Г. К. Гинс
10.12.2012 г.

  На главную раздела "Научные работы"





          4. Разграничение двух систем хозяйства по указанному признаку настолько ясно и отчетливо, что кажется исчерпывающим. Установившаяся классификация права на частное и публичное точно соответствует различению хозяйства децентрализованного и централизованного и укрепляет в убеждении, что схема эта имеет исчерпывающее значение. В лучшем случае допускается комбинированная система частью централизованного (железные дороги, почта, телеграф), частью децентрализованного хозяйства.

          Но, действительность не вполне соответствует этой схеме.

          Новые начала в хозяйстве внесла прежде всего кооперация. Справедливо говорится, что в кооперативной лавке горит звезда.

          Кооперация основана на идее солидарности. Её успех зависит от добровольного присоединения к делу лиц, понимающих выгоды кооперативного сотрудничества. Но, присоединяясь добровольно, участники принимают на себя ряд обязанностей, которые развиваются в целую систему организованного и поддерживаемого коллективной волей порядка. Достаточно представить себе организацию маслодельных артелей: целую сеть молочных ферм, ответственность членов за доброкачественность продукта, обязанность поставки в надлежащее место и срок; связь артелей в союзы, организацию союзов в центральное объединение. Мы видим стройную иерархическую систему, поддерживаемую началом добровольно признаваемого принуждения, с единым планом.

          Но это не то централизованное хозяйство, о котором шла речь. Здесь участники — самостоятельные хозяева, собственники, добровольно присоединяющиеся и имеющие право выхода (см. гл. IV).

          С другой стороны, здесь не только упорядоченность хозяйства, здесь план и организованность, поддерживаемые самостоятельными, независимыми участниками.

          Обособленная и самостоятельная сфера кооперативного хозяйства до последнего времени мало обращала на себя внимание юристов, а между тем в настоящее время её опыт и конструктивные методы переносятся в гораздо более широкую сферу. Добровольное объединение встречает поощрение и поддержку закона, автономно устанавливаемые ограничения восполняются административным принудительным порядком.

          Интересные иллюстрации в этом отношении представляет водное хозяйство.

          Новейшие водные законы Германии вносят в организацию водного хозяйства особенности, не укладывающиеся ни в одну из систем. Водные законы (см. гл. IX) сохраняют, большей частью, право собственности частных лиц на пространство, покрытое текучей водой, включающее в себя исключительное право пользоваться водой во всех отношениях. Но пользование проточной водой отличается той особенностью, что вода, переходя из одного владения в другое, создаёт постоянную общность интересов и часто тесную зависимость одного хозяйства от другого. Один выводит воду для орошения, другой остаётся без воды. Один устраивает плотину, у другого затопляются луга. Один загрязняет воду фабричными отбросами, остальные лишаются питьевой воды. Потребности земледелия сталкиваются с интересами промышленности; интересы судоходства с интересами использования водной энергии.

          Государство не централизует водное хозяйство, не подчиняет его единому плану. Но водное хозяйство, как оно складывается в современных государствах, нельзя все же назвать децентрализованным, анархическим. Общность интересов водопользователей заставляет их согласовывать свои действия, избирать совместно водную администрацию, добровольно подчиняться общему режиму. Законодательство приходит на помощь и устанавливает контроль над водопользованием, право перераспределения вод, принудительное прекращение опасных и вредных способов пользования; допускается также принудительное допущение к совместному пользованию заинтересованных лиц и возлагается на собственников обязанность пользоваться водой целесообразно и поддерживать сооружения, существование, которых важно для других лиц и общественной безопасности. В широкой степени применяется в водном законодательстве принцип недопущения злоупотребления правом, и в результате всех этих особенностей, при наличии специальной водной администрации и мер взыскания, водное хозяйство, не будучи централизованным, приобретает черты организованности и упорядоченности.

          Для такого хозяйства наиболее подходит название солидаризированного. В основе всех принудительных мер, которые применяются в этом хозяйстве, лежит идея солидарности интересов водопользователей. Закон требует того, что водопользователи должны были бы установить сами, согласуя свои интересы, в целях взаимной выгоды. Но в результате добровольно и принудительно устанавливаемого порядка, водное хозяйство приобретает свои оригинальные отличительные черты. Характерно для водного хозяйства, что и здесь происходит объединение водопользователей в так называемые «водные товарищества», которым закон предоставляет право принудительного взыскания сборов и принудительного присоединения меньшинства. Начало коллективного сотрудничества, покушение на индивидуализм и здесь находят своё применение.

          Представляет ли, однако, водное хозяйство типичный пример? Не является ли оно исключительным, неприменимым в других отношениях?

          Юристы, развивавшие идеи солидаризма (Дюги, Буржуа) уже отмечали необходимость (см. гл. I и III) отбросить индивидуалистическую концепцию собственности и подчинить её ограничениям, вытекающим из служения собственности общественным интересам (социальная функция). Эта идея была воспринята сначала декларативно в Германской Конституции, а затем стала находить отражение в отдельных законодательных актах.

          Так, напр., английский земельный закон 1920 г. устанавливает штрафы за отказ ввести улучшенные способы обработки земли и предоставляет арендатору произвести необходимые улучшения за счет собственника, который не выполняет предписаний Министра Земледелия. Это предвестник крупных изменений в области земельного хозяйства.

          Ратенау (см. гл. IV) рекомендовал сохранить за государством то руководство хозяйственной деятельностью, которое принято было им во время войны в целях рационализации хозяйства, но без уничтожения частной собственности. Его сотрудник Мӧллендорф предлагал план объединения промышленности.

          Прежде чем государства приступят к осуществлению подобных замыслов, частная промышленность становится на путь самоорганизации (гл. II). Гигантские концерны объединяют множество разнообразных предприятий, выполняя, по словам Визера, те же исторически неизбежные задания, какие выполнены переходом от маленьких государств к великим державам. Объединение предприятий происходит по их инициативе и диктуется сознанием взаимной выгоды, но в грандиозных концернах трудно удержать хозяйственную дисциплину без принудительных мер, а потому одной из очередных проблем картельного права является вопрос об организации принуждения (Kartellzwang, Organisazionszwang).

          Не исключена возможность, что объединение и соподчинение однородной промышленности примет широкие размеры, и государство, как и в водном праве, пойдет навстречу естественным тенденциям солидаризации. Будущему станут тогда известны «промышленные кодексы», вносящие плановые идеи в стихию промышленной свободы и конкуренции. Это не будет опять-таки централизованное хозяйство. Ему будет далеко до социализма. Но подобная организация промышленности, уже выявляющая своё лицо в современном картельном движении будет, несомненно, далека и от чистых    форм централизованной системы хозяйства190.

          5. Солидаризированное хозяйство, таково название, наиболее подходящее к описываемой системе, царство которой на пути от либерализма к этатизму.

          Солидаризм в хозяйстве представляет собой систему юридических взаимоотношений, при которой авторитет порядка поддерживает естественную солидарность отдельных хозяев.

          Солидарность приводит к объединению сил и средств, для достижения совместной цели. Она требует самоограничения в общих интересах. Право помогает объединению солидарно действующих лиц, присоединяя к ним тех, чьи интересы от этого выигрывают, но кто уклоняется от совместной работы во вред себе и другим. К добровольному самоограничению право присоединяет некоторые дополнительные требования, пределом условий которых является выгода самих участников. Таким образом, моральная идея солидарности претворяется в юридическую систему солидаризма.

          Идея солидарности стара, как мир (см. гл. III), но только в конце XIX в. были сделаны попытки использовать эту идею для обоснования особой юридической системы. Однако, ни Буржуа, ни Дюги не достигли большого успеха. Как справедливо указал большой сторонник солидаризма, Шарль Жид, удалось вывесить флаг, но не создать школу.

          Для того чтобы солидаризм мог стать юридической системой, не нужно придумывать искусственных построений, как это пытался сделать Буржуа (формула квази-контракта). Нужно, прежде всего, указать, каковы будут те своеобразные особенности хозяйственных и общественных отношений, которые дадут возможность отличать солидаризированное хозяйство от систем лаберализма и социализма и солидаризированное общество от индивидуалистического и коллективистического.

          Мы уже видели, как складывается солидаризированное хозяйство. Следуя тому же методу, мы можем изобразить и солидаризированное общество и солидаризированное государство. Как уже указывалось, здесь сталкиваются идеи индивидуализма и коллективизма.

          6. Заслуги индивидуализма бесспорны и трудно переоценимы. Не подлежит никакому сомнению, что им воспитана правовая культура и обеспечено её дальнейшее совершенствование: чем ярче выражено культурное самосознание и взаимное уважение членов общества, тем легче совершается дальнейшее развитие общественного целого.

          Но также несомненна односторонность индивидуализма. Он не соответствует жизненной правде. Человек входит в состав разнообразных общественных групп и подчинён влиянию разнообразных связей. Его деятельность находится в зависимости от окружающих, его мнение отражает влияние среды. Самая даровитая личность — дитя свего века и своего общества. Самая сильная личность нуждается в общественной поддержке. Интерес каждого отдельного человека охраняется лучше всего при помощи организации однородных элементов общества. В этих организациях каждый индивид находит опору и то взаимодействие, которое благоприятствует его дальнейшему самосознанию и развитию. Государство слагается не из индивидов, а из различных общественных организаций, возникающих поначалу от кровных связей, национальной близости, общности профессиональных или духовных интересов и пр.

          Индивидуализм затмил социальное окружение личности, сосредоточив свой свет на общественном атоме, человеке. Но социологическая правда заставила вновь обратить внимание на действующие коллективные силы, и индивидуалистическая концепция общества и государства начинает уступать свое место коллективистической, социальной.



190) В качестве примера, иллюстрирующего организационную деятельность синдикатов, можно привести § I договора Рейнско-Вестфальского синдиката угольных предприятий: «Угольный синдикат представляет объединение отдельных, входящих в его состав предприятий на основе и в соответствии с настоящим договором. Он исполняет в рамках настоящего договора решения, принятые объединением, т. е. совокупностью его членов.

Деятельность угольного синдиката безвозмездна; она не может иметь целью получение самостоятельной прибыли, и осуществляется исключительно для обеспечения выгод своих участников. Угольный синдикат действует при всех сделках от своего имени, но исключительно за счет своих участников, а получаемые им доходы предназначаются для его участников. В случае убытков, таковые должны покрываться его участниками. Всяким имуществом, поскольку оно превышает акционерный капитал, нужный для его образования, угольный синдикат владеет в качестве доверительного владельца, т. е. представителя своих участников».

Интересно, что и советская промышленность, за невозможностью ее полной социализации, перешла, в сущности, к солидаристической форме. Синдикаты, представляющие из себя в СССР служебные организации второй степени для трестов (государственных предприятий, работающих на хозяйственном расчете, в качестве самостоятельных лиц), устанавливают правила, обязательные для его участников, заменяя односторонними правилами договорную форму внутрисиндикатских отношений. Эту систему советские юристы истолковывают совершенно в духе солидаризма: «так как каждый вступил в синдикат, заранее зная, что подчинение является гарантией того, что его интересы, средние массовые интересы, которые являются характерными для участников этого объединения, будут наиболее обеспечены, каждый дает основное согласие на подчинение большинству. В этом сказывается то коллективное начало, которое потом осуществляется на практике». (Вопросы промышленного права, Москва 1928 г. стр. 157). Советские юристы понимают, что здесь неприменимо признание ни полной самостоятельности всех связанных в синдикате юридических лип, ни слитности их в одно юридическое целое. Единство здесь относительное (там же стр. 160). Действительно, единство это заключается, главным образом, в согласовании деятельности отдельных участников синдиката, т. е. солидаризации их. Такова также задача Арбитражных комиссий, которые, при решении споров между государственными предприятиями, руководствуются не только договорами, но и целесообразностью и общегосударственными интересами (ср. ст. 13 Полож. 21 сен. 1922 г.).

«Метод синдицирования, говорит советский проф. Шретер, является методом параллельным административному регулированию и планированию». (В. Шретер, «Советское хозяйственное право», 1928 г., стр. 133).


В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить