15.03.2012 г.

  На главную раздела "Эзотерика"


Mы стояли, плотно прижатые друг к другу, и невозможно было подвинуться или сменить положение тела...

В мои плечи буквально вдавливались жаркие, потные полуобнаженные плечи рядом стоящих мужчин в небольших коротких рубашках, закрепленных на одном плече и в коротких легких штанах.

Я находилась как бы в средине между первым и вторым рядами, сжатая со всех сторон, а позади нас колыхалась тысячная толпа таких же полуобнаженных, потных в этот очень жаркий день людей.

Мы стояли довольно долго, ожидая чего-то, но никто не смел переступить границу дороги, вдоль которой мы находились. Дорога была довольно широкая, покрытая мелкими, светло-коричневыми и коричневыми камнями, кое-где превратившимися в песок и пыль от тысяч ног, прошедших по ней за многие годы. С другой стороны дороги было пустынно. Вдали неясно определялись какие-то строения.

Я рассматривала дорогу и пропустила момент приближения к нам очень высокого и величественного человека, одетого в длинные белые одежды, легкие, ниспадающие, с красивой белой же отделкой вокруг шеи и мягким, очень длинном капюшоне, надвинутом глубоко на лицо.

Его движения были медленными и неторопливыми.

Он поднял свою длинную руку с долгими, словно изваянными из мрамора пальцами очень красивой руки и простер ее в нашу сторону.

Его указательный палец был направлен прямо на меня, затем он так же медленно перевел его на неподалеку стоящего мужчину и далее указал на кого-то еще, которого я не могла видеть.

В абсолютно полной тишине замершей в ожидании толпы раздался его властный голос:

“ ТЫ, ТЫ, ТЫ”

Я сделала шаг, с трудом протиснувшись вперед и, ступив на дорогу, и за моей спиной мгновенно сомкнулись плечи.

ИЗБРАНА! – пронеслось в моей голове

ИЗБРАНА! – возликовала я

ИЗБРАНА! – меня захлестнула несказанная радость и гордость, упоительное ощущение своей избранности, отмеченности, выделенности из тысячной толпы.

Я уже шла следом за тем, кто был призван сопровождать меня по этой дороге в предназначенное мне место.

Ко второму избраннику подошел кто-то еще, а третий со своим сопровождением удалился в другую сторону.

Мы подошли к небольшому домику, сложенному из светлых камней, и я вошла внутрь одна.

Огляделась в крошечном помещении. Небольшое оконце высоко в стене, слева две лавки, стоящие под углом друг к другу, высеченные из светлого же камня. Прямо передо мною находилась глубокая ванна, тоже каменная, менее, чем на треть заполненная неподвижной и тяжелой на вид водой.

Сзади меня послышалось движение, и я увидела молодую высокую женщину, которая осторожно входила в помещение, неся в руках белое одеяние для меня.

К моменту ее появления я уже немного успокоилась, и у меня даже появилось чувство какой-то необъяснимой неловкости, застенчивости, смущения за все, что произошло, за особое внимание ко мне, за мою, как мне уже вдруг стало казаться, незаслуженную мною избранность и огромное почтение ко мне.

Я ступила в ванну, сбросив с себя к ногам темную мягкую блузу и не очень длинную светло-коричневую юбку, все, что было на мне.

Я, приседая, захватывала в ладони воду и поднималась вверх, и вода как бы сама обтекала меня, омывая мое тело прохладной, оказавшейся мягкой на ощупь водой.

Девушка помогла мне одеться.

В белом, мягко струящемся одеянии мне было совершенно не жарко, оно казалось прохладным и нежным.

Снаружи помещения для омовения меня ожидал кто-то другой в светлой длинной одежде без украшений и без капюшона.

Мы свернули с основной дороги, предназначенной, по-видимому, для особых каких-то торжественных действий, в сторону и подошли к открытому месту, где тянулись ряды столов, высеченных из светлого камня, с отполированными до блеска поверхностями.

Позади этих столов возвышались полки, сделанные из того же камня, заполненные различными предметами, предназначенными для приема пищи. Чашами и небольшими плоскими блюдами, бокалами для питья, большими емкостями для приготовления еды.

Рассматривая столы, предназначенные для кормления огромного количества паломников и просто бедных людей, я сразу почувствовала внутреннее облегчение, как бы освободилась от немного смущающего меня чувства моей необычной выделенности и избранности, и, наконец, легко вздохнула...

“Это и будет теперь моим служением”,- подумала я с превеликим облегчением, - “окармливать голодных и сирых”.

Избрана на служение!

Да, я поняла теперь свое предназначение, поняла, как и почему была я избрана из тысячной толпы...

Избрана на Служение...


Но это только было назначено...

Пока еще не было никого здесь, все это еще предстояло мне...

Пока же я отправилась побродить по незнакомому месту.

Ранним утром, в июне 2005 года, во Флориде, в Майями я проснулась и, еще не очнувшись ото сна полностью, не возвратившись из неведомой страны, непонятного пока для меня места, я, зевая и потягиваясь со сна, начала рассказывать моей любимой подруге ЛИДИИ, которая давно проснулась и, сидя на диванчике, тихо читала книгу, чтобы не беспокоить меня, обо всем, что происходило со мною только что, несколько мгновений назад...

Я еще не была здесь, но уже не оставалась там, и в этом междупространстве я не могла сразу соединить себя воедино - меня еще в длинном белом одеянии, восседавшую на трибунах для избранных, и меня иную, земную, в ночной легкой сорочке, едва выбирающуюся из одного из снов-прозрений, снов-откровений, снов, порою ярче и выразительнее и более реалистичней, чем та жизнь, в которую возвращаешься.

Сон мой был не обычным сном, отражающим в дремлющем сознании события повседневной жизни.

Это был не сон в привычном смысле слова, но это было реальное путешествие в пространстве и времени моей души. Кроме того, мне была показана моя планета, с которой когда-то я отправилась в межконтинентальное странствие, в иной мир, в иную Вселенную, где и нахожусь сейчас.

Весь сон – путешествие состоял из отдельных небольших фрагментов, каждый из которых предназначен был только для определения и принятия мною важных решений по моей подготовленности к их принятию.

Ранее были такие же сны, но они протекали как бы непрерывно, в единой целостной системе

от начала и до конца сна.

В этом же путешествии моей души от меня ожидали решений, от правильности и глубины которых зависело

мое будущее.

***


Я шла спокойно по каменистой тропе, напоминавшей Основную дорогу по цвету камней и по ее многовековой вытоптанности. Внезапно, мне перегородил дорогу монах в белом, очень дерзко и грубо воззрившись на меня.

Небольшого роста, плотный, с грубым лицом и манерами. Казалось, ему было неведомо, кто я и зачем я здесь.

- “Что это?”- Грубо ткнул он пальцем в сторону моей левой кисти руки.

Я опустила глаза и обомлела от потрясения. То, что я увидела на своей руке, ошеломило меня. Монах стоял рядом, уставившись на мою руку, не в состоянии отвести глаз. От него исходило ощущение жадности, грубой алчности...

На моей руке были сказочной красоты украшения с совершенно необыкновенным дизайном.

Но особенно великолепным на безымянном пальце был бриллиант. Огромный, больше моей фаланги, в тонкой золотой оправе бриллиант закрывал половину моего пальца. Он был бледно-палевого цвета с фантастической по красоте огранкой, стоимость его должна была бы быть невероятной.

Кроме того, такой великолепный бриллиант, конечно, предназначен был для проведения каких-то особых ритуалов.

На указательном пальце было очень сложно сплетенное золотое кольцо, от которого отходили золотые же струны, обхватывающие всю внешнюю часть руки и затем оборачивающиеся вокруг кисти руки в виде изящного браслета.

Такое же кольцо было на мизинце, такие же золотые нити его, продлеваясь, смыкались на запястье с другими.

-“А это еще что” – указал он на мою другую руку...

На ней были подобного же диковинного дизайна кольца...

Я рассматривала свои украшения с восторгом и недоумением, уже чувствуя, что расстанусь с ними. Должна расстаться...

И я решила для себя, что отдам золотые вещи, но бриллиант оставлю себе.

Монах молча стоял рядом...

- “Но ведь эти вещи не принадлежат мне...”, - вдруг подумала я, и само по себе, без колебаний и огорчений пришло решение отдать все.

В тот же миг монах потерял ко мне всякий интерес и куда-то ушел, а я в своих потрясающих украшениях пошла прогуливаться дальше.

- В свое время, - почудилось мне...

И вот я опять на Главной дороге...

Вокруг все изменилось... Толпящиеся вдоль дороги люди стоят спокойнее, расслабленнее, тихо переговариваясь и смеясь.

По главной дороге началось шествие священнослужителей в длинных легких одеждах из такой же мягкой, прохладной ткани, как на мне, с длинными, заостряющимися книзу капюшонами...

Медленно я поднимаюсь вверх по каменным ступеням и сажусь на высеченное в скалах ложе, прогретое солнцем и отполированное многими телами сидящих здесь ранее почетных и почтенных гостей.

Террасы с сидениями расположены высоко над дорогой удобным полукругом, что и позволяет видеть торжественное шествие во всей красоте.

Слева медленно продвигается группа одетых в белые длинные одежды с надвинутыми на лица капюшонами, священнослужителей, идущих вслед друг за другом в один ряд, на строгом расстоянии. По центру дороги идет другая группа с непокрытыми головами в немного отличающемся белом одеянии. Тоже в один ряд, очень медленно и торжественно продвигаются вперед, почти соединяясь с первой группой.

С левой боковой дороги медленно вливается на центральную улицу еще одна группа.

Их движения, размеренные и торжественно-величавые, являют собой удивительно гармоническое зрелище.

Я наслаждаюсь покоем в душе, удивительным состоянием моей сопричастности ко всем происходящим событиям и, главное, моим чувством, что я дома.

Мой взор охватывает одновременно и далекие горизонты, и множество людей вдоль дороги, и все три группы, медленно двигающиеся внизу.

Моя душа наполняется теплым чувством и глубинным осознанием, что это - мой дом, моя планета!

***


Выйдя из сна, я еще долго была в нем, дивясь и наслаждаясь происшедшим со мною очередным чудом...

Во мне светлой радостью звучало:

- “ИЗБРАНА!”

И, строго склонив голову перед новым, возможно, очень непростым периодом жизни, я повторяла – “НА СЛУЖЕНИЕ...”

Только окончательно проснувшись, я начала понимать многие детали сна, выделять приоритеты.

Во-первых, я с удивлением поняла, что в этом месте не было никакой растительности, только камни и песок, не было ни одного предмета из дерева.

Полки, скамьи, столы, предметы обихода были из камня.

Вода имела очень странный вид и видимо, ценилась очень дорого, так как даже на ритуал Омовения и Посвящения ее налили очень немного.

Освещение всего пространства было странным, не было видно теней ни от людей, ни от предметов.

Мне было ясно, что я не на этой Земле, не на нашей планете изначально, как данность, но позже, выйдя из сна, я осознавала это постепенно.

Во время сна я четко ощущала себя женщиною и самой собою, то есть, идентифицировала себя, как личность.

И на все испытания я действительно реагировала, как я – сегодняшняя, а не как житель иной планеты. Даже мой давний комплекс вины сказался, когда я проходила Посвящение...

Но происшедшее со мною помогло мне еще раз проверить и поверить в то, о чем я знала всегда...

В то, что наша Вселенная едина, что многие из нас – добровольно пришли на маленькую молодую планету, чтобы помогать ей развиваться в рамках закона гармонического единства со всеми Вселенными, и многажды повторяли свои воплощения на планете с определенными заданиями.

И что нас, Добровольцев из далеких галактик, здесь много и сейчас в это непростое для нашей ПЛАНЕТЫ Земля время, и что мы имеем особое предназначение здесь...

И да пребудет с нами единый БОГ-ТВОРЕЦ всех Вселенных!

 
Новелла поступила в редакцию 02.09.2005г.

 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить