Профессионализм - это не идеология, поэтому он не может овладевать массами.
И потому он всегда будет противопоставляться любой идеологии как фактор индивидуального состояния, тяготея только к патриотизму. (Автор)

Генерал Олег Калугин - беспризорник от Государственной безопасности

(Поучение предпринимателям по основам корпоративной безопасности)

           Провоторов В.Д.

Недавно и течение относительно небольшого периода времени нас опять порадовали средства массовой информации в лице нашего первокнопочного телевидения. Порадовали двумя сюжетами об Олеге Калугине, небезызвестном бывшем генерале обеих спецслужб, нашедшем себя в роли профессора одного из университетов на благословленной земле Соединенных Штатов Америки.
Однако сюжеты были не о просветительской деятельности генерала. В первом Олег Калугин на пару со своим бывшим противником из некогда противостоящей ему спецслужбы демонстрировал туристический маршрут по объектам американского города, использовавшимся когда-то оперативными сотрудниками КГБ для встреч со своими агентами, да и не только. Это было некое коммерческое предприятие, в котором Олег Калугин выступал и учредителем, и гидом по местам "боевой" славы своих бывших коллег. Вызывает восхищение тот громадный потенциал для заработков, которым обладает бывшая профессия генерала. Хотя генерал и не оригинален - посыпавшись как переспелые яблоки с дерева от встрясок во времена перестроечных и реформистских периодов многие его коллеги вынесли из своих помещений много чего и много чего публиковали из некогда служебных материалов, наперегонки пытаясь опередить друг друга в сроках этих публикаций.
Второй сюжет был о том, как Олег Калугин, выступая на стороне американского правосудия, дает свидетельские показания в суде над обвиняемым в агентурной работе на КГБ, гражданином США
преклонного возраста. Кстати, им же, Калугиным и выданным спецслужбам США методом косвенной наводки (это в лучшем случае).
Объединяет эти творческие сюжеты даже не то, что генерал в обоих случаях выступал гидом для американцев по агентуре наших спецслужб
, а то, что наши спецслужбы не выразили своего отношения к этому, особенно ко второму событию. А ведь генерал ранее служил в обеих наших контрразведках. Вот и получилось, что Олег Калугин оказался беспризорником от наших спецслужб и некому квалифицированно дать просто оценку его новой роли. Не думаю, что генерал исчерпал свой творческий потенциал, обеспечивающий ему занятие дачей свидетельских показаний, возможно, что у него есть еще заготовки для очередных процессов. Выступление одного из бывших руководителей ПГУ на тему, что такого агента, который является обвиняемым, у нас не было, к оценке Калугина отношения не имеет.

Но знаменательно даже не символическое молчание бывших коллег Калугина. Символично то, что второе телеэкранное явление этого американизированного персонажа произошло накануне юбилея трагического события для нашей страны - шестидесятой годовщины нападения нацистской Германии на СССР. Видя такое отсутствие адекватной реакции, начинаешь понимать Иосифа Сталина, не доверявшего донесениям своих спецслужб о сроках нападения, скорее всего по причине специфики их кадрового и некадрового состава.

Но и для меня упоминание о Калугине - лишь оперативный повод для того, чтобы высказать свое мнение об истоках предательства в спецслужбах и сделать выводы для использования их в сфере безопасности предпринимательства.
Отмеченное ранее свойство неустойчивых периодов в жизни организаций и стран влиять на мотивацию предательства, отмечается в одной из публикаций газеты "Аргументы и факты". По мнению автора статьи,
нетрудно сделать вывод, что поток наших разведчиков-беглецов и вербовка наших разведчиков противником активизируются в судьбоносные, переломные для страны периоды: смерть Сталина и последующая чистка аппарата, закат хрущевского периода, стадии брежневского застоя, перемены в верхах, события 91-93 гг.
Приводимые им данные о числе перебежчиков и разоблаченных двойных агентах выглядят следующим образом.

Годы

50-е

60-е

70-е

80-е

90-96

в СВР

5

5

6

12

9

в ГРУ

2

3

5

4

данных нет

На мой взгляд исследователя, одной из основных причин предательств в наших спецслужбах является то, что их руководители формировали у своих штатных сотрудников именно идеологический патриотизм, отбирали себе штатных и нештатных сотрудников по признакам наличия именно такого патриотизма. Замечу, что такой вид патриотизма является не более чем эмоциональным суррогатом одной из потребностей третьего уровня (пирамиды потребностей Маслоу) - потребности принадлежать к какому-то сообществу. Такой патриотизм не более чем эмоциональное состояние, используемое различного рода проходимцами в отношениях с государством и спецслужбами для того, чтобы обеспечить себе лучшее социальное положение. Опираясь на теорию Бенедикта (Барухи) Спинозы относительно аффектов, можно сказать, что в благоприятных для носителей такого патриотизма условиях он инвертируется в противоположное состояние, овладевая носителем и проявляясь со значительно еще большей силой, чем при исходном состоянии. С какой силой все предатели обрушивались на то общество, из какого вышли, не признавая своего вклада в достигнутое этим обществом состояние. Во всем этом большая доля причинности провалов наших спецслужб.

Данному уровню потребностей по-настоящему соответствует гражданский патриотизм, а для предпринимательства - патриотизм корпоративный. Гражданский патриотизм как осознаваемое ощущение непрерываемой связи личной истории с историей всего сообщества своего государства. В основе этого патриотизма лежит национализм, как реализованная потребность принадлежать к какому-то роду, переходящий в патриотизм как реализованную потребность принадлежать своим родом к какому-то виду.
Использование же любой идеологии в качестве видового источника патриотизма позволяет многочисленному количеству людей без критериев нравственности бороться за благосклонность спецслужб и государства, обеспечивающую им реализацию других потребностей, для кого - простейших, для кого - социальной значимости.
И не важно, какой характер идеологии - марксистско-ленинская или антикоммунистическая, или идеология власти. Множество людей, утративших связь и с родом, и с видом, цепляются за любую идеологию в попытке заполнить собственную эмоциональную пустоту этим медиатором-суррогатом.

Опора спецслужб и властных структур на таких людей требует непрерывной подпитки их текущей идеологией, иначе, однажды почувствовав идеологическую пустоту, и не будучи патриотами, они начинают истерически искать возможность восстановить потерю, ведя себя с другими людьми подобно слону в посудной лавке. Читающим эти пассажи не следует отождествлять понятие "идеологические мотивы", употребляемого часто в смысле "идейные мотивы", с идеологическим патриотизмом.

Справедливости ради отмечу, что наряду с идеологизированными "патриотами" в отмеченные периоды смены идеологических установок наши спецслужбы покидали (просто уходили или от них избавлялись разными способами: от ликвидации до увольнения) и профессионалы, так как любая идеология не терпит профессионализма, поскольку профессионализм - могильщик идеологии.

Гражданский, корпоративный патриотизм и профессионализм - вот комплекс состояний, оберегающих человека от посягательств на предательство. То, что Олег Калугин служил идеологии, а не государству, я и не сомневаюсь. А когда она была отменена таким же служителем идеологии в его борьбе за власть, то сама собой исчезла и мотивация преданности. Исчезла и презумпция ответственности. Я думаю, что поэтому и молчат бывшие "университеты" Калугина, что обвинить его не в чем, а осудить - либерализация не позволяет.
А соответствовал ли Олег Калугин другому критерию, обеспечивающему безопасность среды нахождения - был ли он профессионалом? Ведь именно профессионализм делает человека независимым от идеологии.
Рассмотрим это на примере вербовочного выхода О. Калугина на сотрудника ЦРУ, прикрытого дипломатической должностью, описанном им в своей книге "Прощай, Лубянка!".

"Как оказалось, наши сотрудники в Дели накопили большой объем информации о деятельности ЦРУ на территории Индии и не знали, как ею распорядиться. Целое досье сформировалось на одного молодого цэрэушника, пренебрегавшего элементарными правилами конспирации и невольно приводившего на свои тайные встречи с агентурой шпиков из местной контрразведки. Его профессиональная беспомощность и послужила отправной точкой для плана вербовки, предусматривавшего знакомство в располагающей для беседы обстановке, зондаж, а затем лобовое предложение о сотрудничестве с КГБ с последующей угрозой опубликования в местной прессе всех материалов, если вербуемый откажется принять наши условия. При проработке плана шанс на успех оценивался как пятьдесят на пятьдесят".

Читателю предлагаю обратить внимание на то слабое место в работе агента ЦРУ в Индии, на котором должен был сыграть наш вербовщик: "профессиональная беспомощность". Как предполагалось использовать эту особенность? Объект был приглашен на ужин к такому же сотруднику под дипломатическим прикрытием, но уже с нашей стороны. Хозяин заблаговременно удалился на кухню, чтобы не мешать беседе. Калугин "из предосторожности" надел очки с затемненными линзами и закурил сигарету, чем никогда прежде не баловался.
Вопрос первый : а как собирался повышать профессионализм этого цэрэушника Калугин в случае успешно вербовки, ведь у него постоянно на хвосте сидели, как он пренебрежительно пишет, "шпики из местной контрразведки"?

"Моя предполагаемая жертва вела себя спокойно, уплетая за обе щеки расставленные на столе закуски и как будто не подозревала о готовящейся акции. В какой-то момент, когда разговор подошел к желаемой кульминации, я задал вопрос, от которого челюсть моего собеседника неожиданно отвалилась и он замер в оцепенении. В сущности, я воспользовался одним из приемов ЦРУ, смысл которого сводился к следующему: "Мы с вами занимаемся одним и тем же, но каждый по-своему. Я предлагаю сделку. Вы получите десятки тысяч долларов при условии, что будете передавать нам информацию о деятельности ЦРУ против СССР, КГБ в свою очередь поможет вам в получении сведений, которые обеспечат вам блестящую карьеру в разведке".
Мой собеседник не успел опомниться, как я ввел материалы, свидетельствовавшие о его головотяпстве и небрежности в работе. Если обо всем узнает общественность страны, позиции США в Индии будут сильно подорваны, а вы за свои грехи поплатитесь работой и благополучием".

Таким образом, видно, что сценарий вербовки был основан на предложении обеспечить больший профессионализм и лучшие успехи в работе взамен за агентурное сотрудничество. Первое впечатление у вербовщика было такое, что вербуемый сломлен.
Вопрос второй : а как собирался легализовать имеемую информацию Калугин, не нанося ущерба руководству дружественного государства и его спецслужбам?

"Мне было жалко смотреть на человека, еще десять минут назад беспечно хохотавшего по поводу рассказанного анекдота и самоуверенно изрекавшего банальные истины. Сейчас он казался надломленным, испуганным и готовым сказать "да". "Сколько вы сможете заплатить сразу, если я дам согласие?" - спросил он. "Двадцать пять тысяч. И далее по мере ваших разумных потребностей, но без лимитов", ответил я, чувствуя, что клев начался".

Дальше вербовщик решил "дожать клиента".

"Он колебался, складывалось впечатление, что внутри его идет борьба с самим собой. А может быть, он пытался выиграть время? Я назвал еще две фамилии его индийских агентов и ситуации, в которых он с ними встречался".

Однако объект вербовки решил уклониться от принятия решения в тот момент, а у вербовщика не нашлось дополнительных аргументов для нейтрализации возможной отрицательной реакции и ее последствий. Кроме того, он проникся сочувствием к объекту.

"Он снова вздрогнул и, наконец, сказал: "Поймите, ваше предложение соблазнительно. То, что вы здесь преподнесли, будет для меня уроком. Но я не могу моментально принять решение. Это очень нелегко. Вся моя жизнь, мои убеждения не приемлют измены. Я должен подумать. Дайте мне ночь на размышления. Я готов снова встретиться, но ответа сейчас дать не смогу". Его искренние, жалостливые слова не оставляли мне иного выбора, и, выпив по рюмке за новую встречу, мы расстались до утра".

Возможно, сочувствие вербовщика и отсутствие очередных сильных аргументов воздействия оказалось той лазейкой, в которую и выскользнул объект вербовки. На следующий день в обусловленное время на месте его не оказалось. А утром третьего дня наше посольство получило ноту посла США в Индии с протестом против провокации, совершенной в отношении американского дипломата.
Вопрос третий : почему убеждения американца оказались неучтенным фактором вербовочного подхода? Или, по тогдашней идеологии, американец не имел права на убеждения?

Поэтому я хочу высказать предположение, отличное от версии Калугина: дискредитирующая сила предъявленных материалов была недостаточна, чтобы мотивировать американца в нужном направлении. Ну, плохо и небрежно выполнял свои разведывательные обязанности, так это же не сродни связям с женщинами или употреблению наркотиков, работе на разведку третьей страны или невозвращению крупного долга. К тому же возможность легализовать эти материалы, не раскрывая местный источник их получения, представляется также очень невысокой. Так что вербовочный подход надо лучше готовить.

Второй факт касается участия Калугина в нелегальном вывозе нашего перебежчика, офицера Советского Военно-морского флота Николая Щадрина (Николая Федоровича Артамонова), который до того переплыл на маленькой лодке через Балтийское море в Швецию со своей польской подругой Евой Горой и некоторое время находился в Штатах. Вывоз осуществлялся из одной европейской страны. В ходе операции, как объяснял потом Калугин, Щадрин скончался от сердечного приступа, находясь в багажнике его автомобиля. Как припоминается, они его где и оставили, не довезя до места назначения.

Анализируя отмеченные факты, я не получил ощущения, что Олег Калугин был профессионалом своего дела. А что касается служебного роста и той безответственности, которая сопровождала этот рост - их корни, скорее всего, следует искать в покровительстве Олегу Калугину по причине его сыновних связей с другим генералом КГБ.

Так что, господа предприниматели, если вы задумываетесь над истоками безопасности своей деятельности, то должны понять, что она начинается не с установки технических систем безопасности, громко именуемых системами информационной безопасности, а с постановочной работы по воспитанию у своих сотрудников духа корпоративного патриотизма и формирования у них профессионализма. А это - область деятельности менеджмента.

С уважением к профессионалам.

Только подписка гарантирует Вам оперативное получение информации о новинках данного раздела


Желтые стр. СИРИНА - Новости - подписка через Subscribe.Ru

Назад

Copyright © КОМПАНИЯ ОТКРЫТЫХ СИСТЕМ. Все права сохраняются.
Последняя редакция: Октябрь 05, 2009 10:21:27.