Светлана Бестужева-Лада
15.12.2014 г.

  На главную раздела "Православные страницы"


          Еще при жизни преподобный Сергий совершал чудеса и удостаивался великих откровений. Один раз явилась ему в дивном величии Матерь Божия с апостолами Петром и Иоанном и обещала покровительство его обители. В другой раз он видел необыкновенный свет и множество птиц, оглашавших воздух благозвучным пением, и получил откровение, что множество иноков соберется в его обители. Через 30 лет после его блаженной кончины (25 сентября 1392 г.) открылись его святые мощи.

          Но более всего он известен обычным мирянам как основатель знаменитой Троице-Сергиевой Лавры. Что же касается подробностей жизни одного из самых почитаемых на Руси святых, то они практически неизвестны большинству обычных людей.

          А это несправедливо. Нужно знать не только мирских, но и духовных героев нашего Отечества.

          Наиболее известным источником сведений о нём, равно как и замечательным памятником древнерусской словесности, является легендарное Житие Сергия, написанное в 1417—1418 годах его учеником Епифанием Премудрым, в середине пятнадцатого века значительно переработанное и дополненное Пахомием Логофетом.

          Мальчик, крещеный Варфоломеем, родился в селе Варницы (близ Ростова) в семье боярина Кирилла, служилого ростовских удельных князей, и его жены Марии. Позже семья перебралась ближе к Москве в Радонеж. Именно это название и стало впоследствии обязательным прилагательным к имени преподобного Сергия.

          Первый биограф Сергия Радонежского — Епифаний Премудрый — сообщает, что будущий святой появился на свет в мае 1319 года. Но в различных источниках упоминается несколько вариантов даты его рождения. Высказывалось мнение, что Сергий появился на свет или в 1315, 1318 или в 1322 году. Днём же рождения Сергия также называлось либо 9 мая, либо 25 августа. В сочинениях девятнадцатого века постоянно фигурировала еще одна дата — 3 мая 1319 года. Русская Церковь традиционно считает его днём рождения 3 мая 1314 года.

          Этот разнобой мнений дал основание известному писателю Валентину Распутину с горечью утверждать, что «год рождения отрока Варфоломея нами потерян».

          В возрасте 10 лет по одним источникам (и 7 лет — по другим) юного Варфоломея отдали обучаться грамоте в церковной школе вместе с братьями: старшим Стефаном и младшим Петром. В отличие от своих успешных в учёбе братьев Варфоломей существенно отставал в обучении. Учитель ругал его, родители огорчались и усовещивали.

          Сам же он всей душой жаждал учения, но грамота не давалась ему. Скорбя об этом, он днем и ночью со слезами молил Господа открыть ему дверь книжного разумения. Тщетно: наука оставалась для него книгою за семью печатями. Хотя Варфоломей обладал великолепной памятью и, раз услышав молитву или псалом, мог повторить их буква в букву.

          И тогда случилось событие, о котором сообщают все жизнеописания Сергия.

          Когда мальчику было 13 лет, отец отправил его искать отбившихся от табуна лошадей. Во время поисков он вышел на поляну и увидел под дубом старца-схимника, «святого и чудного, саном пресвитера, благообразного и подобного Ангелу, который стоял на поле под дубом и усердно, со слезами, молился».

          Увидев его, Варфоломей сначала смиренно поклонился, затем подошёл и стал вблизи, ожидая, когда тот кончит молитву. Старец, увидев мальчика, обратился к нему:

          — Что ты ищешь и чего хочешь, чадо?

          Земно поклонившись, с глубоким душевным волнением, Варфоломей поведал ему свою скорбь и просил старца молиться, чтобы Бог помог ему одолеть грамоту. Сочувственно выслушав мальчика, старец начал молиться о его просвещении, а, помолившись, вынул из-за пазухи ковчежец и вынул из него малую частицу просфоры. Благословив ею Варфоломея, схимник сказал:

          — То тебе дается в знамение благодати Божией и понимания Священного Писания <…> о грамоте, чадо, не скорби: знай, что отныне Господь дарует тебе хорошее знание грамоты, большее, чем у твоих братьев и сверстников.

          После этого старец хотел уйти, но Варфоломей умолил его посетить дом его родителей. За трапезой родители Варфоломея рассказали старцу многие знамения, сопровождавшие рождение сына их, и тот сказал:

          — Знамением истинности моих слов будет для вас то, что после моего ухода отрок будет хорошо знать грамоту и понимать священные книги. И вот второе знамение вам и предсказание — отрок будет велик пред Богом и людьми за свою добродетельную жизнь.

          Сказав это, старец собрался уходить, но напоследок промолвил:

          — Сын ваш будет обителью Святой Троицы и многих приведет вслед за собой к пониманию Божественных заповедей.

          Действительно на отрока после этой судьбоносной встречи снизошла Благодать: Господь дал ему не только память, но и разумение, и отрок стал легко усваивать книжную мудрость. После этого чуда в юном Варфоломее еще более окрепло желание служить только Богу. Ему хотелось уединиться по примеру древних подвижников, но любовь к родителям удерживала его в родной семье.

          Варфоломей был скромен, тих и молчалив, со всеми был кроток и ласков, никогда не раздражался и обнаруживал совершенное повиновение родителям. Обыкновенно он вкушал только хлеб и воду, а в постные дни совершенно воздерживался от пищи.

          С прошествием времени сильно обедневшая семья Варфоломея была вынуждена перебраться в город Радонеж. Старший брат — Стефан — женился, а постаревшие родители по зрелом размышлении приняли схиму в Хотьковско-Покровском монастыре, где в скором времени и преставились почти одновременно.

          После смерти родителей Варфоломей оставил все имущество своему младшему брату Петру и сам отправился в Хотьково-Покровский монастырь, где иночествовал его уже овдовевший брат Стефан. Но обычная монастырская жизнь не удовлетворяла Варфоломея. Стремясь к «строжайшему монашеству», к пустынножитию, он со старшим братом Стефаном поселился в 10 верстах от Радонежа, посреди глухого Радонежского бора около речки Кончюры. Братья рубили лес своими руками и построили келью и малую деревянную церковь во имя Святой Троицы. На этом месте позже был воздвигнут соборный храм также во имя Святой Троицы. Так возникла знаменитая обитель преподобного Сергия.

          Но Стефан не выдержал слишком сурового и аскетичного образа жизни и вскоре уехал в московский Богоявленский монастырь, где позднее стал настоятелем и духовником великого князя. Варфоломей же, оставшись в полном одиночестве, призвал некоего игумена Митрофана и принял от него постриг под именем Сергия и около двух лет подвизался один в лесу. Нельзя и представить, сколько искушений перенес в это время юный монах, но терпение и молитва преодолели все трудности и диавольские напасти.

          Мимо келии преподобного Сергия целыми стаями пробегали волки, приходили и медведи, но ни один из них не причинял ему вреда.

          Однажды святой пустынник дал хлеба пришедшему к его келье медведю, и с тех пор зверь стал постоянно навещать преподобного Сергия, который делил с ним свой последний кусок хлеба.

          Как ни старался святой Сергий скрывать свои подвиги, слава о них распространилась и привлекла к нему других иноков, желавших спасаться под его руководством. Они стали просить Сергия принять сан священника и игумена. Сергий долгое время не соглашался, но видя в их неотступной просьбе призвание свыше, сказал:

          — Желал бы лучше повиноваться, чем начальствовать, но страшусь суда Божия и предаю себя в волю Господню.

          Это было в 1354 г., когда святитель Алексей вступил на кафедру московского митрополита.

          Такова краткая биография преподобного Сергия Радонежского, точнее, ее каноническая версия. Но все это — только вершина огромного, величественного айсберга духовного служения русскому народу, лишь намеки на деяния святого подвижника, подвигами своими и молитвами не единожды спасавшего родину и соотечественников.

          Жизнь и труды преподобного Сергия в истории русского монашества имеют особое значение, потому что он положил начало жизни пустынников, устроив вне города обитель с общиножитием. Устроенная на новых началах обитель Святой Троицы сначала во всем терпела крайнюю скудость; ризы были из простой крашенины, священные сосуды были деревянные, в храме вместо свечей светила лучина, но подвижники горели усердием.

          Святой Сергий подавал братии пример строжайшего воздержания, глубочайшего смирения и непоколебимого упования на помощь Божию. В трудах и подвигах он шел первым, а братия следовала за ним.

          Однажды в обители совсем истощился запас хлеба. Сам игумен, чтобы заработать несколько кусков хлеба, собственноручно построил сени в келье одного брата. Но в час крайней нужды, по молитвам братии неожиданно подавалась обители щедрая помощь.

          Образовавшаяся из постоянно стекавшихся к Сергию иноков малая обитель постепенно оформилась как Троице-Сергиев монастырь, где Сергий был лишь вторым игуменом (первым был упоминавшийся уже Митрофан), подавая всем пример своим смирением и трудолюбием.

          Запретив принимать какое бы то ни было подаяние, Сергий поставил правилом, чтобы все иноки жили только от своего труда. Но это суровое правило не отпугнуло истинно верующих: в монастырь постоянно приходили все новые и новые иноки, жаждавшие духовного подвига.

          Неудивительно, что слава монастыря и его основателя росла; в обитель стали обращаться все, начиная от крестьян и кончая князьями; многие селились по соседству с нею, жертвовали ей своё имущество. Сначала терпевшая во всём необходимом крайнюю нужду пустынь обратилась в богатый монастырь. Невдалеке от нее шла большая дорога к Москве и на север, благодаря чему средства обители стали возрастать, и она по примеру Киево-Печерской Лавры стала щедро раздавать милостыню и принимать на свое попечение больных и странников. И это тоже произошло впервые в истории русского монашества, но закрепилось в нем на последующие века.

          Слава Сергия со временем дошла даже до Царьграда: Вселенский Патриарх Филофей прислал ему с особым посольством свое благословение, крест и грамоту, в которой восхвалял его за добродетельное житие и давал совет ввести в монастыре «киновию» (строгое общинножитие).

          Благословение Вселенского Патриарха, а также благословение митрополита Алексия как бы «узаконило» те порядки, которых придерживался Сергий и до этого времени. Он ввёл в Свято-Троицкой обители общинножительный устав, принятый потом во многих русских монастырях.

          Высоко уважавший Радонежского игумена митрополит Алексей к тому же любил преподобного Сергия, как друга, поручал ему примирять враждовавших князей, возлагал на него важные полномочия и готовил себе в преемники. Но Сергий отказался от этого избрания, несмотря на все уговоры.

          Однажды митрополит Алексей хотел возложить на него золотой крест в награду за труды, но Сергий сказал:

          — От юности своей я не носил на себе золото, в старости же тем более хочу пребыть в нищете.

          И решительно отклонил от себя эту почесть, как всю жизнь отклонял многие и многие другие.

          Согласно житию, Сергий Радонежский совершил множество чудес. Люди приходили к нему из разных городов для исцеления, а иногда даже для того, чтобы просто увидеть его. Как утверждает житие, однажды он воскресил мальчика, который умер на руках отца, когда он нёс ребёнка к святому для исцеления.

 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить