Г. К. Гинс
30.11.2012 г.

  На главную раздела "Научные работы"




ГЛАВА IX

ПРИНЦИПЫ СОЛИДАРИЗМА В ВОДНОМ ПРАВЕ


          1. Естественная общность интересов водопользователей и её юридическое выражение. 2. Добровольное подчинение выборной администрации. 3. Современные водные кодексы и ограничения в них частных прав. 4. Собственность на воды и проистекающие из солидаризма особенности её. 5. Принудительное сопользование и другие ограничения собственников. 6. Водные переделы. 7. Примирительный процесс. 8. Концессионные права и система «укрепления» прав по Прусскому закону. 9. Водные товарищества.

          1. В водном праве можно найти богатую коллекцию примеров для иллюстрации солидаризма, как юридической системы имущественных отношений.

          Проточная вода, проходящая из одного владения в другое, создает постоянную общность интересов и часто тесную зависимость одного хозяйства от другого. Один выводит воду для орошения, другой остается без воды. Один устраивает плотину, у другого затопляются луга. Один загрязняет воду, остальные лишаются питьевой воды.

          При однообразии интересов, все соучастники в пользовании легко сговариваются и вырабатывают порядок, наиболее обеспечивающий все интересы. Так, напр., при ирригационном хозяйстве вода распределяется по очередям, иногда по часам и по минутам дня и ночи. Групповое обладание и коллективный интерес предполагают создание специальной администрации, снабженной принудительной властью. Совет Выборных имеет право даже раскладки работ и денежных сумм по ремонту оросительных сооружений и по устройству новых сооружений; в периоды засухи и недостатка воды водная администрация производит переделы.

          Приговоры, устанавливающие порядок пользования водой и отражающие обычное водное право, свидетельствуют о том, что коллективное благо всей общины водопользователей ставилось на первое место и отдельные пользователи в интересах общей выгоды должны были строго подчиняться установленному порядку и органам надзора, выполнять обязанности по содержанию в исправности водных сооружений и содействовать исправлению их119.

          Общий интерес создаёт естественную солидарность. Только общими силами и только при соблюдении установленного порядка, сопользователи могут обеспечить себя поливной водой, без которой земля — ничто. Недаром в Закавказье очередная доля поливной воды называлась «мор-артасук» (материнская слеза).

          2. Солидарные интересы поддерживаются принудительным порядком, соблюдение которого гарантируется поддержкой всей общины. Наличие водной администрации более важно, чем наличие закона. Всем ясно, как надо поступить, надо лишь, чтобы было кому проявить инициативу и предъявить требование. Опыт применения в Закавказье закона 1890 г. показал, что материально-правовые нормы получили там неизмеримо меньшее значение, чем организация специальных учреждений по заведыванию орошением и т. н. инспекции вод120. Таким образом, облекаясь в юридические формы, солидаризм находит опору в административном воздействии. Мы видим здесь поддержку принудительной властью общественного порядка с сохранением того же принципа, который мы уже отмечали: принуждение поддерживает порядок, выгодный для каждого отдельного участника.

          3. Водное хозяйство современных культурных народов много сложнее, чем описанное. Сложность создается наличием разнообразных интересов и коллизией их. Потребности земледелия сталкиваются с интересами промышленности, интересы судоходства с интересами использования водной энергии. Необходимость материально-правовых норм и, следовательно, законодательного регулирования сказывается здесь острее121. Вследствие разнородности интересов здесь труднее достигается взаимное понимание. Без участия авторитетной власти трудно разрешить, какой потребности следует отдать предпочтение, напр., орошению, или снабжению города питьевой водой, или устройству мельницы. Собственник, не имея средств для самостоятельного предприятия, может препятствовать и другим, отказывая им в предоставлении необходимых прав или запрашивая с них чрезмерные цены. Там, где представилось бы наиболее целесообразным создание предприятий крупного масштаба и значения, вырастет несколько мелких и незначительных, существование которых впоследствии затруднит более рациональное использование водной энергии.

          Таким образом, современное водное хозяйство не может обойтись без законодательной регулировки и за последние десятилетия созданы образцовые водные законы (кодексы)122.

          В новейших законах находит своё выражение господствующий в водном праве дух солидаризма.

          Общность интересов водопользователей настолько велика, что они могут казаться совладельцами. Общности прав нет, но, совместное пользование создает необходимость общего режима. Подобно тому, как едущие по улицам или идущие по тротуарам должны считаться с тем, что и другие имеют право ездить, и ходить, так каждый прибрежный владелец, хотя он самостоятелен в своем праве, должен считаться с тем, что водой этой же реки пользуются и другие прибрежные владельцы. Отсюда так же, как и при надзоре за движением по улице, возникает специальное политическое регулирование.

          Где действует начало солидаризма, там неизбежно ограничение прав отдельных лиц в общих интересах и подчинение административному надзору. Почти все водные законы содержат одинаковые по этому вопросу постановления. Они существенно отличаются от обыкновенных частно-правовых норм.

          При составлении проекта саксонского водного закона, основные принципы, характеризующие начало публичности в водном праве, были сформулированы следующим образом:
          1) Приспособления для пользования постоянно-текущими водами, в частности плотины должны содержаться в таком состоянии, чтобы устранялось бесполезное пользование и бесполезный простой воды.
          2) Никто не может пользоваться своим правом так, чтобы причинялся ущерб другому.
          3) Каждый владелец плотины или к. л. устройства для орошения и осушения обязан предоставлять другим за соответствующее вознаграждение возможность совместного пользования.
          4) Никому не может быть предоставлено особое право пользования водой свыше действительной потребности или при отсутствии целесообразного хозяйственного назначения.
          5) При коллизии потребностей власть, во имя достижения лучших хозяйственных результатов, должна быть уполномочена на прекращение права одного в пользу другого или на принуждение владельца к улучшению его устройств в интересах других, в некоторых случаях за соответствующее вознаграждение.
          6) При недостатке воды может производиться перераспределение.
          7) При наличии ущерба для общего блага могут быть прекращаемы или приостанавливаемы впредь до устранения причин ущерба опасные и вредные способы пользования водой.
          8) Власти принадлежит право, при угрожающей опасности, самой распорядиться водами.
          9) При долговременном неиспользовании вод, права пользования утрачивают силу.

          Эти принципы были приняты законодателями отдельных германских государств и нашли себе полное или частичное выражение в водных законах.

          Для тех, кто подошёл бы к современным водным кодексам с обыкновенной цивилистической меркой, они показались бы чудовищными. Права, которые могут быть прекращаемы, приостанавливаемы, перераспределяемы, права, контролируемые и согласуемые с собственной потребностью и интересами других! Это подлинная революция, но и это не все: водные кодексы содержат, как мы увидим, еще и другие поразительные новшества, вроде принудительного сопользования или возложения на собственников обязанностей пользоваться водой целесообразно и поддерживать водные сооружения (плотины). При этом границы между публичными и непубличными водами почти стёрты и государству предоставлена широкая власть поддерживать и направлять всё водное хозяйство таким образом, чтобы содействовать широкому развитию производительных и промышленных сил страны.

          4. Принципы солидаризма ясно выражены в следующем положении: «пользование водным течением может быть осуществляемо лишь таким образом, чтобы не было причиняемо ущерба существующим правам пользования и собственности на тех же водах и чтобы всей совокупности управомоченных было возможно использовать воды для их имений с наибольшей выгодой» (Бад. Зак. § 14 п. I.).

          Эти же начала Баденский Закон 1913 г. распространил на ключевые и грунтовые воды, ограничив собственников в интересах выше и ниже лежащих участков (§ 14 п. 5), и обязал лиц, пользующихся водой источников и грунтовыми водами, сооощать подлежащим властям фактические данные об их пользовании (§ 24 п. 6).

          Власти не только контролируют, они могут вовсе не допустить такого пользования водой, которое причиняет ущерб другим лицам, но они не вправе отказать в разрешении на устройство такого предприятия, которое преследует цели водоснабжения большого района и когда польза такого предприятия явно превышает ущерб, причиняемый отдельным лицам. Крупные общеполезные предприятия получают всегда преимущество (§ 53), при условии возмещения заинтересованным лицам причиненного им, благодаря преимуществу других, ущерба.

          Баденский закон 1913 г. более других ограничил права частных собственников. Прибрежные владельцы лишены этим законом многих преимуществ. Все землевладельцы водного бассейна, участки которых, по их положению, свойствам и назначению, могут целесообразно использовать воду, обладают правом на неё на равных основаниях с прибрежными владельцами (§ 17).

          Воды находятся в ведении административных властей. Текучая вода никому не принадлежит, не существует и монопольных прав на пользование ею. Эти права может приобрести всякий, кто обладает возможностью извлечь из них выгоды с наибольшей пользой.

          Иначе построен Прусский водный закон 1913 г. Он признаёт и проводит начало собственности на воды. Прибрежные владельцы обладают правом собственности на русло, покрытое текучей водой, и, следовательно, они вправе извлекать из этого все выгоды всеми способами пользования. Но общий принцип водного права подчиняет их ограничениям на пользу общую. Водная полиция может принять меры против всякого пользования, которое противоречит общественным интересам.

          Пользование водами со стороны собственника не является каким-то особым правом, оно является лишь осуществлением собственности. Поэтому оно носит всецело частно-правовой характер и регулируется началами гражданского законодательства. Согласно § 100 BGB оно охватывает как извлечение доходов (плодов), так и всех других выгод, какие даёт употребление вещи. Помимо всех видов пользования, предоставленных по § 25 каждому желающему и которые собственник, в отличие от других, осуществляет, как несомненное право, — он может мочить лен и коноплю, выбирать ил, землю, песок, гравий и т. д., устраивать пристани, купальни, трапы, мосты, контору для сдачи в наём лодок, разные устройства, склады дров и других предметов, катки, катание на лодках и различные виды судоходства, сплава и пр. Но все эти выгоды предоставляются собственнику, лишь поскольку он не выходит из установленных законом границ, т. е. не нарушает полицейских правил, не загрязняет воду, не понижает ее уровня, во вред другим и пр. Всё, что выходит за эти для всех пользователей обязательные границы, требует разрешения (концессии).

          Применение ограничительных мер по отношению к собственнику обставлено, однако, некоторыми гарантиями. Ему может быть запрещено не всякое действие, которое вредит другому, как это имеет место при общем пользовании, а только некоторые действия этого рода. В § 41 Прусского Закона предусмотрены определенные виды действий, которые собственник не может производить. Другие действия собственника, хотя бы в результате их и возникал вред, не могут быть запрещены ему, раз только не доказано, что он переступил границы своего права.

          Однако, принцип солидаризма проявляет себя и в Прусском водном законе. Помимо упомянутых уже установленных в общественных интересах ограничений, закон этот знает ряд принудительных норм, в частности принудительное сопользование. Ограничительные постановления водного закона распространяются даже на замкнутые воды и проникнуты идеей недопущения злоупотребления правом.



119) Ср. Г. К. Гинс «Водное право» Вып. 1 Харб. 1926. стр. 95, 105, 109, 124-126.

120) Там же стр. 139. Ср. ч. II Харб. 1928 г. стр. 216 о регламентации водопользования в Туркестане при Сов. власти.

121) Там же, Вып. I стр. 68 и 154. Вып. II стр. 182.

122) Франц. 1898 г., Баварск. 1907, Саксонск. 1909, Баденск. 1913 и Прусский 1913. Кроме того ряд новелл в отдельных государств. Италия 1916 и 1919, Франция об использовании водн. энергии 1919.

В Италии существенные изменения в водном законодательстве внесены декретами 16 янв. и 25 янв. 1916 г. о концессиях, 20 ноября 1916 г. — об отводах воды и 9 октября 1919 г. Законы эти вызвали живой обмен мнений среди итальянских ученых. Экономист проф. Valenti «Le ragioni economiche di un nuovo regime delle acque» (Atti della societa italiana per il progresso delle scienza — Roma, Marzo 1916) приветствует подчинение вод государству по праву собственности sui generis. Государство примиряет индивидуальные и социальные интересы. Маститый V. Scialoja (La legisl. sulle acque там же) одобрил тезисы Валенти, но отрицает собственность государства на воды, признавая лишь суверенитет, дающий право надзора и юрисдикции. Государство не может осуществить собственными силами все мероприятия, оно предоставляет это частным пользователям и само лишь примиряет различные интересы. Неодобрительно высказался по поводу закона 21 ноября 1916 г. выдающийся итальянский романист P. Bonfante — Sulla nuove legge delle acque (Rev. commerc. 1919 p. 1). Он считает этот закон революционным, нарушающим частное право и традиции классического права. Perpetuum превращается в temporale. Это своего рода falcidia temporis, говорит он. В другой статье «Le regime delle acque dal diritto romano al diritto moderno» (Atti della soc. per il progr. della scienza 1921.), он рекомендует сохранять принцип Рима — свободу пользования под контролем государства.


В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить