18.12.2009 г.

  На главную раздела "Эзотерика"




Часть II ДАЛЕКО ЗА ПРЕДЕЛАМИ  (Продолжение, начало)

 14. ОДИН ПРОСТОЙ УРОК


 
           Время: ночь, 3 часа 40 минут... бодрый, отдохнувший, расслабленный... отцепился, легко покинул материальное тело, тут же выскользнул из второго. Подождал сигнала. Его не было, и я расслабился, предоставил все своей полной личности.
          Привычное мелькание, движение не очень быстрое. Ощутил неподалеку метку ВВ.
          Сейчас восприятие было совершенно иным: ВВ крепко закрылся, стал очень тусклым.
          Тонкая внешняя дымка Промежуточной Зоны делала его метку еще менее различимой.
          Я решил вести себя как ни в чем не бывало и разгладился (Эй, старик, как дела?).
           ВВ приоткрылся (А, привет, Роб).
          (А я думал, что ты уже делаешь скачки к своему КТ-95).
          Он еще больше потускнел (Да, конечно...).
          Я мягко разгладился (Я могу чем-нибудь помочь?).
          (Нет... в общем, нет). — Он снова начал закрываться. — (Я просто побуду здесь еще немного).
          Он был похож на человека, потерявшего лучшего друга. С его точки зрения, так оно и было. Впрочем, и с любой другой точки зрения, ведь даже после окончательного возвращения АА не останется прежним: уникальные отметины, которые появятся в результате человеческих переживаний, навсегда сплетутся с его изначальной сущностью, отпечатаются в ней. Это действительно можно счесть потерей друга...
          если только ВВ не смирится с переменами, откажется от представлений о неизменности обитателей КТ-95, одним из которых когда-то был АА.
          Я попробовал другой подход (Ты ведь не собираешься оставаться здесь целую вечность?).
          (Вечность? Что это?), — расплылся ВВ.
          Я мигнул (Это... так, человеческое выражение).
          Он завибрировал (И слышать не хочу о ваших человеческих штучках!).
          Я решил выражаться откровенно и прямо (Послушай, тебе нужно вобрать пару посылов о людях. Если ты этого не сделаешь, то не сможешь узнать своего друга АА, когда он снова здесь появится. Прежняя метка уже не поможет).
          ВВ продолжал вибрировать (Как это не смогу узнать?! Такое не меняется!).
          (В том-то и дело, что метка изменится. Разверни-ка посыл о том, как ты пытался вытащить его. Сложности с меткой возникли у тебя уже тогда. И не сомневайся, это еще цветочки. Он погрузился совсем недавно, все только начинается).
          ВВ свернулся и закрылся, а я неожиданно воспринял то, что ощущал и раньше. Что же мне делать? Ведь он не какой-нибудь бродячий пес, которого можно забрать к себе, накормить, а потом подыскать нового хозяина. Да это просто смешно.
          Впихнуть в его в человеческое тело? И как, интересно, я смогу это сделать? Нет сомнений, он наотрез откажется встать в очередь и отправиться на Землю через портал. С другой стороны, можно ли научиться плавать, если боишься войти в воду и промокнуть?
          Я еще раз попытался вразумить его (Может, тебе действительно лучше прыгнуть и вернуться в свой КТ-95? Просто забыть обо всем этом).
          ВВ приоткрылся (Уже прыгал. Побывал дома — и вернулся сюда).
          Я ждал продолжения. Мне не хотелось опять оказываться в затруднительном положении. Я знал, что ВВ продолжит разговор сам, и не ошибся.
          (Там была... дыра, совершенно пустая дыра. Понимаешь, о чем я?).
          Я выгнулся (Да, доводилось видеть. Она и будет пустой, потому что годится только для одного вихря. Никто другой не сможет ее заполнить).
          (АА был толковым вихрем, поверь мне. Даже чересчур сообразительным, как  <раз> по мне.
          Видишь, к чему это привело?).
          Я опять изогнулся (Что поделаешь...).
          Я собирался было развернуться и незаметно уйти, но было слишком поздно. У меня возникло острое восприятие того, что ВВ вот-вот найдет какое-то решение проблемы и оно потребует моего участия. И я снова не ошибся.
          Он вдруг ярко засветился (Да, конечно, и ты сможешь это сделать!).
          (Что именно?).
          (Забросать меня посылами о людях. И тогда я смогу отыскать АА).
          (Да я даже не знаю, с чего начать...), — замерцал я.
          (Просто объясни мне, что это значит — быть человеком).
          (Ну как это можно объяснить? Ты должен стать человеком...).
          (Нет уж, нет, этого я делать не буду), — тут же возразил ВВ. — (Ведь тебе удается перемещаться без своего материального тела).
          (Да, но это несколько...).
          (Роб, мы с тобой занимаемся этим с самого начала. Мы уже давно стали друзьями. У меня есть твоя устойчивая метка... Стань для меня Экскурсоводом, расскажи обо всем этом коротко и ясно. Понимаешь?).
          Я разгладился (Объяснить, что значит быть человеком, уложившись в один простенький урок?).
          (Именно!), — засветился он.
          Веселенькая история... Слепой ведет слепого. Допустим, не совсем так, но очень похоже. Что я могу объяснить? Разве что бегло пройтись по тому, что считаю самыми основами, показать ему... да, точно! Показать! Так будет намного понятнее.
          Я раскрылся (Хорошо. Самое главное для человека — выживание. Это важнейшее восприятие. У человека оно заглушает все прочее).
          (А что такое выживание?), — расплылся ВВ.
          (Стремление остаться в живых).
          (Хм, а в чем сложность? Живешь себе — вот и остаешься в живых).
          Я разгладился (Когда у тебя есть материальное тело, все совсем по-другому.
          Основной инстинкт — остаться существовать в материальном теле. Не вообще, а именно в теле. Большая часть энергии человека у ходит на выживание... ну, в той или иной форме. В этом и кроется причина практически всех человеческих проблем.
          Инстинкт выживания настолько силен, что заглушает остальное. Урок окончен).
          ВВ завертелся (Да брось ты! Пожалуй, это самый безумный посыл, какой мне только доводилось получать!).
          Он продолжал кружиться, и я понял, что есть только один способ втолковать ему этот принцип: показать все на деле. Отвести на пляж, пусть посмотрит на купающихся... (Я тебе кое-что покажу, следуй за моей меткой).
          ВВ засветился (С удовольствием. Роб).


          Я развернулся, сделал кувырок и нырнул вниз, сквозь кольца. Мой друг из КТ-95 не отставал. Так, забудем о крупных городах, пойдем глубже, к самым началам...
          куда-нибудь подальше от цивилизации, в отдаленные районы... верно, в Центральную Азию... увидим во всей красе... Я резко остановился над унылым холмом с реденькой порослью на одном из склонов. Среди деревьев прятался какой-то человек. ВВ остановился позади меня, и я обратил его внимание на человека.
          Неподалеку, в зарослях травы паслось животное, внешне напоминающее небольшого оленя. Человек поднял ружье, прицелился и выстрелил. Олень упал, его ноги подергивались. Человек бросился к нему, схватил оленя за голову, отвел ее назад и перерезал ему горло ножом. Хлынула кровь, и олень застыл неподвижно. Человек взвалил его на плечи и побрел к сложенной из камней лачуге на краю леса. ВВ подтолкнул меня, и мы двинулись следом.
          (Этот человек, он убил другое существо?).
          (Угу), — выгнулся я.
          (А зачем? Что-то я не заметил в этом особого стремления к выживанию!).
          (Он убил оленя... ну, то, второе животное... другое существо. Человеку нужно тело этого оленя).
          ВВ потускнел (Зачем оно ему? У него ведь есть свое собственное тело).
          Ну вот, началось... Я разгладился (Чтобы выжить, человеку нужно питаться).
          (Питаться! Что значит "питаться"?).
          (Он вложит тело оленя в свое собственное, чтобы получить энергию и выжить... Так он остается в живых. Мы называем это питанием).
          (Но то, другое существо... олень, или как его там... оно ведь не выжило, не осталось в живых?.. то есть физически... Я отчетливо воспринял, как энергия покидала его тело).
          Ничего себе — простой урок! (Понимаешь, люди — то, что мы обозначаем меткой господствующего вида... типа живых существ. Мы находимся на самом верху того, что называют пищевой цепочкой. Пища — это то, чем питаются. Мелкие виды становятся пищей для крупных, а их, в свою очередь, поедают еще более крупные, а на верху — человек. Он не самый большой, но самый умный, потому и стал господствующим видом. Люди поедают практически всех остальных).
          ВВ свернулся и мерцал все время, пока мы двигались вслед за идущим к хижине человеком. Подойдя к дому, тот опустил труп оленя на землю, приподнял за задние ноги, подвесил вниз головой на перекладину перед завешенным шкурами дверным проемом, а затем прошел внутрь.
          ВВ часто мерцал (Разве он не собирается... питаться?).
          (Позже. Сначала нужно... подготовить тело, подождать, пока стечет кровь. Хочешь посмотреть, что происходит внутри?).
          В общем-то, выбора у ВВ не было, и мы прошли сквозь каменную стену. В центре, посреди голого земляного пола, горел небольшой очаг. Вокруг него сидели три человека: женщина и двое маленьких детей. Женщина помешивала варево в подвешенном над огнем котле, дети следили за ее движениями голодными глазами.
          Мужчина подошел к огню и присел рядом, сбросил с себя тяжелую кожаную куртку и взял протянутый женщиной горшок. Он принялся за еду: пальцами извлекал из горшка кусочки пищи и время от времени отхлебывал из него жидкость. ВВ нетерпеливо толкнул меня.
          (Что это он делает?).
          (Питается. Он берет твердую пищу и вкладывает в свое тело, а жидкость просто вливает в него).
          (Да, да, это я воспринимаю. Но что он сделал до того? Мне показалось, будто он отделил от себя часть тела!).
          Я начал расплываться, но тут же засветился (Это одежда! Не его тело, просто кусок... ну, вещество, которое он надевает чтобы было тепло. Это другая сторона стремления к выживанию: материальному телу должно быть тепло, но не жарко. Кроме того, одежда защищает тело от повреждений. По той же причине люди живут в хижинах... ну, в таких сооружениях, как это. Они тоже помогают уберечь физическое тело. Огонь — вон то излучение в центре — дает тепло).
          Я воспринял полную сосредоточенность ВВ... от него исходило то напряжение, какое, должно быть, испытываешь, когда прямо перед лицом раскачивается кобра с раздувшимся капюшоном. Я сосредоточился на нем, пытаясь определить, что именно в этой сцене стало для него настоящим посылом. Как же объяснить такие простые вещи: что такое тепло, холод и огонь? Как рассказать о постоянном внимании к потребностям материального тела?.. Как изложить все это тому, у кого тела никогда не было? ВВ снова толкнул меня в бок.
          (Роб, Роб!). — Он сильно вибрировал. — (Он опять убивает другое существо!).
          Я обернулся. Человек оттащил женщину от очага и повалил ее на пол. Он забрался на нее, прижал к земле, крепко обхватил руками. Длинная грубая юбка женщины была задрана до пояса. Мужчина и женщина страстно корчились на полу, ее раздвинутые колени обхватывали его поясницу. Сидящие у очага дети жадно ели и не обращали на происходящее никакого внимания. Я никогда не страдал болезненным любопытством, и потому позволил себе немного цинизма.
          Разгладившись, я пояснил (Нет, он ее не убивает. Они... э-э-э...
          воспроизводятся).
          (Что делают?..).
          (Соединяют свои энергии, чтобы получилась третья... новая. Они создают копии самих себя. Такие копии, как вон те две, которые питаются у огня, Я убежден, что эти две копии тоже созданы ими).
          (А зачем они это делают?).
          (Это самая важная сторона выживания. Создай копию самого себя — и ты продолжишь жить в этой копии. Воспроизводство — основной инстинкт всех видов живых существ, не только человека. Посыл сводится к тому, что сначала нужно воспроизводиться, и только потом питаться, заботиться о тепле, прохладе и всем прочем).
          (Но они ведь уже создали две копии?).
          (Понимаешь, нужно убедиться, что хотя бы одна из них выживет и сможет создать новые копии. Если обе молодые копии умрут или будут убиты еще до того, как сделают свои собственные копии, то третья — та, которую они создают прямо сейчас, — сможет прожить дольше и продолжить воспроизводство).
          ВВ мерцал (Почему они могут умереть? Кто их убьет?).
          (В этом и заключается сложность жизни в материальном мире. Умереть или быть убитым намного проще, чем выжить. Чтобы сохранялось равновесие, нужно мощное стремление к выживанию, а оно порождает много побочных сложностей).
          (Какие именно?).
          (Скоро увидим).
          ВВ опять сосредоточился на супружеской паре. К тому времени половой акт уже закончился, они вернулись к очагу и вновь налегли на еду (Слушай, а ведь эти два крупных существа отличаются друг от друга!).
          (Оба — люди, но действительно разные. Посмотри тот посыл, который получил от АА — он хотел вернуться, чтобы стать женщиной, а в следующий раз, наоборот, решил быть мужчиной. Люди делятся на мужчин и женщин. Чтобы воспроизводиться, делать копии, нужны оба).
          ВВ свернулся, потом раскрылся (А ты кто?).
          (Мужчина).
          (Ты когда-нибудь был женщиной?).
          (У меня нет об этом посыла. Скорее всего, не был).
          ВВ раскрылся еще шире (У нас в КТ-95 о таком и не слышали... Никогда не воспринимал ничего подобного. Подумать только, делать копии самого себя!).
          (Понимаешь, нельзя сказать, что это точная копия), — заметил я. — (Скорее, это физическое сочетание мужчины и женщины. Люди всегда надеются, что получится точная копия, но на самом деле так не бывает. Копируется только физический носитель, но никто не знает, какой вихрь в него проникнет. Он может оказаться совсем иным).
          ВВ закружился (Не стоит, Роб, воспроизводство не настолько меня поразило!).
          (Согласно моему восприятию, человеческим существованием увлекались и более стойкие вихри, чем ты), Он разгладился (Все эти штуки насчет выживания пока не производят на меня большого впечатления. Пожалуй, для меня это слишком... Допустим, я смог бы привыкнуть к питанию, к поискам тепла и прохлады. Если это удается другим, то и я смогу. Воспроизводство, копирование себя — вот это, пожалуй, весело. Может получиться неплохая игра).
          Я не смог удержаться (Золотые слова! Впрочем, продолжай, продолжай).
          (Не воспринимаю... Что такое "золотые слова"?), — расплылся он.
          Я развернулся и прошел сквозь стену, не сомневаясь, что ВВ пойдет следом. Я уже настроился на одно место, которое, по моему мнению, могло принести прекрасный посыл о том, как накапливаются искаженные представления. Метка: Нью-Йорк, центр Манхэттена. Начнем с запада. Сорок Вторая улица. Перемещение было довольно быстрым. Мы оказались над каким-то проулком. Вокруг суетилась обычная вечерняя толпа пешеходов: сутолока, бесцельные блуждания, одни торопятся, другие лениво плетутся. Забегаловки, входы в старые кинотеатры с обильной рекламой порнофильмов самого низкого пошиба, магазинчики с приспособлениями для розыгрышей, музыкальные лавки, откуда доносится грохочущий рев, до отказа заполненная легковушками и грузовиками проезжая часть — да, за последние тридцать лет мало что изменилось, разве что к худшему. Что ж, это должно стать хорошей демонстрацией. ВВ оказался в самом центре марширующего по улице парада.
          Он нелепо шарахался в стороны, стараясь не столкнуться с шагающими людьми. Я оттащил его к обочине, подальше от толпы и давки.
          Он размеренно мерцал (Откуда их здесь столько?).
          (Как говорится, перекресток миров... Многие здесь живут, многие приезжают из других мест).
          (А зачем они сюда... приезжают?).
          Я разгладился (Считается, что тут, в Нью-Йорке, можно найти все, что захочешь).
          ВВ завибрировал (В общем-то, не вижу здесь ничего особенного. Даже отсюда, изнутри).
          (Ну, просто такое восприятие, вот и все. Так или иначе, эти люди занимаются тем же, что и тот человек в лесу: пытаются выжить. Делают все, чтобы остаться в живых).
          ВВ снова замерцал (Я этого не воспринимаю. Шум в полосе "М" просто чудовищный. А хуже всего это царапающее поскрипывание! Я такого никогда не слышал. Почему так шумно?).
          Я разгладился (Ты, пожалуй, чуток прикройся, станет легче. Шум создаем мы, люди, а это поскрипывание — их эмоции. Я только сейчас понял).
          (Эмоции?).
          (Я даже не буду пытаться объяснить, что это такое. Чтобы понять, нужно быть человеком. Это вторая по сложности проблема после стремления к выживанию. Из-за нее люди делают то, что в действительности не очень-то хотят делать).
          Он мигнул, наполовину закрылся (Но почему они создают столько помех?).
          (Они даже не подозревают об этом шуме), — изогнулся я.
          ВB свернулся, закрылся, затем слегка приоткрылся (Ты тоже человек. Почему же в твоей полосе "М" нет такого шума?).
          (Шум есть, просто я на некоторое время подавил его. Думаю, там, в материальном теле, я поднимаю невероятный грохот).
          ВВ раскрылся и разгладился (Понятно. Если ты это терпишь, то я тоже вынесу.
          Давай продолжим о выживании).
          Я медленно развернулся вокруг своей оси (В окрестностях... неподалеку от этого места в пространстве и времени можно удовлетворить все потребности. Все, что захочешь, сколько захочешь, когда захочешь — достаточно настроиться на нужную метку).
          ВВ замерцал (Тут... э-э-э... много питания... то есть пищи?).
          (От гамбургеров в этом квартале до ресторанов вон в той башне вдалеке.
          Достаточно зайти — и тебя тут же накормят до отвала).
          (Тепло, прохлада и... как его?.. хижины, где живут... вещество, которым окружают тело?).
          (Все это здесь есть).
          (А как насчет создания копий... воспроизводства?).
          Я закружился (Думаю, с этим тут тоже нет никаких сложностей, если хорошенько поискать. Впрочем, большая часть людей занимается этим... не создавая копий).
          (А зачем воспроизводиться, если не собираешься создавать копию?), — расплылся ВВ.
          Я замерцал (Согласно моему восприятию, инстинкт выживания настолько силен, что просто заставляет все виды живого заниматься воспроизводством. По этой причине само занятие является довольно... э-э-э... веселым).
          ВВ снова расплылся (Веселым? Я бы не сказал, что тем двоим было очень уж весело!).
          Я изогнулся (Чтобы понять, нужно стать человеком. Посылом это не объяснишь. Так или иначе, эту сторону стремления к выживанию здесь тоже можно удовлетворять...
          по-разному, но сколько угодно).
          ВВ ярко засветился (Ага, теперь все понятно! Это специально придумано, да? Тут есть все необходимое, люди получают, что хотят... каждый вихрь втягивает нужное и возвращается назад).
          Я свернулся и закрылся. Все это оборачивалось поучительным уроком не столько для ВВ, сколько для меня. Я с самого начала подозревал, что ничего не выйдет, — так и получилось. Ну как же мне объяснить ему, что все люди тратят большую часть времени на работу только для того, чтобы выжить? Как объяснить, что много людей часто хотят одну вещь и ради этого они убивают друг друга? Что борьба за выживание затягивает и человек уже не может остановиться, даже если у него есть все необходимое? Как рассказать, что люди собираются в огромные группировки под названием "государства" и пытаются уничтожить другие государства, которые якобы угрожают их выживанию? Как втолковать, что выживание настолько овладело мыслями и поступками человека, что он совершенно позабыл о других формах существования, кроме физического?..
          (Ты опять протекаешь, Роб), — вставил ВВ. — (Ты прав, мне в этом не разобраться... Что такое работа? Убивать других и питаться ими? И что значит "забывать"?).
          Я сделал все, что мог (Работа — то, что делают люди, чтобы получить деньги...
          ну, энергию... ее можно давать другим людям как оплату, а взамен человеку дают то, что ему нужно для удовлетворения инстинкта выживания).
          (Деньги? Должно быть, мощная энергия. Но у меня нет о ней никаких, посылов).
          (И не могло быть. Деньги есть только у людей, это... сугубо физическое явление.
          Работа тоже есть только на Земле, среди людей. Хуже того, сообщества людей, так называемые государства...).
          (Большие группировки? У нас в КТ-95 тоже есть группы игроков).
          (Да, большие группы людей. Так вот, у каждой группы есть свой тип денег-энергий, ими можно обмениваться).
          ВВ разгладился (Значит, если мне нужен олень, чтобы питаться, или хижина, одежда для тела, я должен отдать за них деньги-энергию?).
          (Да. Работаешь, получаешь деньги, платишь — и берешь).
          Он сосредоточился на проносящихся мимо машинах (А это тоже одежда? Ее можно получить за деньги?).
          (Именно за деньги ее и получают).
          (Как-то все сложно...). — ВВ полностью разгладился. — (Если бы я был человеком, то держался бы в стороне от этого... просто бродил бы, делал копии и не заботился ни о чем другом... Что смешного?).
          Я уже вовсю кружился, не в силах закрыться.
          (Неужели для этого тоже нужны деньги?), — расплылся он.
          (В определенном смысле, без них не обойтись), — выгнулся я.


          Внезапно я отчетливо ощутил срочный сигнал к возвращению. По привычке попробовал сопротивляться, одновременно стараясь привлечь внимание ВВ. Мне нужно вернуться, но я не могу оставить его здесь, ему просто не найти дорогу назад... но сигнал был очень мощным, я уже не мог с ним совладать. Меня понесло прочь, довольно медленно, потом все быстрее — я перестал бороться, решил поскорее узнать, в чем проблема, и тут же вернуться к ВВ. Добрался до второго тела, торопливо скользнул в него, одним рывком переместился в материальное. Сел в постели и огляделся.
          Вокруг было спокойно, мочевой пузырь не беспокоил, руки и ноги не затекли, никаких болей и неприятных ощущений. Должно быть, внешний раздражитель: телефонный звонок, гул пролетающего самолета. Не так уж важно, что именно. Тут я вспомнил о ВВ и представил, как он растерянно стоит там, на углу Сорок Второй и Бродвея. Я использовал ускоренный метод расслабления в надежде быстро успокоиться и перейти к ВТП, но был слишком возбужден. Мне не удавалось собраться, сосредоточиться. После шестой попытки я просто заснул.
          Проснулся я уже утром. Подумал, не попробовать ли выйти и помочь ВВ, но время суток было для меня не самым подходящим. День прошел как обычно. Я периодически вспоминал о ВВ, так как прекрасно понимал, что в этом случае вся ответственность лежит только на мне. Наконец, уже к вечеру, я почувствовал себя достаточно усталым для успешного расслабления, приехал в нашу лабораторию и заперся в ней.
          Включив подходящие звуковые сигналы, я отправился в кабинку, лег на кушетку, надел наушники и почти сразу расслабился. Дальше было просто: я отделился от материального тела, выкатился из второго, начал вытягиваться — и замер. Прямо передо мной парила какая-то фигура.
          (Эй, Роб, куда собрался?).
          (Как ты сюда попал?), — завибрировал я.
          ВВ казался очень разглаженным (Когда ты отправился в тот короткий скачок, я просто последовал за твоей меткой. Не хотелось оставаться одному среди того шума в полосе "М". Здесь намного лучше).
          (Очень надеюсь).
          (Похоже, у тебя с выживанием все в порядке. Не одна, а сразу несколько хижин...).
          Я замерцал (Это не хижина, а место работы).
          (У меня возникло четкое восприятие, что именно здесь ты выходил из материального тела. Это твое?).
          Я вибрировал (Конечно, мое! Я не пользуюсь чужими телами).
          (Почему?).
          (Ну... так не принято), — замерцал я.
          (Почему не принято?).
          (Не знаю, просто... такое восприятие... нельзя так поступать. Впрочем, не думаю, что я смог бы войти в чужое тело, даже если бы очень захотел).
          (Знаешь, ты так смешно вертелся и изгибался, когда выходил наружу).
          (Я ведь не воспринимал, что кто-то следит за мной со стороны), — выгнулся я.
          (У нас в КТ-95 есть одна похожая игра. Мы переходим из своего мира в другой, над нами. Кстати, а чем занимаются вихри вон в той большой хижине?).
          Я завибрировал (Ты что, и там уже побывал?).
          ВВ разгладился (Так, заглянул... Не удавалось привлечь твое внимание, решил заняться чем-то другим. Бросил нескольким вихрям пару посылов. Думаю, им понравилось. Так что они там делают?).
          (Пытаются избавиться от привычки бороться за выживание... вспоминают забытое.
          Это школа).
          (Я не воспринял... разве для этого нужны школы?).
          (Не воспринял? Значит, нужно продолжить наш урок).
          Я развернулся, вытянулся и направился в самое нижнее из колец, которое было совсем немного сдвинуто по фазе относительно физического мира. Это был тот самый участок, который переполнен неприятными сценами, но я не сомневался, что, если останемся в сторонке, нас не заметят и не побеспокоят. Меня туда не очень-то тянуло. Для сравнения я выбрал ту самую метку: Сорок Вторая улица в Нью-Йорке.
          Перемещение было кратким, и мы зависли метрах в десяти над тротуаром. ВВ оставался чуть позади.
          Он разгладился (Опять сюда? Все по-прежнему, только людей стало еще больше).
          (Сосредоточься на тех, кого воспринимаешь отчетливее).
          ВВ раскрылся и, похоже, заметил перемены: две толпы наслаивались друг на друга.
          Какой-то мужчина выскочил на проезжую часть в попытке остановить такси, но машина проехала прямо через него; он изумленно застыл на мостовой, глядя, как автомобили один за другим проносятся сквозь его тело. Худенький молодой человек с длинными волосами, на вид не больше восемнадцати лет, пытался привлечь внимание группы подростков, околачивающихся возле автостоянки. Те передавали по кругу сигарету; парень выпрашивал затяжку, но они его просто не видели и не слышали. Дорожный полицейский в полном обмундировании, помахивая жезлом, шагал мимо витрин и не отдавал себе отчета в том, что его никто не замечает. Броско одетая женщина неопределенного возраста пыталась найти в кошельке мелочь, чтобы купить газету. Не поднимая головы, она прошла сквозь угол соседнего здания.
          Господин преклонных лет горел желанием пообщаться с двумя юными проститутками, стоявшими у дверей с ведущей к номерам лестницей. Он был в ярости, так как девочки даже не подозревали о его существовании. Поднявшийся на ступени вполне материальный мужчина сунул одной из них "двадцатку". Девушка развернулась и повела его вверх по лестнице. Поколебавшись, пожилой господин поспешил следом.
          Не обращая никакого внимания на окружающую суету, по улице тащилась какая-то старуха. Время от времени она сворачивала в проулки и пыталась подобрать валяющийся на земле окурок, но он проходил сквозь ее ладонь. Темнокожий парень с вызывающим видом стоял в самой гуще пешеходного движения, на его лице отражалась поразительная ненависть. Сжав в руке нож, он яростно размахивал им, но не замечал, что его удары не причиняют никому вреда. В открытом баре на другой стороне улицы обосновался небритый старикашка, который старался схватить стоявший перед одним из посетителей стакан. После нескольких неудач старик просто вскарабкался этому человеку на спину и, оставаясь незамеченным, безрезультатно пытался дотянуться до жидкости, когда посетитель подносил стакан к губам.
          Я обернулся к ВВ (Достаточно?).
          Он сильно мерцал (Что с ними происходит?).
          (Они мертвы, но еще не понимают этого. В их памяти сохранилось только материальное существование… потому они и цепляются за прежний мир. Они уверены, что ничего другого просто нет).
          (Разве нельзя вызвать у них иное восприятие?).
          Я разгладился (Если ты имеешь в виду меня, то мне самому потребуется помощь, когда это случится. Некоторые даже делают на этом карьеру...).
          (Карьеру?), — расплылся ВВ.
          (Ну, именно этим и занимаются: пытаются отвлечь внимание таких людей. Хочешь воспринять самые крайние случаи искажения стремления к выживанию?).
          Он мигнул (Конечно, веди).
          Я заметил, что он подрагивает, но мне просто необходимо было дать ему жесткую встряску. Тогда он совсем иначе оценит внешние кольца. Я настроился на метку "сексуальной груды" и вытянулся к ней. Вскоре мы остановились примерно в трех метрах от нее. ВВ сосредоточился, расплылся и закрылся. Я ждал. Через некоторое время он наконец-то опять приоткрылся. Я отвернулся от груды шевелящихся человеческих тел и наполовину закрылся — не было сил терпеть это зрелище дольше.
           ВВ вяло вибрировал (А что случилось с этими?).
          (Они тоже мертвы. Они уже догадались, что стали другими, что их уже ничто не сдерживает. Во всяком случае, так они думают. В общем, они перестали себя контролировать).
          (Но что они делают?).
          (Их интересует только... воспроизводство. Не создание копий, а сам процесс. Их волнует только это, ничего больше. Они пытаются начать этот процесс, но не получают удовлетворения, так как для воспроизводства необходимо материальное тело, а у них его нет).
          ВВ снова попробовал сосредоточиться на куче, но тут же отвернулся (Пойдем отсюда).
          Но я хотел, чтобы полученный им посыл был совершенно достоверным (Ты все понял?).
          (Да, да, пойдем скорее).
          Я вытянулся и двинулся прочь, не сомневаясь, что он остается рядом. Мы медленно направились к внешним слоям и прошли сквозь плотное скопление неподвижных серых фигур — они были и тут, и не здесь, едва осознавали происходящее, чего-то ждали.
          Это место тоже было показательным: очень мало помех в полосе "М". Я остановился в самом центре следующего кольца. Повсюду были человекоподобные фигуры. Все осознавали происходящее и объединялись в тесные кружки, в каждом из которых обменивались своими собственными посылами.
          ВВ толкнул меня в бок (Почему мы тут задерживаемся? Шум все еще сильный).
          Я раскрылся (Очень большая разница. Они понимают, что лишились материального тела, но больше ничего не знают. Сосредоточься на одном- другом — воспримешь, что происходит).
          ВВ развернулся к женщине, которая топталась на одном месте. Среднего возраста, избыточный вес, в глазах слезы... (Какое горе, какое горе!.. Мамочка не хотела бросать тебя, малышка, так уж получилось. Но я вернусь... вернусь к тебе очень скоро... разберусь, что произошло, и сразу же вернусь...).
          Я указал на мужчину лет за шестьдесят, который быстро двигался взад-вперед и с силой бил кулаком по ладони другой руки... ВВ перенес внимание... (Проклятье...
          Проклятье!.. Надо же! А я как раз собирался остановиться и пожить в свое удовольствие! Черт побери! Сейчас она тратит мое состояние на тряпки и дурацкие круизы — а я вышел из игры. Нужно вернуться... вернуться, пока не поздно... Черт возьми!).
          Мы обернулись и заметили присевшего на корточки мужчину неопределенного возраста. Он слепо уставился перед собой и качал головой... (Так и не успел сказать ей, что не хотел ее искалечить... Я был пьян, просто пьян, вот и все.
          Какой ужас! Что теперь делать? Я ведь знал о том повороте на дороге... Нужно как-то исправить...).
          Наше внимание привлекла стройная девушка в голубых джинсах. Подбоченясь, она дерзко осматривалась по сторонам... (Вот дерьмо! Это и есть хваленая загробная жизнь? Что-то не видно ни Бога, ни ангелов... Я так и знала! Дерьмо дерьмом!).
          Мы медленно двигались мимо множества человеческих фигур и наткнулись еще на одну примечательную: седой мужчина среднего возраста стоял и, сложив руки на груди, рассматривал расстилавшуюся перед ним призрачную дымку... (Что ж, я сделал все, что мог. Оставил им деньги на счету, добротный дом... Страховки вполне хватит на оплату закладных... Нужно будет поменять правое переднее колесо в фургоне...
          Надеюсь, Бен позаботится о контракте в деле Холмса... Да, я был нужен компании... Эх, чего бы я хотел, так это еще разок пообедать у Луиджи, нигде больше не пробовал такой рыбы...).
          ВВ придвинулся ко мне (Он плотно закрыт. Сможем к нему пробиться?).
          (Попробуй), — выгнулся я.
          ВВ сместился, оказался прямо перед мужчиной и принялся направлять ему небольшие посылы, но тот отмахивался рукой, словно отгонял норовившую сесть на нос назойливую муху. Другой реакции не последовало. Наконец ВВ оставил свои попытки и вернулся ко мне. Я направился к призрачной дымке кольца. Сейчас мне было трудно поверить, что когда-то я тоже был не менее сильно сосредоточен на человеческой ИПВ, хотя сомнений в этом не было. Если у меня и оставался посыл о пребывании здесь, то он скрывался где-то очень глубоко. Разумеется, мысль о том, что я окончательно избавился от этой иллюзии, была весьма приятной.
          Перед возвращением к точке отсчета оставалось сделать последнюю остановку. Дымка стала чуть прозрачнее, и я замер на месте. Посреди неровной, усыпанной камнями площадки стояла женщина. Она тут же заметила наше появление и принялась вопить.
          ВВ отшатнулся.
          Размахивая руками, женщина направилась к нам (Отойдите от меня, вы, дьяволовы отродья! Я грешница, но грешила не больше других, слышите? Вы не утащите меня в ад, я была доброй женщиной! Идите лучше за этими шлюхами с Фронт-стрит!).
          Она резко замолкла, рухнула на колени, склонила голову и разрыдалась (Прошу вас, не забирайте меня в ад... Умоляю! Я только хочу увидеть свою дочь. Она где-то здесь, она была такой славной. Ей довелось умереть раньше меня, Я знаю, она не могла попасть в ад... Прошу вас, прошу вас!).
          Я сделал все, что мог (У вас была хорошая дочь. Если вы успокоитесь, посидите здесь, она появится и найдет вас. Думайте о ней, сидите тихо и думайте о ней — и она вас найдет. Как ее зовут?).
          Женщина перестала всхлипывать, но ее голова оставалась опущенной, а мысли путаными. Однако мне удалось добиться восприятия (Клэр очень скоро придет).
          Женщина подняла голову, ее глаза удивленно раскрылись, но я уже развернулся и увлек ВВ за собой, в густую дымку.
          (У тебя неплохо получается. Роб), — заметил ВВ.
          Я выгнулся (Новичкам всегда везет).
          (Что?..), — расплылся он.
          (Опять человеческое... Пойдем, пойдем).
          Временами мое умение перемещаться оказывается не таким хорошим, как хотелось бы, но нам наконец-то удалось вырваться из дымки на открытое пространство. Мы оказались в запланированном мною месте, в точке нашей последней остановки.
          Справа на каменистый берег размеренно обрушивались океанские волны с белыми бурунами. В вышине простиралось чистое голубое небо без единого облачка. Прямо перед нами стоял простой бревенчатый домик, а за ним виднелись покрытые лесом горы. Подобное можно увидеть в Мэне или Калифорнии, но это была не Америка. И вообще не Земля.
          (Эй, почему мы остановились?), — поинтересовался ВВ.
          (Это метка Чарли, моего друга. Попробуй настроиться).
          Он попробовал. Я знал, что произошло. Перед ВВ внезапно появилось все то, что видел я: океан, берег, дом, небо и горы. Он мигнул (Мы вернулись на Землю?).
          Я разгладился (Нет, это создал Чарли).
          ВВ расплылся (Чарли?!).
          (Ему нравится вспоминать о своем любимом месте на Земле вот он и создал здесь его копию).
          (Это невозможно!).
          (Почти то же самое, что составить посыл).
          Дверь дома распахнулась, и к нам вышел сам Чарли. Он был в своем обычном невысоком и крепком теле с круглым лицом, в привычной рубашке в клетку, но вместо густых светлых кудряшек на голове были прямые темные волосы.
          Он подошел ближе, и мы пожали друг другу руки (Привет, Роберт. Рад, что ты опять ко мне заглянул).
          (Привет, Чарли. Что с твоими волосами?).
          Чарли замерцал (Я... у меня появился новый друг... Ей нравятся прямые темные волосы, так что я решил их изменить. Она в доме. Зайдем, познакомишься?).
          (Мы буквально на минутку. Возможно, в другой раз).
          Он бросил взгляд в сторону ВВ (С тобой кто-то еще?).
          Я разгладился (Да, один приятель).
          Чарли пристально всмотрелся в него (Я едва различаю смутные очертания).
          (Познакомься. Это ВВ).
          Чарли поколебался (Я тебя не вижу, но — привет, ВВ. Добро пожаловать в Страну Фантазий).
          ВВ мигнул (Э-э-э... привет, Чарли).
          На лице Чарли отразилось удивление (Я его слышу! Слышу, но не вижу!).
          ВВ немного покружился (Я тоже тебя слышу, Чарли!).
          Чарли посмотрел на меня (Обучил его процедуре ВТП? Теперь ты путешествуешь не один, это здорово!).
          Я разгладился (Не совсем, Чарли. Понимаешь...).
          (Роберт, тебе нужно научить его лучше настраиваться. Я еле-еле вижу контуры, он выглядит как дрожащий воздух в пустыне. Ты еще слышишь меня, ВВ?).
          Должно быть, ВВ получил восприятие от широко раскрытого Чарли (Вполне отчетливо, Чарли. Нулевой уровень плюс-минус 3 децибела).
          Чарли выглядел польщенным (Сказано по нашему, ВВ! Так или иначе, я тоже тебя слышу. Нравится, как я здесь все устроил? Поверь мне, не так уж просто было добиться впечатления разбивающихся волн. Эй, Роберт, ты ведь любишь закаты.
          Посмотри-ка на это...).
          Мы обернулись к океану. Ярко-голубое небо медленно потемнело, на горизонте замелькали переливы красных, оранжевых, желтых отблесков. Появились слоистые облака, благодаря которым зрелище стало объемнее, краски сочнее. Края облачного покрова озарились розовыми и лиловыми тонами. Картина напомнила мне об отпуске на гавайском острове Оаху.
          Чарли повернулся ко мне (Ну как для чернового варианта?).
          (В последней жизни на Земле Чарли был инженером, специалистом по электронному оборудованию), — пояснил я ВВ.
          (И, надеюсь, неплохим), — добавил сам Чарли. — (И все же то, что можно делать здесь, не идет ни в какое сравнение с Землей. А ты чем занимаешься, ВВ?
          Работаешь вместе с Робертом?).
          ВВ мигнул (Я из КТ-95).
          Чарли казался озадаченным ("КТ-95"? Никогда не слышал... Где эта компания находится?).
          Я решил объяснить все без обиняков (Чарли, он не с Земли. Он даже не человек).
          Мои слова застали Чарли врасплох, но через мгновение он уже справился с замешательством (Ну, началось... Только не заводи опять всех этих разговоров!).
          (Он действительно не человек, Чарли), — рассмеялся я.
          Чарли обернулся и вновь уставился в ту точку, где находился ВВ (Роберт постоянно потчует меня дикими баснями о других мирах, неведомых энергетических полях и прочей подобной белиберде. Я готов согласиться с возможностью разумной жизни на других планетах, где-нибудь вдалеке от Солнечной системы, но он твердит совсем не о том. Человеческая жизнь... даже в таком виде — ну, это я тоже еще могу понять. А ты, стало быть, согласился помочь Роберту разыграть старину Чарли?
          Намеренно чуток вышел из фазы, чтоб казаться призраком — и все дела! Роберт знакомит меня со сверхсуществом!).
          ВВ замерцал (Чарли, я не...).
          (Ладно, ладно. Я вовсе не собираюсь портить хорошую шутку). — Чарли хихикнул. — (Так ты, говоришь, откуда?).
          (Из КТ-95). — ВВ разгладился. — (Там все по-другому).
          (Ну разумеется!). — Чарли снова рассмеялся. — (И чем там занимаются? Скажем, что делаешь ты сам?).
          (Я... э-э-э... играю в игры).
          (В какие игры?).
          (Трудно объяснить, но одну я могу показать).
          (Конечно, непременно покажи. Я ведь парень из Миссури), — усмехнулся Чарли.
          (ВВ, я не думаю, что стоит... К тому же у нас мало времени).
          Чарли расхохотался (Что, Роберт, пошел на попятную? Плохо вы подготовились.
          Полагаю, ты, ВВ, явился на Землю, чтобы спасти человечество от него самого, остановить ядерную войну и все такое?).
          ВВ расплылся (Нет, нет. Мы просто отправились на экскурсию по ИПВ и...).
          (Случайный визит, так?).
          (В общем, да. А потом...).
          (Кстати, а где он, твой КТ-95?).
          ВВ мигнул (Ну, в паре больших скачков в ту сторону).
          Чарли посмотрел на меня с усмешкой (Неплохая попытка, Роберт. Представляю, сколько сил вы с ВВ потратили на подготовку. Нет уж, предоставь мне более убедительные доказательства, тогда и поверю).
          Я улыбнулся (Постараюсь, Чарли. А теперь нам пора. Спасибо за гостеприимство.
          Мне очень понравился твой закат).
          Мы с Чарли обменялись рукопожатием, и он снова повернулся к ВВ (Заходи в гости, ВВ. Для этого вовсе не обязательно дожидаться, пока Роберт тебя приведет).
          (Правда?), — завибрировал ВВ.
          (Заходи, когда захочешь. В следующий раз уже не стоит выходить из фазы. Да и я смогу получше тебя рассмотреть).
          (Кстати говоря,) — вставил я, — (ты уже решил что-нибудь насчет следующей физической жизни?).
          Он пожал плечами (Пока думаю. Нет смысла спешить).
          (Это правильно. Выбирай тщательнее).
          (Не сомневайся).
          Я разгладился (Счастливо, Чарли).
          Мы взмыли вверх, вышли наружу и вскоре вновь двигались в призрачной дымке.
          Изменение ее плотности указывало на то, что мы уже миновали нулевую точку. Здесь все менялось достаточно быстро. Вопрос заключался в том, куда направиться теперь. ВВ не отставал. Я понимал, что он пытается разобраться во множестве собранных расплывчатых посылов. Я попробовал воспринять то воздействие, какое они на него оказали, но ВВ оставался слишком плотно закрытым. Впрочем, не так уж необходимо было это воспринимать. Несомненно, Чарли произвел на него впечатление: еще одно человеческое существо — пусть даже пока без материального тела, — с которым ВВ удалось без труда вступить в общение. После сумятицы нижних колец Чарли казался совершенно нормальным. Он умел творить новое... показал ВВ новую и захватывающую игру. У Чарли было почти такое же чувство юмора, как и у самого ВВ. Возникла только одна небольшая сложность: Чарли не поверил бы в существование ВВ, даже если бы воспринял самый достоверный посыл.
          Я решил, что мы зашли достаточно далеко, и остановился без какой-либо определенной метки. Дымка здесь была не такой плотной, и перед нами проявились очертания сооружений, беспорядочно рассеянных в пространстве. Их разделяли значительные расстояния; каждое здание отличалось по архитектуре от прочих.
          Многие, казалось, были сложены из камня. Большая часть сооружений увенчивалась шпилями, пирамидальными крышами, куполами или башенками самых разнообразных конструкций; некоторые дома были снабжены круглыми витражными окнами. Мы опустились неподалеку от ближайшего сооружения. В тот же миг какая-то женщина вышла из дверей и спустилась по широким ступеням. На последней ступеньке она внимательно всмотрелась в нас и остановилась. Страха в ее взгляде не было, только нерешительность.
          Я решил начать первым (Мы не кусаемся).
          (Не сомневаюсь), — тут же откликнулась она. — (Просто пытаюсь сообразить, куда тебя направить. У нас много разных комиссий... Ты не похож на обычного новичка).
           Я улыбнулся (Мы просто случайные посетители).
          (Наш священник утверждает, что здесь не бывает случайных посетителей), — без колебаний сообщила она. — (Ты не пришел бы сюда, если бы был лишен веры. У нас хорошо относятся к новичкам. Я отведу тебя к Тельме, она руководит приемной комиссией).
          Я снова улыбнулся (Спасибо за вашу заботу, но мы действительно просто проходили мимо).
          Она выглядела озадаченной (Ты все время говоришь "мы". Считаешь, что в тебе не одна личность? У нас есть специальный класс для множественных личностей, занятия там проводит доктор Франкель).
          (Почему она не воспринимает меня, Роб? Чарли это удавалось).
          Женщина ласково улыбнулась мне (Ты что-то сказал? Так тебя зовут: Спринни Роб Чарльз?).
          (Не совсем), — ответил я. Мне стало интересно. В ее восприятии излучение ВВ смешивалось с моим.
          (Разве это не чудесно — знать, твердо знать, что тебя ждет вечная жизнь?). — Она обвела рукой все вокруг. — (Я очень хорошо помню, что чувствовала, когда умерла и меня привели сюда. У меня еще оставались тайные сомнения, так что я прекрасно тебя понимаю. Не тревожься, воскресная школа и уроки нового знакомства с Учением все прояснят. Меня удивляет только то, что ты добрался сюда без провожатых).
          Мне пришлось задать свой следующий вопрос. Ради ВВ — он очень напряженно сосредоточился на том, что происходило (Так это не Рай? Разве Бог не здесь?).
          Женщина искренне рассмеялась (То же самое спросила и я, когда появилась здесь.
          Пусть это тебя не разочаровывает. Сейчас мы лишь приближаемся к райским вратам.
          По воскресеньям наш священник, доктор Форчун, читает об этом проповеди. Должна признаться, они весьма отличаются от того, чему насучил преподобный Уилсон там, где я жила раньше —в Лексингтоне).
          (Вы собираетесь возвращаться?).
          Она нахмурилась (Куда? Туда, в земную жизнь?).
          Я разгладился (Да, именно это я имел в виду).
          Она на мгновение задумалась (Не знаю... Доктор Форчун когда-то читал об этом проповедь. Он сказал, что после того, как уйдешь отсюда, можно либо вернуться назад, либо отправиться куда-то еще).
          (Ты слышишь. Роб? Этот вихрь с меткой Форчун самостоятельно добился неплохого восприятия!), — вмешался ВВ.
          (Это точно), — сказал я ВВ.
          Женщина пристально всмотрелась в меня (Что ты там бормочешь? Так вот, я считаю слова доктора Форчуна совершенно правдивыми. Но у него никаких отметин).
          (Итак, люди все-таки уходят отсюда?), — продолжил я.
          Она улыбнулась (Конечно. Каждое воскресенье мы прощаемся с несколькими членами прихода. Доктор Форчун говорит, что в этом нет ничего страшного).
          (Вам известно, куда они уходят?).
          (Когда проповедь заканчивается, они встают и выходят самыми первыми. Больше мы их не видим. Уходят только они, остальные... после проповеди наша церковь проводит определенную церемонию).
          Я решил проверить все до конца (Те, кто уходят, отправляются на Небеса?).
          (Так считает большая часть паствы). — Женщина была сейчас очень открытой. — (Доктор Форчун ничего об этом не говорит. В завершение каждой проповеди он проводит... ну, что-то вроде переклички, какую устраивал в той жизни наш преподобный Уилсон. Те, кого он назвал, встают, проходят вперед, и он что-то им рассказывает... только им, остальным не слышно. Потом мы поем гимн, а они уходят).
          (А что думаете вы сами? Куда они уходят?).
          Женщина заколебалась (Я не знаю. Все здесь совсем не похоже на то, чему меня учили... Я узнала столько нового... Просто еще не составила полную картину). — Она рассмеялась. — (Я не тот человек, которому стоит задавать вопросы. В приемной комиссии тебе все расскажут. Я проведу... Постой, куда же ты?).
          (Мы... мне уже пора идти), — крикнул я ей, когда мы уже поднимались вверх. — (Встретимся на Небесах!).
          Она застыла на месте и с изумлением провожала нас взглядом, потом я потерял ее из виду, все вновь затянуло призрачной дымкой. Любопытно, что она будет рассказывать о нашем появлении — если, конечно, станет о нем рассказывать. Мы двигались медленно: я пытался придумать, где остановиться, чтобы окончательно завершить этот урок. Я запутался с самого начала и упустил так много, что теперь вообще сомневался в осмысленности нашего путешествия. Такими вещами должен заниматься отнюдь не новичок, а в том, что касалось быстрых и простых уроков, я определенно оказался начинающим неумехой. Во мне было слишком много человеческого. Ответ на мучившие меня вопросы дал сам ВВ, в очередной раз подтолкнувший меня в бок.
          (Эй, Роб, куда сейчас? В этот самый "рай"?).
          Я закружился, но быстро разгладился (Пока нет. Согласно моему восприятию, я не смогу попасть туда, даже если очень захочу).
          (Гм. Ладно, а как насчет других людей, кроме тебя, которые поделились бы со мной парочкой посылов? Я ведь хочу получить урок, но сейчас мы просто болтаемся без толку... понимаешь? Может, вернемся к Чарли?).
          Я не ответил. В этот миг у меня возникло яркое восприятие, и я ускорил движение.


          Теперь я твердо знал, куда следует отправиться напоследок. Я промчался вдоль края самого внешнего кольца" где дымка была почти прозрачной. Издалека был виден светящийся ободок; когда мы приблизились, свечение раздробилось, стало понятно, что его образуют многочисленные отдельные источники света — обитатели этого места. Именно здесь жили учителя, помощники, так называемые наставники внутренних колец — все те, кто исполнял свой долг не по принуждению, а только из преданности делу. Я выловил среди множества огней нужную метку и настроился на нее; ВВ неотступно следовал за мной. Уже мгновение спустя мы остановились. Одна фигура отделилась от группы существ и направилась к нам. Ее облик еще сохранял отдельные человеческие черты. Фигура источала мягкое свечение.
          Я раскрылся (Ловлю тебя на слове, Билл, Решил заглянуть к тебе, как ты предлагал).
          Фигура разгладилась (Мы ждали. Боб. Тебя и твоего друга из КT-95. Добро пожаловать, ВВ).
          (Привет), — замерцал ВВ.
          В том, что Билл осознавал присутствие ВВ и знал, чем мы занимаемся, не было ничего удивительного. Временами у меня возникало смутное восприятие того, что все это путешествие, включая его завершающую часть, было запланировано с самого начала. Так или иначе, я решил не вмешиваться в беседу Билла и ВВ, не сомневаясь, что она состоится.
          (Вы тоже человек, как и Роб?), — начал ВВ.
          Билл немного покружился (Во мне немало человеческих посылов, ВВ. Я, можно сказать, прошел все тяжкие. Но сейчас, в отличие от Боба, у меня уже нет материального тела).
          (Хочешь, брошу тебе посыл? Рассказ о себе и все прочее).
          (Нет нужды, Я достаточно хорошо воспринимаю и тебя, и историю твоего друга...
          э-э-э... АА, и КТ-95. Мне хотелось бы узнать другое: какое восприятие человеческого существования сложилось у тебя после вашего... простого урока?).
          ВВ мигнул (Боюсь, его нельзя назвать отчетливым. Ты действительно хочешь это знать?).
          (Да, каким бы оно ни было). — Билл разгладился.
          (Хорошо. Я... ну... все это кажется кучей безумных игр в одной большой игре...
          Одни правила противоречат другим, все так перемешано, что очень скоро уже не понимаешь, во что именно играешь. А потом обилие игр окончательно затягивает и вообще забываешь, что это игра, что все вокруг — просто игра. Люди не помнят даже того, почему в нее играют и как это началось).
          (Что ж, очень неплохо, ВВ).
          (Теперь я могу забрать с собой эти посылы... того, что у меня есть, уже вполне достаточно... могу вернуться в КТ-95, раздать их один за другим, потому что в каждом есть часть игры... Наши вихри так запрыгают, что не смогут остановиться!).
          (Не сомневаюсь).
          ВВ мигнул (Впрочем, кое-чего все еще не хватает... без этого игра не будет игрой).
          (И это?..), — поинтересовался Билл. Он полностью разгладился.
          (Подсчет очков! Как ведется счет?).
          (Отличный вопрос!).
          (А что тут смешного?), — завибрировал ВВ. — (Зачем играть, если нет никакого интереса? Впрочем, мне не показалось, что всем этим людям там, внизу, очень уж весело...).
          Билл выгнулся (Иногда им бывает весело. Многие, хотя и далеко не все, получают удовольствие большую часть времени. Конечно, таких найти не очень-то легко. Твое обзорное восприятие упустило подобные отклонения).
          (Есть и еще кое-что), — мигнул ВВ.
          (Что именно?).
          (Та штука, которая создает помехи в полосе "М"... царапающие поскрипывания. Роб назвал их эмоциями, но я совершенно не воспринял, что это такое. Роб уверяет, что для этого нужно стать человеком).
          (Эмоции и есть оценка результатов, по ним ведется подсчет очков).
          ВВ расплылся, а мне захотелось, чтобы Билл поскорее продолжил. Я тоже хотел бы разобраться в том, что это значит.
          (Эмоции — то, из-за чего эта игра кажется такой безумной, и все же это одна большая игра, в которой каждый участвует во множестве других игр. Общий счет в игре ведется по объемам эмоциональной энергии. Основная цель большой игры заключается в том, чтобы управлять этой энергией, развивать ее, довести до наиболее эффективного состояния. Люди — до тех пор, пока они не заканчивают эту игру, — называют этот высший уровень "любовью". Чем больше набираешь очков, тем приятнее играть. Большинство из нас, обитателей этого места, направляет свою энергию на помощь другим людям. Мы делаем все, что можем, пытаемся помочь им набрать побольше очков — и получить удовольствие).
          ВВ свернулся, долго оставался закрытым, но затем снова открылся (Послушай, Билл...).
          (Что, ВВ).
          ВВ замерцал (У меня нет ни малейшего восприятия эмоций... этой энергии-любви. Ни единого проблеска).
          (Ошибаешься, тебе прекрасно известно, что это такое), — мягко завибрировал Билл.
           (Как это?), — расплылся ВВ.
          (Почему ты сейчас здесь? Почему остался, а не вернулся в свой КТ-95? Что тебя здесь держит? Зачем ты попросил Боба преподать тебе урок? Ведь ты мог попросту вернуться домой и поиграть в какие-нибудь игры).
          ВВ окончательно расплылся, медленно свернулся и плотно закрылся. Я не воспринимал ни малейшего излучения или движения. Билл осторожно вытянулся к нему, но ВВ не откликнулся. Я никогда прежде не видел, чтобы с нефизическими существом случалось нечто подобное, за исключением разве что тех застывших фигур недавних усопших в одном из близких к Земле колец — впрочем, даже в тех случаях я никогда не наблюдал начала такого состояния. Возникшие во мне вибрации усилились.
          Билл мягко открылся (Тебе лучше уйти. Мы о нем позаботимся).
          Я вибрировал еще сильнее (Это пройдет?).
          (Он просто вобрал слишком большой посыл. Поскольку ВВ никогда не был человеком, это... с ним все иначе. И это скоро пройдет).
          Я уже подумывал о том, что не стоило мне втягивать ВВ в это путешествие, но Билл успокоил меня (Боб, ведь это я направил ему посыл, от которого... Это напоминает то, что мы привыкли называть потрясением. Возвращайся, твоя энергия слабеет. Мы позаботимся о ВВ, он быстро оправится).
          Я неохотно развернулся, сделал полукувырок и нырнул вниз, направившись к метке своего материального тела. Я немного расслабился, так как понимал, что никто не позаботится о ВВ лучше, чем Билл и его друзья. Лучше могли быть только Разумники, но разница между ними и Биллом была не так уж велика. Я нашел второе тело и без затруднений совместился с материальным. Вокруг было тихо и спокойно, но я по-прежнему испытывал волнение и даже забыл взглянуть на часы.
          На протяжении последующих недель, даже месяцев я постоянно задумывался о разнице между Биллом и Разумниками.

 
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить