Русская Православная Церковь под игом богоборческой власти в период с 1917 по 1941 годы
04.05.2011 г.

  На главную раздела "Православные страницы"






“Почему большевики полностью не уничтожили Церковь? 500 священников и 4 правящих архиерея в 1941 г? Это же работа нескольких часов для НКВД. Но этого не произошло. Здесь в нашей истории произошло то, что открылось ещё древним летописцам: Господь вторгается в историю в какие-то критические моменты и не позволяет совершиться величайшему злу”.

Прот. Георгий Митрофанов.


3.1. Расстановка сил и планы власти в начале 1929 г.


В конце 20-х гг. Советская власть решила свернуть НЭП, чтобы провести коллективизацию и индустриализацию. Для этого надо было сокрушить крестьянство, воспринимавшееся большевиками как “громадная враждебная масса, не поддающаяся контролю”. На народ обрушились ужасающие репрессии: 6 миллионов умерло от спровоцированного властью голода 1931 года, более 2 миллионов крестьян были депортированы, при чем многие десятки, если не сотни тысяч их погибли при этом от лишений. Крестьяне сопротивлялись: За 1928-1929 гг. было более 1300 восстаний, 3000 чиновников стали жертвами “террористических актов”. В ответ заработала карательная машина Советской власти: в 1928 г, было вынесено 909.000, а в 1929 г. – 1.178.800 обвинительных приговоров по делам о крестьянским выступлениям против власти.

Большинство крестьян было православными людьми, для которых вера была и образом мышления, и образом жизни. Естественно, власти обрушились и на Церковь, стремясь и провести коллективизацию, и уничтожить страшного идеологического врага.

РПЦ была в то время хотя и ослабленной, но всё ещё мошной организацией, её влияние оставалось очень сильным. Из 54 692 приходских храмов, имевшихся в 1914 г., оставалось 39.000 (с обновленцами и раскольниками). Служителей культа (священно- и церковнослужителей) оставалось в 1927 г. примерно 70.000, вместо 112.629 в 1914 г.

К 1929 г. государство создало эффективную машину для борьбы с Церковью. Все важные, связанные с гонениями вопросы, решались высшим руководством: Политбюро и ЦК. АРК, возглавляемая знаменитым Е. Ярославским, секретарём которой был Тучков, а одним из членов сам глава НКВД Менжинский. СВБ, возглавляемый тем же Ярославским, объединял антирелигиозную деятельность. Существовал ещё Секретариат по делам культов при председателе ЦИК, возглавляемый П.Г. Смидовичем, само собой, членом АРК.

Начало новому витку гонений положил тов. Сталин. Ещё в 1927 г. он заявил, что партия будет вести борьбу с “религиозными предрассудками”, чтобы “подорвать влияние реакционного духовенства, поддерживающего эксплуататорские классы”. Сталин заявлял, что “за кулаками стоит духовенство”, которое коммунисты “подавили. Беда только в том, что оно не вполне ещё ликвидировано”.

В апреле 1928 г. Сталин вновь призвал к решительной борьбе с религией и откровенно изложил план действий: “повторить комбинацию” 1921 г., когда власть попыталась вызвать озлобление народа против Церкви, якобы не желавшей помочь голодающим. Тов. Сталин заявил, что партии “надо связать антирелигиозную кампанию с борьбой за интересы масс, чтобы эта кампания “…” была поддержана массами”.

Итак, РПЦ была объявлена “кулацко-нэпманской агентурой”, которая “мобилизует реакционные и малосознательное элементы в целях контрнаступления на мероприятия Советской власти”. Заявления священноначалия РПЦ о лояльности власти пропаганда представляла как “прикрытие” подлинных антисоветских настроений и действий со стороны церковников.

Ещё до начала “великого перелома” в 1929 г. власти всячески ограничивали хозяйственную и благотворительную деятельность Церкви. За нарушение клириков могли посадить в тюрьму. Так в марте 1928 г. митр. Сергий призвал епископов провести сборы пожертвований пострадавшим от произошедшего тогда землетрясения. НКВД чуть не привлекло митр. Сергия к суду, запретив на будущее подобные действия. Церкви было запрещено осуществлять и частное духовное образование, даже в виде библейских кружков. Это отражено в многочисленных инструкциях и циркулярах ВЦИКа второй половины 20-х гг. Эти постановления опять противоречили собственному религиозному законодательству большевиков. Таким образом власть, по сути дела, загоняла Церковь в резервацию.

В историографии есть мнение, что в 30-е гг. власти не намеревались полностью уничтожать Церковь, и что такую цель имел лишь СВБ и местные власти. Нам, однако, это мнение представляется ошибочным, так как, по мнению прот. В. Цыпина, в нач. 1930-х: “намерение властей физически уничтожить носителей религиозного сознания становилось очевидным”. Действительно, в условиях богоборческого тоталитарного государства действия всех структур жёстко регламентируются и без санкции свыше ничего не происходит. Политика высшей власти, на наш взгляд, как раз и говорит о попытке полного уничтожения религии. Разумеется, это не декларировалось, ведь по учению марксизма религия в новом обществе вообще должна отмереть сама по себе. Но принципиально власть тогда намеревалась уничтожить РПЦ, - это видно из ее действий.

В начале 1929 г. в советском руководстве решено было выработать специальное постановление партии по “религиозному вопросу”, которое должно было стать и “руководящим документом и для государственных органов. По сути дела, союзное законодательство о религиозных культах стало ненужным, - в Советском Союзе всё решала партия

 

В начало               Продолжение

 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить