Тольятти: хроники аномальных явлений, факты и размышления
05.12.2011 г.

  На главную раздела "Эзотерика"





Контакт с УММО


          Фернандо Сесма Манзано — испанский правительственный чиновник и второразрядная литературная величина в Мадриде. В 1954 году он основал группу по изучению НЛО, названную "Общество друзей космоса". В течение нескольких лет он жадно читал литературу о летающих тарелках и надеялся, что в какой-то день осуществится его контакт с космическими существами. Он был, таким образом, достаточно подготовлен, когда в один из первых дней января 1965 года ему позвонил по телефону человек с необычным иностранным акцентом и стал произносить странные слова, которые Сесма весьма тщательно записал.

          Говоря по-испански, странный незнакомец указал, что он собирался передать некоторые сообщения "внеземного характера".

          — Но почему бы нам не встретиться лично? — спросил Сесма.

          — Сейчас это невозможно. Я нахожусь на строгом режиме.

          В следующие месяцы Сесму одолели машинописные материалы и телефонные звонки от его космических друзей. Информация прибывала также в форме писем даже из Австралии, причём в ней содержались ссылки на события, произошедшие в Мадриде всего 48 часов назад. В некоторых посланиях находились удивительные трёхмерные фотографии. В сотнях страниц, заполненных специфическими техническими деталями, так же, как философскими соображениями, ему предстала в развёрнутом виде полная система мысли чужой формы жизни — расы с планеты УММО, которая была ответственна за деятельность летающих тарелок на Земле!

          Откуда бы ни приходили документы — из Австралии, Испании или каких-либо других места, — на них всегда стоял штемпель с символом Генерального правительства УММО — тремя вертикальными чертами, пересечёнными горизонтальной.

          6 февраля 1966 года в пригороде Мадрида Алуче, недалеко от Сан-Хосе де Вальдерас и Санта-Моники, между 8 и 9 часами, группа солдат со склада беоприпасов наблюдала приземление большого круглого объекта. Объект видел также м-р Винсенте Ортано и человек по имени Хозе Луис Жордан, ехавший по направлению к Мадриду. (...) Когда диск взлетел, Жордан ясно увидел его основание. На нём был своеобразный символ, знак УММО. Для Фернандо Сесмы и ещё нескольких людей в Мадриде, обладавших рядом документов с таким же символом на штемпеле, совпадение имело буквально гипнотическую силу.

          Продолжая рассказ об этой истории, Жак Валле приводит выдержки из информации, содержавшейся в "посланиях УММО" (кстати, по заявлениям уммитов, "в Канаде, Австрии, Испании и Югославии существуют группы образованных людей, которые знают о нашем существовании, хотя, по нашему предложению, они хранят благоразумное молчание о предмете") и очень чётко обрисовывает общую атмосферу, царившую в те годы во многих европейских странах, задействованных в истории УММО.

          "Мы хотим проинформировать планету Земля о нашем происхождении и наших делах, о целях нашего визита к вам. Мы приходим с УММО — планеты, которая вращается вокруг звезды ИУММА, зарегистрированной у вас на Земле под названием Волф-424...

          Мы являемся народом более древним, чем ваш, достигший довольно высокого уровня цивилизации. Наша социальная структура также отличается от вашей. Нами правят четверо избранных на основе психофизиологической оценки. Законы регулируют то, как функции социометрических величин соразмеряются со временем.

          Наша экономическая система тоже иная. Мы не знаем денег, и ведение деловых операций... осуществляется с помощью системы, которую вы назвали бы электронными компьютерами. Рядовому потребителю практически невозможно оценивать товары, поскольку обильное их производство намного превышает потребности.

          Наше общество глубоко религиозно. Мы верим в Создателя, или Бога, и обладаем научными аргументами в пользу существования фактора, который вы назвали бы "душой". Нам известен и третий фактор, который связан с телом и который составляют атомы криптона, вкраплённые в содержимое черепа.

          Мы не намерены вмешиваться в социальную эволюцию Вашей планеты по двум трансцедентальным причинам. Космическая мораль запрещает какие-либо отношения опеки в планетарном социальном устройстве, которые могут быть индивидуально проявлены каждым из нас. Более того, какое-либо публичное вмешательство с нашей стороны — даже наше собственное официальное представление, вызвало бы губительные изменения, бесчисленные социальные пертурбации, а это сделало бы невозможным анализ и изучение вашего общества в его современном первозданном состоянии.

          Наши скромные попытки контакта такие, как предпринимаемая нами сейчас, — не вызовут больших изменений, поскольку мы предвидим естественный скептицизм, с которым они будут встречены".

          Дело УММО заняло в 1970 и 1971 годах выдающееся положение, стремительно становясь самым важным предметом для умов и разговоров европейских групп исследователей НЛО. Однако неверно было бы предположить, что колдовское действие таинственных документов ограничивалось рамками этих кругов. В Испании твёрдая убеждённость в реальности планеты, обращающейся вокруг звезды Вольф-424 на расстоянии многих световых лет, захватила многие правительственные сферы и учреждения, следящие за соблюдением законов, военные круги.

          Во Франции события приняли своеобразный поворот. Когда ВВС США завершили работу комиссии Кондона негативным заключением, выводы комиссии были весьма рельефно обрисованы в парижской прессе. Результат, однако оказался не таким, какого ожидали ВВС США, Французы исподволь накапливали свои собственные данные о предмете, и хотя эти архивы были недоступны большинству учёных, во Франции не было недостатка в военных лицах и технических экспертах, которые знали, насколько реальной была ситуация. Некоторые из них объединились в исследовательские группы в Париже. Другие, занимавшие высокое официальное положение во Французском космическом ведомстве, работали тайно, в одиночку.

          Через различные частные источники эти учёные слышали о документах УММО, получили их копии и с большой тщательностью перевели. Они были заинтригованы "рациональным подходом" к проблеме космического контакта, очевидно проявившимся в этих документах. Подоплёка наблюдений в Алуче, Сан-Хосе де Вальдерас и Санта-Монике была околдовывающей.

          Документы УММО были необычны в двух отношениях: во-первых, они представляли обилие технических сведений, которые читателю любезно предлагалось проверить, и во-вторых, группам лиц, находившихся в контакте с УММО, предлагалось НЕ распространять эту информацию и в частности не раскрывать эти коммуникации своим правительствам.

          В конце 1969 года УММО уже были предметом технических дискуссий, вышедших за пределы Испании.

          ...Один испанский инженер исследовал известный документ, который содержит "разоблачение заблуждений современной физики". Этот документ был предъявлен для его сопоставления с новейшими работами, написанными Минковским и Эддингтоном. Этот инженер согласился с французскими физиками группы СЕРА, заявившими, что физические концепции УММО были абсолютно последовательными. Если эти концепции, подчёркивали они, не были внеземного происхождения, то тогда они должны были исходить от людей, великолепно знакомых с "последними достижениями современной физики" и экстраполировавших их за её пределы.

          ...Интересно отметить, что в развитии контакта с УММО существовали и другие моменты — моменты, природа которых была более зловещей. Прежде всего, это был тот факт, что в центре трёх наблюдений НЛО, которыми УММО обеспечила испанцев, помимо всех её "документов", находились военно-техническое училище и аэродром. Затем это были капсулы, пластинки ТЕДЛАР. Военная разведгруппа могла опираться на ряд причин для организации либо инсценировки дела УММО: побудительным мотивом, к примеру, мог быть просто план подготовки агентов разведки. Не могло ли дело УММО быть просто упражнением в камуфляже, вышедшем из-под контроля? Если его целью было создание небольшого ядра фанатиков, то "упражнение" безусловно удалось!

          Однако, на мой взгляд, УММО является более чем простым разведывательным упражнением. (...) Было бы утешительно обнаружить, что в случае с УММО цели заключались в основном в мистификациях, однако этот случай был не таким. В действительности многие документы УММО, содержащие подробности местных условий на момент утверждавшегося "первого приземления" в 1950 году были теперь проверены и подтверждены французской полицией (прим. ТМ — говорилось о приземлении около французской деревни Ля Жави).

          Итак, резюме этой истории.

          Некто демонстрирует свою техническую мощь, показывая полёты и посадки НЛО, отмеченного специфическим знаком. Такие наблюдения были сделаны несколько раз, и часть из них отснята на фотоплёнку (получение фотодокумента в уфологии само по себе редкая удача, а тут как бы специально позировали). Для изучения был подброшен некий фактический материал — капсулы. А чтобы люди обязательно обратили внимание на эти капсулы, направляется специальное письмо с указаниями на их вид и обещаниями материально простимулировать удачливых испанцев, нашедших капсулы. Причём за материальным поощрением являться, как оказалось, некуда — адресат не обнаружен. Да и само содержание капсул вызывает двоякие толкования — оно и не слишком известно на земле, поскольку производится только в одном месте и в закрытом режиме. Но и считать его результатом внепланетной технологии нельзя, поскольку аналог на земле всё-таки известен. Смысл действия с капсулами, видимо, только в привлечении массового внимания к этой истории.

          Кроме того, началась эта история гораздо раньше — с телефонного звонка чиновнику Фернандо Сесма Манзано, который стал потом адресатом любопытных сообщений, приходивших за какой-то надобностью со всего земного шара вплоть до Австралии. Роль этого человека в распространении информации об УММО нельзя переоценить. Хоть и заявлялось в контактной информации, что существуют группы в других странах, но ни одна из них никак не отреагировала на массовую шумиху вокруг пришельцев с Вольф-424. Зная человеческую психологию, можно сделать единственный вывод — таких групп не было. А весь упор был сделан только на упомянутого испанского чиновника. Сама же корреспонденция была построена на принципе, который со времён Ходжи Насреддина известен как "не думай о белой обезьяне": если что-либо делать запрещается, то сделать это больше всего хочется и в конце концов запретное действие бывает выполнено. Расчёт инициатора событий был верен: чем более весомыми казались запреты на передачу информации, тем большей становилась вероятность того, что она попадёт в широкие слови общества. Так и вышло.

          Расследуя эту многолетнюю историю, Жак Валле делает такой вывод: "...никто не сможет понять феномен НЛО, не привлекая к рассмотрению всех его возможны символических ответвлений, как бы ни был далёк его внешний вид от нашей технологической реальности. Но история с УММО учит нас гораздо большему — насколько медленно идёт процесс разгадывания взаимосвязи между реальностью наших убеждений и тем, что мы любим называть "объективной" реальностью нашей физики. Дело в том, что убеждениями (представлениями) человечества можно манипулировать с помощью как физически, так и символических средств. Разумеется, это является одной из целей УММО — была ли то озорная игра, психосоциологический тест или зловещий заговор. Но УММО является лишь небольшой частью феномена в целом и, очевидно, настало время определить объём (масштабы) полного воздействия нашей странной, озадачивающей конфронтации с ним."



В начало                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить