позитивного сознания. Разум — продукт формального знания. Точнее: разумные поступки — продукт формального знания. Разум базируется на левом полушарии, оперирующем логическим мышлением, поставляющем это формальное знание.

          Специально для наших политиков предлагаю формулу социальной жизни. Невостребуемое в обществе социально позитивное сознание отдельного индивида деградирует (теряет силу), а востребуемое — обладает мультипликаторной ролью: находит свое отражение в психике других людей. То же следует понимать и инверсно.

          Отвлекусь для реплики. У читателя может возникнуть вопрос: чего должно быть больше в индивиде — сознательности или разумности? Такой вопрос сродни вопросу: чего должно быть больше — параноидности или шизоидности (это черты типов личности, но где-то близко и к границе нормы)? Ибо параноид видит себя в значительной степени сознательным (и насаждает вкруговую эту свою сознательность), а шизоид видит себя в значительной степени разумным (и утверждает всюду свою разумность).

          И в конце раздела небольшой вербальный алгоритм, обобщающий сказанное:
Мышление подготавливает смыслы к оценке.
Сознание дает оценку смыслам.
Оценка несет отношение к смыслам.
Оценка смыслов/отношение к смыслам рождает эмоции.
Разум рождает эмоционально стимулированные или обусловленные действия из отношения к смыслам.
Мышление закрепляет новое знание прошлого, настоящего, будущего.
          Сознанию нужны позитивные смыслы. Сознание — иммунная система психики. И поэтому его также следует тренировать.

          Как-то в давние времена я побывал на концерте Михаила Жванецкого, где сползал под стул от непрерывного расслабляющего смеха над воспринимаемыми смыслами, рождаемыми монологами мастера. А в середине концерта Жванецкий, подчеркивая различия аудиторий, рассказал, что вот был в Болгарии (времена были советские), читал там свои монологи, но никто так и не рассмеялся, так и не понял юмора мастера (и это болгары-то со знанием русского языка). Думаю, что у них смыслы и отношения к смыслам были совсем другие, чем у нас, и они просто не понимали мотивов, приводящих нас к смеху. Мне приходилось общаться с обучающимися у нас болгарами и до, и после начала 90-х — им было не смешно у нас. И они бы не прошли тестирование по смыслу наших тестовых вопросников. Установка и поддержание с ними смыслового (содержательного) контакта для меня потребовали модификации и формы выражения, и собственных смыслов.

Источники психической активности и разворачивание потребностей

Третья предпосылка возможности тестирования

          Сознание распространяет общность потребностей социума на индивида, разум делает характер удовлетворения этих потребностей персонифицированным в условиях социума. Сознание социализирует психику, поведение, — но либо асоциализирует, либо просоциализирует. Сознание социализирует работу мышления (силу, направленность), создавая основу для разумности. Идя далее по структуре психики, можно сказать, что сознание вовлекает человека в социум, а разум завершает его формирование как Индивида. Связь между сознательностью мотивов и разумностью деятельности означает, что индивидом осознаваемый смысл может быть реализован как мотив на базе выборки из множества разумных способов или способов, разумность которых для него реальна или вероятна. Сознание социализирует потребности в деятельностях, разум персонифицирует обращение к собственным потребностям деятельностей. Развитое сознание нуждается в иерархии потребностей. Функция сознания — социализировать мотивацию/поведение. Активность — продукт сознания.

          Тестовую интерпретацию этой зависимости сформулируем так: какие предпосылки к разумным персонифицированным действиям определяются особенностями работы социализированного сознания индивида? Отсюда и связь с тестированием: из-за этой персонификации деятельностей возникает необходимость в многовариантности тестовых трансакций, тестовых вопросов, а также вывод, что одна и та же тестовая методика и тестовый вопросник не годятся для американца, etc, и для россиянина (а ведь такой механический перенос тестовых вопросников от них к нам встречается!). В нашем социуме следует учитывать исторически сложившуюся слабую связь между результатами работы сознания и разума и слабую корреляцию мотивов, формирующихся под их влиянием на соответствующие деятельностные потребности (см. рис. 1). Легче тестировать того, у кого происходит борьба между мотивирующим содержанием сознания и разума. Если у тестируемого полная гармония между сознанием и разумом, то это может обеспечить прохождение им тестирования без особых проблем. Преодолеть эту "гармонию" в процессе тестирования можно детализацией тем тестовых вопросов по этапам возникновения и развития события, служащего причиной тестирования.


Пример изображения

          Пояснение к рис. 1. Контент — совокупность обстоятельств, определяющих активность человека при удовлетворении актуальной потребности. Разные контент-обстоятельства предполагают различные проявления активности и различные формы деятельности. Обстоятельства проявления базовых потребностей и потребностей деятельности будем считать врожденным контентом, так как они в большей степени определяются нашими природными свойствами. Обстоятельсва проявления потребностей в деятельности и собственных потребностей деятельности — приобретенным контентом, так как они в большей степени зависят от получаемых знаний и способности к научению и воспроизводству. Контент показывает связь условий удовлетворения потребностей с характером их удовлетворения. У разных людей деятельность по реализации условий может иметь разную силу, к тому же меняющуюся в зависимости от предмета базовой потребности и других материальных и нематериальных обстоятельств.

          Приведу пример вариантов тестовых вопросов, относящихся к различным сферам психики, что характеризуется их содержанием. В тестовом вопроснике целесообразно чередование таких вопросов.

Синтаксис мышления Семантика сознанияПрагматика разума
Вы знаете корпоративные правила?Для вас значимы корпоративные правила?Вы готовы руководствоваться корпоративными правилами?
Знаете ли вы об ответственности за …?Готовы ли вы отвечать вместе со всеми за …?Вы готовы ответить за …?
Вы честный человек?Вы будете отвечать честно?Вы дадите честный ответ на следующий вопрос?
Вы знаете УК?На вас влияет УК?Вы исполняете требования УК?


          Соединим формы психической активности со структурой потребностей индивида (о разворачивании деятельностных потребностей см. статью автора "Управление мотивацией через потребности в деятельности" //"Бизнес без проблем — Персонал", № 6, 2004) и получим следующую картину (также см. рис. 1).

          Первое. Мышление коррелирует с потребностью деятельности, которая необходима для реализации условий удовлетворения какой-то базовой потребности (или потребности состояния) пирамиды потребностей А. Маслоу.

          Второе. Сознание коррелирует с потребностью в деятельностях, в качестве которых выступают виды профессиональной или специальной деятельности. Сознание человека, в зависимости от уровня своего развития, сужает или расширяет предметные базы потребностей и мотивов. Оно обеспечивает интеграцию или допускает дезинтеграцию смыслов, определяющих потребности в деятельностях. Оно также изменяется (хорошо, если развивается) вместе с потребностями. Формируемые под влиянием социума потребности вызывают изменение сознания. Однако следует хорошо усвоить, что потребности не формируются в рассматриваемых сферах — это другая область отражения психикой физиологических, семейных, общественных, этнических и природных условий. Следующая особенность заключается в том, что актуальность базовой потребности мы ощущаем, а актуальность сознания — только если существует социализированное воздействие. Поэтому тестовые вопросы должны содержать признаки активности различных видов, вытекающие из отношений в социуме, и их возможные интерпретации, нарушения, искажения общепринятых норм.

          И третье. Разум коррелирует с механизмом выбора собственных потребностей деятельностей, в качестве которых выступают средства, методы, способы и приемы выполнения действий профессиональной или специальной деятельности. Для этого он обеспечивает дифференциацию смыслов, определивших выбор потребностей в деятельностях.

          Вид корреляционной зависимости следующий: чем больше содержание потребности в деятельностях, тем больше объем формы психической активности; ограничение объема формы психической активности влечет уменьшение содержания этой (такой) потребности, сдерживает ее рост.

          Можно сказать и так: 1) предметы потребности деятельности (мотивы деятельности) мыслятся; 2) предметы потребности в деятельностях (мотивы к деятельностям) осознаются; 3) предметы собственных потребностей деятельностей (собственные мотивы деятельностей) выбираются разумно. И еще одно обобщение: сознание осуществляет прямую связь с окружающей действительностью с использованием инструментов мышления, памяти и отражения чувствами, а обратную — с использованием инструментов разума.

          Сознание более-менее является общим для многих людей, т. к. связано/опирается на базовые потребности, потребность деятельности (где активно мышление) и потребности в деятельностях; разум же в большей степени индивидуален, т. к. реализация собственных потребностей деятельностей, глубина и сила проявления их во многом зависит от индивидуальных свойств личности и окружающей реальности и возможность их удовлетворения реализуется случайным образом.

          Соединяя активность с видами психической активности, дадим следующую характеристику.

          Активность мышления включает в себя психические процессы, сопровождающие реализацию потребности деятельности при получении, преобразовании, хранении, накоплении, использовании знаний и опыта.

          Активность сознания включает в себя психические процессы, сопровождающие реализацию потребностей в деятельностях по достижению, удержанию, изменению параметров социального положения в группе.

          Активность разума включает в себя психические процессы, сопровождающие реализацию собственных потребностей деятельностей по достижению, удержанию, изменению параметров индивидуального положения в социуме.

          В рассмотренной цепи психических субстанций (функциональных сфер) основным звеном будем считать сознание: в этой сфере формируются смыслы состоявшейся, протекающей или готовящейся активности. Представленные зависимости используются в тестировании: если мы проверяем сотрудника или кандидата на возможность совершения или приготовления каких-либо действий, разумность которых для него очевидна, мы должны пройти обратный путь от содержания этих действий до ожидаемых истоковых смыслов сознания и вербально их сформулировать в тексте вопросов.

Выбор сознания как объекта воздействия при тестировании на полиграфе

Поиск следов мотивации

          Итак, отмечая то обстоятельство, которое может служить поводом, чтобы рассматривать сознание индивида как объект для учета его особенностей в методике тестирования на полиграфе, следует еще раз подчеркнуть, что сознание у людей как форма психической активности появилось с возникновением устной речи и получило развитие с возникновением образцов письменной речи. Это произошло именно благодаря тому, что психическая деятельность при коммуникации людей, объединенных еще доисторическими формами социума, обрела способность принимать или не принимать значения и смыслы, передаваемые и/или распространяемые этими видами речи, в качестве мотиваторов. (Лишите младенца речевого общения — и вы получите очередного Маугли с динамикой физического и психического поведения, воспроизводящего поведение его "несознательного" животного окружения.)

          Поэтому в нашей отрасли будем считать, что сознание — это форма психической активности индивида, включающая освоенные им личностные смыслы, актуализирующие продукты мыслительной деятельности, проявляющая себя мотивацией этого индивида к деятельностям и побуждающая его к выбору, подготовке или смене разумной деятельности.

          Здесь следует пояснить, что под понятием "разумная деятельность" понимается не "идеологически правильная" или только соответствующая принятым в обществе (!) нормам морали и нравственности деятельность. Разумная — деятельность индивида, основанная на/произведенная из личностной мотивации с целью реализации ее в той социальной группе, том социуме с их особенностями, к которым он либо относится, либо относит, либо исключает из которых себя. Чтобы разумная деятельность соответствовала приведенным выше критериям, работать надо над смыслами!

          Сознания у людей вне социума нет, это и определяет его связь с мотивацией: сознание — это "фильтр" мотивации. К этому следует также добавить, что сознания вне проявления потребностей не бывает, а опредмеченные потребности и есть мотивы. Любой поступок, даже оцениваемый по нормам и законам в социуме как проступок (состоявшийся или готовящийся), проходит "подготовку" участием сознания и далее через обоснование разумности субъектом к активации волевых актов. Их соотношение такое: сознание социализировано, а разумность персонифицирована. Сознание же социализировано настолько, насколько это необходимо индивиду в группе (что зависит от силы связей в этой группе, этом социуме!), так как социализация происходит именно в группе (в качестве группы может выступать семья).

          Поэтому и в скрытии состоявшейся/потенциальной мотивации к действию, которое является поводом для тестирования, основную роль играет сознание. Отключение/снижение роли сознания открывает путь эмоциям к управлению психофизиологической/психофизической сферой. Сознание — это сторожевой пес личности. Отсюда и тестирование на полиграфе смыслов сознания выполняется на основании гипотезы о наличии потенциала мотивации и должно быть направлено на выявление в сознании следов этой состоявшейся или подготавливаемой ("спящей", латентной) мотивации ("Хорошо бы украсть миллион!"). Мотивы определяют границы речи индивида, а вследствие того, что он мотивы проговаривает (порой и не подозревая об этом), как уже отмечалось, с использованием внутренней и артикуляционной речи, такие возможные мотивы должны использоваться для определения объема и содержания тестовых вопросов. У нормальных людей в сознании нет пустоты, а вот определить, чем оно наполнено — это задача тестирования. Тестирование смыслов разума производится же на основании гипотезы об осуществленной (в модели или в действиях) мотивации ("Для этого купить пистолет и ограбить банк!").

          Если признавать, что мотивация — это и способ адаптации, то в этой связи следует считать, что сознание — неспецифический (единый для всех дезадаптирующих психику факторов) инструмент психической адаптации, осуществляемой за счет организации и реорганизации им специфических процессов (атрибутов) психической деятельности (разума, воли, эмоций и т. п.). Сознание в соотношении с разумом можно рассматривать как и неспецифический компонент социальной адаптации, а разум — как специфический компонент персональной адаптации. Сознание в ответ на воздействие разных факторов отвечает одной реакцией — порождает мотивированные разумные действия, индивидуальные для каждого человека.

          И, заставляя индивида удачно сформулированными вопросами при тестировании переживать мотивацию, реализованную им в совершенном или подготовленном (подготовляемом) поступке, мы добиваемся психической дезадаптации, вызывающей модификацию физиологических процессов. Но для этого нужно, чтобы сознание при тестировании было актуальным, т. е. "переключившимся" вслед за работой мышления и памяти на смыслы, соответствующие образам той ситуации, причастность к которой выявляют тестирующие. Т. е. чтобы сознание содержало те смыслы (их следы), на наличие которых и тестируется человек. Актуальность сознания тестируемого — состояние отнюдь не обязательное: совершивший или готовящий проступок/преступление человек может сознательно вести себя так, как обуславливают это устоявшиеся в кругу его общения потребностные критерии, и никак не проявлять, даже при тестировании, смыслы, сопровождавшие совершение или подготовку этого проступка/преступления.

Учитывать ли соотношение сознания и инстинктов

Мешающая роль инстинктов

          Для тестирования на полиграфе важно также понимать соотношение сознания и инстинктов. Такое соотношение характеризуется, по моему мнению, тем, что область сознания в психике начинается там, где кончаются инстинкты. У человека сознание и инстинкты взаимно вытесняют друг друга, меняя их соотношение, особенно в экстремальных условиях чрезвычайных ситуаций. В обычных условиях их соотношение определяет, является ли человек "примитивом" или является высокоорганизованным членом социума. У последних сознание вытесняет инстинкты из сферы потребностей. Так как имеется несовпадение у разных людей данного соотношения, не может быть однозначной методики тестирования на полиграфе для всех. На одни и те же вопросы по поводу одного и того же события равнозначимые его участники, но с разным соотношением проявленных в событии сознания и инстинктов, будут давать разной силы эмоциональные реакции и проявлять разные физиологические сдвиги. В силу такого различия тестовые воздействия на сознание и на инстинкты должны различаться. Выявление такого различия требует проведения исследований. Но следует понимать, что инстинкты — это не мотивы. Инстинкт — психическая система, содержащая в себе определенную долю таинственности и неясности.

          Думаю, что чем меньше сознательного и чем больше инстинктов может проявиться у тестируемого в интересующем нас событии, тем труднее тестирование на полиграфе такого субъекта. Выход в понимании может быть найден на реализации предположения о том, что иерархия потребностей состояния (по Маслоу) у него заменена такой же (!) иерархией инстинктов. То есть именно иерархия базовых потребностей рождает сознание. Чем больше развита иерархия потребностей/инстинктов, тем более развиты структуры сознания. (С другой стороны, регулярное воздействие на человека с целью сужения области сознания является сутью его подготовки для программирования на определенные действия, к примеру,— подготовка террористов-смертников.)

          Другой областью психической активности, с которой взаимодействует сознание, является область деятельностных потребностей. Проявление взаимодействия сознания и деятельностных потребностей и есть предмет для исследования на полиграфе.

 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить