Г. К. Гинс
05.12.2012 г.

  На главную раздела "Научные работы"





          6. Классический мир не увлекался прогрессом. Греки преуспевали в умственном прогрессе, но делали мало для улучшения условий общественной жизни. Их мировоззрение находилось под властью идеи рока (moira) и это создавало некоторую косность культуры: мойра предполагает, что во вселенной существует законченный порядок. Это та же идея, что создает неподвижность культуры Востока.

          Марк Аврелий в его «Размышлениях» (Meditationes) жалел человека, достигшего сорокалетнего возраста: при средней интеллигентности он может сказать, что ему знакомо все прошедшее и известно все будущее: до того однообразен мир151.

          7. Христианское учение с его требованием самоусовершенствования внесло переворот в мировоззрение, оно внушило веру в моральный прогресс. Под влиянием этого, средневековые мыслители (Бл. Августин) учили об умственном и моральном прогрессе и убеждали в неизбежности дальнейшего улучшения жизни на земле.

          Идея «Божьего Града» господствовала над умами в средние века и впервые объединила весь тогдашний христианский мир в крестовых походах, воодушевив его к солидарной борьбе за общую веру. С тех пор явилось сознание общности европейской цивилизации и культуры.

          Общая обстановка средних веков не благоприятствовала прогрессу. Еще Маккиавели характеризовал человеческую натуру, которую он рассматривал не очень высоко, как неизменную в веках, и ставил формы управления в зависимость от личного творчества всемогущего законодателя, а не от законов прогресса.

          Однако, со времени Ренессанса замечается все большее укрепление веры человека в себя и подготовляется почва для теории прогресса. Оптимизм по отношению к будущему приходит на смену оптимизму в оценке прошлого.

          Бодэн (XVI в.) смело выступил против характеристики начального периода жизни человечества, как золотого века. Бодэн утверждает, что золотой век, если в нем хорошенько разобраться, окажется, наоборот, железным.

          Еще определеннее выражена эта мысль Фр. Бэконом: (XVI в.) Antiquitas seculi-juventus mundi, т. е. старый мир в действительности младенец. Зная ошибки прошлого и понимая их причины, мы можем избегать их впоследствии и это даёт надежду на постоянный прогресс. Затруднения к успеху происходят от причин, которые находятся во власти человека. Для достижения благополучия человека и общества, Бэкон настаивает на практическом знании людей, т.е. изучении их основного характера и страстей и на нравственном руководстве и культуре воли (georgica animi). Если это будет достигнуто, то обеспечены дальнейшие завоевания культуры.

          С тех пор мысль, что мир становится все более зрелым и старым, со всё большим опытом и возможностями, завоевывает себе широкое признание. К этому присоединяется вера в государственную власть, которая, сосредоточив в своих руках огромное могущество, может бесконечно улучшать социальную жизнь152.

          8. В начале XVIII в. (1725 г.) появился замечательный труд неаполитанского юриста-философа Джанбатиста Вико, под заглавием «Новая наука». В развитии общества этот оригинальный и глубокий мыслитель различает три великие эпохи. Первая из них — детство народов. Постепенно от полуживотного чисто физического существования люди перешли к мифологии и культам, развивавшим мышление и утверждавшим порядок. Семейный деспотизм подготовлял к повиновению гражданским законам. Начинается история аристократическим веком героев. Но, по мере того как люди привыкают рассуждать и анализировать, они требуют равенства. Возникает демократия, начинается внутреняя борьба, а затем падение. Возвышенные интересы сменяются низменными, люди служат своим грубым прихотям и капризам, общество проходит свой полный круг. Дальше новые народы начинают опять свой круг, пока не состарятся и не придут к распаду. Но Вико склонен думать, что Провидение ведет человечество все дальше вперед. Возобновляющееся круговое развитие приближает человечество к вечности. Здесь автор от науки переходит к вере153.

          Вторая половина XVIII в. была особенно благоприятна для подобной веры. Блестящее царствование Людовика XIV было окружено сиянием великого века, подобно эпохе Августа. Выдающиеся умы заставили гордиться их произведениями, новые знания внушили человеку уверенность в своей силе, могущество государства еще больше укрепляло эту уверенность. В такое время идея прогресса должна была получить наиболее яркое выражение.

          9. Выполнение этой миссии выпало на долю блестящего французского мыслителя второй половины XVIII в., Кондорсе. Скрываясь от террора якобинцев на чердаке с ядом, заготовленным на всякий случай для самоубийства, талантливый мыслитель излагал свои идеи, доказывая непрерывность прогресса.

          Прогресс, с точки зрения Кондорсе, является безостановочным и необходимым движением вперед. «Золотой век — не за нами, а впереди нас»154.

          Исторические наблюдения, по мнению Кондорсе, раскрывают порядок, в каком происходят перемены, и знакомят с тем влиянием, которое каждый данный момент оказывает на будущее. Они свидетельствуют также, что прогресс есть цепь, нигде не прерывающаяся, указывающая путь, по которому идет человечество, преследуя две цели: истину и счастье.

          Кондорсе не видит пределов усовершенствования человека; по его предположению, человечество может достигнуть состояния, когда оно не будет различать, что частный интерес расходится с общим и что любовь к ближнему будет не меньшей, чем любовь к самому себе. Не будет больше нарушений чужого права, войны исчезнут и народы будут жить в полном согласии.



151) Было бы, однако, неправильно утверждать, что классическому миру была вовсе чужда идея прогресса. Так, напр., школа эпикурейцев придавала разуму и опыту значение культурных двигателей и заявляла, что люди движутся вперед, что культура, знания, гуманность возникли усилиями человека и постепенно вытеснили варварство. Однако, эпикурейцы мрачно взирали на будущее, предсказывая грядущее разрушение мира и предвидя страдания, которые приносит цивилизация. О прогрессе говорил также современник Цезаря, Лукреций (поэма «О природе вещей»). Он первый пустил в обращение фразу «прогрессировать шаг за шагом», он отказался от идеи первоначального земного рая, объясняя возникновение и развитие языка усложнением психической жизни в растущем общении людей и отмечал технические успехи, рост эксплуатации природных сил, появление городской жизни и т. д., но и он скептически относился к развитию индустрии и искусства и обнаруживал слабость к дикарю. В общем греко-римская общественная среда мало благоприятствовала мысли о прогрессе. Просвещение захватывало небольшие слои, техника не обнаруживала крупных успехов, общественная жизнь мало совершенствовалась (Р.Ю. Виппер, «Общественные учения и исторические теории», Изд. 2, стр. 177).

Во всяком случае древности была почти вовсе чужда идея линейного, непрерывного прогресса, и если высказывались идеи о прогрессивном развитии, то оно чаще изображалось, как круговорот, как цикл, подобный зарождению, расцвету и упадку (ср. Pit. Sorokin «A survey of the cyclical conceptions of social and historical process» — Social forces vl. VI N I, Sept. 1927).

152) Впоследствии Вольтер сопоставлял райское житьё и современность, не завидуя раю. Последний не знал индустрии и комфорта, и это, по мнению Вольтера, не добродетель, а невежество.
 
153) Виппер, ук. соч. стр. 7-15.

154) Condorcet Esquisse d'un tableau historique des progres de l'esprit humain, стр. 13 и 272. См. статью о Кондорсе М. Ковалевского в «Вестнике Европы» 1894 г. №№ 3 и 4.


В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить