06.04.2013 г.

  На главную раздела "Академик Сапунов В.Б."




Глава 7


          Живое существо, изолированное от внешнего мира. Человек... Он не принадлежит самому себе, им руководят другие силы, не считающиеся с ним, с его желаниями, стремлениями. Кто-то поймал живое существо, посадил его в клетку.

          — Что такое индивидуум в огромном обществе? — прогремела гора. — Ничто, — винтик, один из миллионов винтиков, — ответствовала она сама себе могучим голосом.

          — Какая может быть личность, зачем она нужна, — продолжал философствовать исполин. — Кто-то один возвышается над всеми и управляет. Он всем ведает, все знает, именно он выстраивает людей как солдат на параде и парадом этим руководит он. «А может это и я!» — чудилось в ехидном голосе.

          Личность не должна мыслить. Над нею тот, кто все решит. Разум высшего порядка.

          Сейчас он висел над нами. Мы оказались в чьей-то власти. Здесь руководил кто-то невидимый, неслышимый, но всемогущий. Гора до самого основания, чудилось, вздрагивала от чьего-то приглушенного хохота. Смотрящие со всех сторон глаза со злобной радостью наблюдали наши бесплодные попытки открыть дверь.

          Но не надо терять самообладания. Неужели наше положение совсем безнадежно? Небольшой эпизод из жизни на этой планете — только и всего.

          — Будем продолжать исследования? — вяло и невыразительно, словно чужим голосом спросил Сосновский. А может, он вообще молчал.

          — Попробуем выйти, — так же вяло и придавленно отозвался я.

          Мало веря в успех, я начал искать замок или ключ. Бесполезно. Однако Евгений Петрович, несмотря на подавленный вид, в отчаяние не впадал. «Существует множество способ открывать двери, — говорил он, — звуком, светом, запахом, биотоками мозга, радиоволнами».

          — Эта дверь открывается не нами, — возразил я.

          Мне показалось, что из глубины коридора потянуло ледяным воздухом. Разумеется, это была галлюцинация, ибо если здесь и существовали какие-нибудь ветры, то все равно я не смог бы их ощутить через скафандр. Но Сосновский, по-видимому, тоже что-то почувствовал, по крайней мере, я заметил, как рука его нервно дернулась к пистолету.

          — В чем дело? — спросил я и не узнал собственный голос.

          С минуту Сосновский молчал, потом спросил: попытаемся своими силами взломать дверь или подождем? Я посмотрел на него и медленно с расстановкой произнес:

          — Мы не будем ломать.

          Евгений Петрович задумался, затем медленно произнес:

          — Да, мы действительно нe будем ничего ломать.

          Но если не ломать, то что же оставалось нам делать. Искать другой выход? Но он тоже мог быть закрыт.

В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить