О.Н. Казацкий, М.Р. Ерицян
18.12.2015 г.

  На главную раздела "Инструментальная транскоммуникация"


Жизнь только миг


О.Н. Казацкий, М.Р. Ерицян (продолжение, начало)

День 1-й. История контакта


          О.Н.: Здравствуйте, Марина! Большое спасибо, что согласились уделить мне немного своего времени. Если вы не против, то хотел бы задать вам несколько вопросов, связанных с вашей работой. Я знаю, что вы - профессиональный контактёр. Что такое вообще контактёр?

          М.Р.: Контактер – это человек, способный принимать информацию с других, не земных, планов. Можно, конечно, ответить проще: контактер – это тот, кто способен общаться с внеземными цивилизациями, но за простотой этого ответа скептический ум материалистического читателя может усмотреть либо чрезмерную любовь к плохой фантастике, либо шизофрению. Но я могу сказать сразу же, что никогда не любила и до сих пор не люблю фантастику и являюсь вполне адекватным человеком. (Улыбается).

          О.Н.: Вы говорите, что способны принимать какую-то информацию. А кто источник этой информации? Кто её передаёт?

          М.Р.: Ее передают люди, которые когда-то жили на Земле, и, прожив свою жизнь, покинули Землю.

          О.Н.: То есть вы хотите сказать, что и после своей смерти на Земле человек как бы существует, продолжает жить?

          М.Р.: Не “как бы”, а реально существует, живёт полной сознательной жизнью. Вас это удивляет?

          О.Н.: Совсем нет. Я верю в реинкарнацию, в продолжение жизни после смерти. Сейчас об этом много пишут. Кстати, я недавно прочитал книгу вашей коллеги Э. Баркер. Она называется “Письма живого усопшего”. Честно говоря, она произвела на меня впечатление.

          М.Р.: Да, можно сказать, что автор книги – моя коллега. Только жила она почти сто лет назад.

          О.Н.: Готовясь к нашей беседе, я вспомнил, что в Библии описано довольно интересное событие, которое, на мой взгляд, очень подходит к теме нашего разговора. Оказывается, ещё в древние времена иудеи осознавали, что существует определенная связь между миром живых и миром ушедших. Доказательством является контакт царя Саула с пророком Самуилом через женщину-медиума в Аэндоре. Библия сообщает об этом контакте максимально подробно. Вы не против, если я зачитаю этот отрывок?

          М.Р.: Пожалуйста.

          О.Н.: Итак, Первая книга Царств, 28, 7-15:

          7. Тогда Саул сказал своим слугам: сыщите мне женщину волшебницу, и я пойду к ней и спрошу её. И его слуги отвечали ему: здесь в Аэндоре есть женщина волшебница.
          8. И Саул снял с себя свои одежды и надел другие, и пошёл сам и два человека с ним, и они пришли к женщине ночью. И Саул сказал ей: прошу тебя, поворожи мне и выведи мне, о ком я скажу тебе.
          9. Но женщина отвечала ему: ты знаешь, что сделал Саул, как он выгнал из страны волшебников и гадателей; для чего же ты расставляешь сеть моей душе на погибель мне?
          10. И Саул поклялся ей Господом, говоря: жив Господь! не будет тебе беды за это дело.
          11. Тогда женщина спросила: кого же вывесть тебе? И отвечал он: Самуила выведи мне.
          12. И увидела женщина Самуила и громко вскрикнула; и обратилась женщина к Саулу, говоря: зачем ты обманул меня? ты – Саул.
          13. И царь сказал ей: не бойся; что ты видишь? И отвечала женщина: вижу как бы бога, выходящего из земли.
          14. Какой он видом? – спросил у неё Саул. Она сказала: выходит из земли мужчина престарелый, одетый в длинную одежду. Тогда узнал Саул, что это Самуил, и пал лицом на Землю и поклонился.
          15. И Самуил сказал Саулу: для чего ты тревожишь меня, чтобы я вышел?


          Отсюда можно сделать вывод, что иудеи тех времен достоверно знали, что человек продолжает жить после ухода. Он сохраняет полную память, интеллект, сознание, способность общаться с другими людьми…

          М.Р.: Вот видите, ничего необычного в этом нет.

          О.Н.: Контактёр и медиум – это не одно и тоже?

          М.Р.: Контактеры и принимают и передают информацию, а медиумы только принимают, а точнее считывают. Для того, чтобы принять информацию, надо чтобы кто-то эту информацию передавал. И тогда получается не просто прием и передача информации, но также и живой диалог между теми, кто участвует в контакте. Медиумы же считывают информацию с энергоинформационного поля планеты, с того плана, который известен на Земле, благодаря известному психологу Карлу Густаву Юнгу как Коллективное Бессознательное. Деятельность медиумов не однозначна. И неоднозначность не в достоверности или иллюзорности информации, а в той степени риска, который присутствует для психического здоровья самого медиума.

          О.Н.: А в чём может заключаться опасность для его здоровья?

          М.Р.: Надо понимать, что информация не является частью личности. Информация существует отдельно от человека, но предназначена человеку. И с любой информацией, откуда бы она ни поступала, необходимо что-то делать.

          Необходимо также понимать, что получение информации – это ответственность перед собой и перед теми, кому ты эту информацию передаешь дальше. Если мы что-то узнаем, мы должны это знание использовать для своей сегодняшней жизни. То есть знание должно быть прикладным, развивающим.

          А что делают медиумы? Они “вызывают духов”, чтобы с их помощью погадать на будущее, поворожить. И что происходит на самом деле? Каждый, кто покидает Землю, оставляет что-то наподобие энергетического отпечатка, в который вписан каждый прожитый день на Земле. Этот “отпечаток” и есть ячейка Коллективного Бессознательного.

          Медиум считывает энергию этого отпечатка, и эта энергия не только подавляет разум самого медиума, но и скачивает потенциал ячейки. Это значит, что человек, которому еще предстоит родиться на Земле, инкарнироваться, как мы говорим, родится со слабым энергетическим потенциалом и неизвестно, как будет складываться его судьба. Неизвестно, но понятно, что значительно тяжелее, чем могла бы, если бы не “нападение” медиума.

          Исполнение такой миссии, как общение с другими мирами, провоцирует не лучшие качества характера. Власть над эмоциями людей – это всегда манипуляция этими эмоциями. Манипуляция – амбиции – спекуляция. Малоприятная цепочка. В результате люди, которые интересуются необычными явлениями, которые стремятся к познаниям, не хотят ничего слышать о каких-либо контактах с другими мирами.

           В мире сейчас огромное количество шарлатанов или не совсем адекватных людей. Они стремятся реализовать себя любой ценой. Честно говоря, я избегаю представляться как контактер. Пользуюсь полученными знаниями, не объясняя, откуда они и говорю о себе, как о психологе.

          Если отвечать на ваш вопрос конкретно, то медиумическая практика приводит в результате к тому, что у медиума, попросту говоря, “едет крыша”.

          Либо в прямом смысле, от перегрузки, то есть, перенапряжения, либо в переносном - от вседозволенности и самомнения…

          О.Н.: Вот уж не думал, что медиум может навредить и себе и другим. Получается, если медиум вызывает дух Пушкина или Ленина, то он вредит им?

          М.Р.: Да. Тот, кто был Пушкиным должен будет инкарнироваться на Землю еще, но его энергоинформационную ячейку (эгрегорное поле) будет деформированным. Медиумы, просто скачают потенциал и обесточат будущую инкарнацию хозяина этой ячейки.

          О.Н.: Что такое вообще контакт? Как он происходит?

          М.Р.: В парапсихологических практиках эта техника называется “автоматическим письмом” или иначе: “психографией”. Я сажусь за стол, беру чистый лист бумаги, ручку и начинаю писать. Но пишу не совсем я…

          О.Н.: Вы хотите сказать, что когда вы пишете, то на самом деле, это не вы пишете, а кто-то водит по бумаге вашей рукой?

          М.Р.: Не совсем так. Как мне объясняли мои собеседники “оттуда”, в мой головной мозг поступают некие импульсы, которые активизируют определенный участок мозга, отвечающий за письмо. Мой собственный мозг под влиянием этих импульсов заставляет руку выводить тексты. Сознание мое при этом находится вне этого процесса. Я не осознаю, что пишу, если специально не сосредотачиваюсь. Даже если я и сосредоточилась и прочитала текст во время его написания, после окончания сеанса контакта я тут же забываю, что было написано моей рукой.

           О.Н.: Когда вы пишете, рука у вас не устаёт?

          М.Р.: Некоторые сеансы контакта длились по 7-9 часов с маленькими перерывами. Усталость, конечно, есть, но эта усталость вполне естественного происхождения.

          О.Н.: То есть, основные ваши инструменты – это ручка и бумага?

          М.Р.: В принципе, да. Однако, когда на контакте хочет присутствовать группа людей, а не один человек, то сеанс проводится уже не с помощью автоматического письма, а с помощью так называемой “бегущей строки”. Перед моими глазами просто бежит строка текста, которую я зачитываю вслух. Если вы представляете бегущую строку на экране телевизора, то это несколько похоже.

          О.Н.: Интересно… Я про такое раньше не слышал. В основном ведь контактёры получают информацию с помощью автоматического письма?

          М.Р.: Насколько я сама знаю, это действительно так. “Бегущая строка” - это недавнее “изобретение”. (Улыбается). Несколько лет назад я была в гостях у своих знакомых. Между ними разгорелся спор. В какой-то момент я почувствовала, что зрение моё сфокусировалось на пространстве передо мной, и на небольшом расстоянии от своих глаз я увидела бегущую строку. Таким образом, мне передавали информацию для участия в споре. Сначала я немного растерялась, но потом быстро адаптировалась к новому режиму работы.

          О.Н.: В принципе, понятно, но не совсем… Вы видите бегущую строку на стене, на фоне каких-то предметов, или эта строка прямо у вас в глазах? Я как-то с трудом это себе представляю…

          М.Р.: Всё гораздо проще. Вы когда-нибудь видели лазерное шоу?

          О.Н.: Да, видел несколько раз.

          М.Р.: На таком шоу делают дымовую завесу и на этот дым проецируют различные эффекты, фигуры и так далее. Если смотреть шоу на расстоянии, то дыма не видно, а видны световые фигуры, которые как бы висят в воздухе. Так и на контакте, я вижу бегущую строку, которая как бы висит в воздухе перед моими глазами. Представили?

          О.Н.: Примерно представил… А текст, как он выглядит?

          М.Р.: Сам текст написан русскими печатными буквами. Цвет букв – золотой.

          О.Н.: Вы знаете, я по профессии – компьютерщик. И вот мне в голову пришла идея. А не могут ли они передавать информацию сразу на компьютер, например, записывать в какой-то файл. Ведь писать ручкой – это наверно, очень скучно?

          М.Р.: Могли бы. Но зачем? Мотивируйте такую необходимость. (Улыбается). Моя деятельность не предполагает широкого охвата, тем более, коммерческого интереса, чтобы модернизировать, совершенствовать способ передачи.

          Это один аспект, а другой, пожалуй, самый важный – это ответственность. За передаваемую информацию здесь, на Земле, я несу ответственность. А если информацию будет передавать компьютер, то кто будет отвечать? Можно сравнить лечение у опытного врача и самостоятельное лечение по медицинской энциклопедии.

          О.Н.: Тогда будем считать моё предложение – шуткой. А как начинается сам контакт? Вам заранее говорят, что в определённое время нужно сесть за стол, взять ручку и бумагу?

          М.Р.: Обычно именно так и происходит. В конце сеанса договариваемся о времени следующего контакта. Мне надо к обговоренному времени сесть за стол, взять ручку, бумагу и сосредоточиться на вопросе или теме. И через какое-то время рука теряет чувствительность, появляется ощущение, будто кто-то сверху моей руки положил свою руку и начал выводить моей рукой строки. Есть и второй вариант. Это чаще происходит, когда я принимаю ответы, набирая текст на компьютере. Окружающая реальность отступает и появляется строчка, которую мне нужно просто набрать на клавиатуре.

          О.Н.: Насколько я знаю, у вас большой контактёрский опыт…

          М.Р.: В январе 2006 года будет ровно 20 лет моей деятельности.

          О.Н.: Да… Солидный стаж. Можно сказать, что вы – ветеран своей работы. А вы помните, как это было в первый раз?

          М.Р.: Конечно, помню. Как будто это было вчера. Но вот рассказывать об этом не люблю. Все начиналось с такой ерунды, которую неудобно пересказывать, и из-за того, что выглядит это мало серьезно, и из-за того, что могут появиться желающие повторить этот опыт, а он не безопасен.

          Все начиналось с того, что маленькая группа людей села в крещенский вечерок и решила вызвать духов. Но, с вашего разрешения, я не буду подробно описывать технологию…. Это не важно на самом деле. Наши Высшие Друзья просто воспользовались этим обстоятельством. Потому нельзя утверждать, что это я или мы вышли на контакт. Это они использовали технику медиумического сеанса.

          О.Н.: Вы использовали какие-то специальные приспособления, например, маятник, блюдце, что-то ещё?

          М.Р.: Медиумический круг, свечи и блюдце…

          О.Н.: Какими были Ваши первые впечатления? Наверно, вы растерялись?

          М.Р.: Растерянности не было. Это был скорее восторг с небольшой примесью жути. (Улыбается). Ведь не сразу я начала писать. Вначале было, как вы поняли, блюдце. И читать приходилось мне. Я была сосредоточена на том, чтобы не пропустить ни единого слова.

Олег Даль          О.Н.: Вы сразу поверили в то, что на контакт действительно вышел Олег Иванович Даль?

          М.Р.: Вопрос так не стоял. Олег Иванович никому из нас не был лично знаком. Все его знали как актера, но, честно говоря, фанатов тоже не было. Потому - действительно это Даль или это не Даль…. Какая разница? Главное – не Кто говорит, а Что говорят. Мы были поглощены содержанием бесед, а не авторством.

          Когда говорю: “Мы”, я в общем-то, имею в виду остальных участников сеансов. Я не очень-то на самом деле проникалась происходящим.

          Во время сеансов мое сознание было в каком-то полузабытьи, в отстраненном состоянии и, честно, говоря, большую часть времени я пребывала в состоянии ожидания: когда сеанс закончится и можно будет заняться своими, мне интересными, делами. А вот окружающие – они очень скоро стали жить от сеанса к сеансу.

          О.Н.: Как к этому отнеслись остальные присутствующие?

          М.Р.: Объединило их одно чувство: восторг от того, что можно узнавать массу интересного и полезного о себе, о мире, о жизни. Но подходы и сомнения у каждого были свои, и? забегая вперед, скажу, что каждый разрешил свои сомнения и обрел новый смысл.

          О.Н.: До этого не замечали ли Вы за собой каких-то паранормальных способностей?

          М.Р.: И сейчас я не считаю, что обладаю паранормальными способностями в большей степени, чем все остальные люди.

          О.Н.: Может быть Вы увлекались эзотерикой?

          М.Р.: Нет. Более того, и сейчас я не люблю эзотерическую литературу.

          О.Н.: Как дальше развивались ваши контакты с Олегом Далем?

          М.Р.: Олег Иванович рассказал нам много интересного о жизни после жизни, о предназначении Земли, о том, где и каким образом искать смысл жизни. Он помог правильно отнестись к тому, что происходило в мире…

          Я просто не смогу перечислить всех тем, которые затрагивались на контактах. Но практически каждый сеанс Олег Иванович завершал тем, что просил подумать нас об организации базы, где мы бы могли работать над задачами, которые нам будут поставлены. И просил эту базу организовать в северо-западном регионе России.

          Это означало, что мне и маме надо было для начала переехать из Армении в Россию. Что было очень не просто, учитывая то, что у нас была налажена жизнь, быт в Ереване, а в России начинать что-то не представлялось возможным. Потому мы обещали выполнить просьбу Олега Ивановича, если только появится хоть малейшая возможность. И контакты продолжались…..

          О.Н.: Как к этому относились другие люди, которым Вы рассказывали о таком контакте?

          М.Р.: В самом начале, конечно, не терпелось поделиться со всеми – знакомыми и незнакомыми – происходящим у нас. Я сама считала просто необходимым рассказывать всем о том, что смерти нет. Мне казалось – это так важно донести и так радостно услышать! Но подобные инициативы быстро сошли на нет, так как лишь очень маленькая часть выслушала все с уважением и интересом.

          Большинство поделилось на два фронта. Один фронт скептически ухмылялся и вспоминал все познания из области психиатрии, желая поставить диагноз, а второй фронт начинал околобогословские тексты на тему греха и праведности, и что верить надо только в Христа…. И понять - при чем здесь это - было сложно, но ощущение оставалось такое, будто тебя уличили во всех грехах сразу.

          Но все-таки были те, кто не просто проявил интерес, но для которых эта информация оказалась спасением. Это были люди, которые потеряли своих близких.

          О.Н.: Насколько я понимаю, люди оставшиеся на Земле, могли через вас пообщаться со своими умершими родственниками?

          М.Р.: Да. В самом начале вся моя деятельность была посвящена в первую очередь именно возможности дать людям понять, что их близкие не покинули их, а просто “переехали” жить в другое место, другое пространство.

          О.Н.: В какой степени правильно изречение: не троньте Души усопших?

          М.Р.: Может быть, вызову смятение у мнительных товарищей, тем не менее, на все 100% это соответствует действительности. Души ушедших нельзя трогать.

          Во-первых, потому, что это невозможно, в принципе.

          Во-вторых, если говорить о каких-то возможностях общаться с ушедшими, то это все-таки лучше осуществлять с профессионалом, а точнее через профессионала. В Абреноцентре для этого есть специальные сотрудники. Они выступают в роли посредников, помогают человеку сориентировался, нужно это ему или нет. Хочет он этого, или не хочет.

          Они всегда просят: ждите, пока вас призовут, когда к вам постучатся. Призывать человека в Абреноцентр для общения лучше не нужно. Такое общение может физически сказаться на человеке. Не забывайте, что там такие же люди и какие-то потрясения могут вызвать у них осложнения.

          Есть ещё один аспект – такое общение не имеет смысла. Все равно вы встретитесь со всеми, кто покинул вас. Надо учиться просто терпеть. А там уже как получится.

          О.Н.: Другие люди приходили к Вам на сеансы контакта?

          М.Р.: Конечно. За эти годы таких людей, которые побывали на контакте, наберется наверное не менее тысячи.

          О.Н.: Кто-то из известных людей выходил с Вами таким образом на контакт?

          М.Р.: Да. Но мне бы не хотелось всуе произносить их имена. Сегодня мы постоянно общаемся с Олегом Далем, Мишелем Монтенем, Петром Ильичом Чайковским. Есть и другие, с кем мы общаемся, но их имена вам ничего не скажут.

          О.Н.: Как Вы думаете, зачем это было им нужно?

          М.Р.: Я могу вас пригласить на сеанс контакта, и вы сами их об этом спросите. (Улыбается).

          О.Н.: О! Спасибо за предложение. Мне, разумеется, и самому интересно побывать на одном из таких контактов. Но вы, наверно, тоже задавали им такой вопрос, с какой целью они передают вам эту информацию? Ведь не вы же были инициатором этих контактов, а они?

          М.Р.: Сложно ответить на этот вопрос коротко. Необходимость выйти на контакт вызвана двумя причинами. Частной и общей.

          В самом начале контакта, а это было, как я уже говорила, без малого 20 лет назад, речь шла о том, что люди, которые покидают Землю раньше времени, не успевают отработать все отрицательные энергии, которые приносят со своей родины, из других цивилизаций, на Землю. И вынуждены достаточное время находиться в околоземном пространстве, которое позволяет продолжить и завершить работу по “очистке”. В этом околоземном пространстве, в ином измерении и находится Абреноцентр. И вот такое общение позволяет им более динамично освободиться от тяжелого энергетического груза. Таким образом, мы – поддерживающие контакт с ними, помогаем им.

          Это частная задача, которая не очень-то выдерживала критику, но мы ею удовлетворялись. Тем более, что Олег Иванович часто говорил, что они не могут нам выдавать “на гора” всю информацию. Только постепенно, дозировано. И просил не спешить. Вот мы и не приставали особенно с такими вопросами. Было так интересно, что нам было не очень-то важно – зачем им это общение, значительно важнее было, чтобы они не отказались от него и мы бы могли продолжать общаться.

          Во вторую задачу нас посвятили значительно позже. Точнее говоря – недавно. Но как раз это объяснение и сложило всю мозаику этих 20 лет в единую, логичную картину. Не буду об этом говорить сейчас, вы постепенно все поймете сами, скажу только, что на Земле сейчас очень много маленьких групп, работающих под управлением ВЦ. И работа этих групп направлена на выравнивание энергетического баланса планеты. Как, каким образом – давайте об этом поговорим чуть позже… (Улыбается)

          О.Н.: Вы упомянули термин, который я раньше не слышал – Абреноцентр. Что это такое?

          М.Р.: Так они называют Институт по связи ВЦ с Землей.

          О.Н.: То есть это какая-то организация, какое-то место, откуда представители внеземных цивилизаций передают вам информацию?

          М.Р.: Можно сказать так. Как ответил Олег Иванович – Абреноцентр – это институт связи с инкарнационными планетами, в задачу которого входит не только поддерживание отношений с землянами посредством таких контактеров как я, но и разработка инкарнационных программ, организация перехода в земной мир, и организация возвращения с Земли и последующая адаптация. И многие другие задачи, которые мы сейчас не можем постичь.

          О.Н.: Где находится Абреноцентр?

          М.Р.: Долгое время мы думали, что общаемся с дельтой Лебедя. Олег Иванович нас не разочаровывал, но позже все-таки сказал, что расстояние не позволило бы передавать так четко сигнал, и Абреноцентр находится недалеко от Земли. В так называемом параллельном пространстве. Есть специальные порталы, которые позволяют передавать информацию, перемещать несложные объекты, редко, но и переходить людям. Известная всем эзотерикам Шамбала – это не какой-то мир, а центральный портал, связующий Землю с Абреноцентром Сириуса.

          О.Н.: Можно ли как-то проверить, что на контакт выходит именно тот человек, которым он представляется?

          М.Р.: Можно, но нужно ли? Я повторю: разве так важно авторство? Мне кажется важна информация. А то, что информация качественная и приносит только Добро – это, уж извините, проверено временем и теми, кто общается на контактах не разово, от случая к случаю, а постоянно и годами.

          О.Н.: Не было ли у Вас желания бросить всё это?

          М.Р.: Я делала несколько попыток “отойти от дел”, но возвращаясь в обычную жизнь, понимала, как это скучно и неинтересно жить исключительно материальными проблемами, а досуг заполнять суррогатом душевности и духовности.

          Мое занятие не мешает быть нормальным человеком с нормальными обычными интересами, но привносит еще и то, что можно назвать Высшим Смыслом. Это то, к чему, наверное, стремится каждый, а я уже имею. И отказаться – это быть просто неблагодарной. Это я поняла после всех раздумий, колебаний и экспериментов.

          Хотя, не могу сказать, что жизнь контактера проста и незатейлива… (Улыбается). Со стороны кажется, что нет ничего особенного в том, что можно взять ручку и писать часами в любое время дня и ночи. Проще тем контактерам, которые работают только в эпистолярном жанре и на малое количество людей, заведомых сторонников. Я наблюдала такую работу.

          Собирается человек пять, зачитывают вслух то, что написал накануне контактер, и за чашкой чая ведут неспешные беседы на духовные и околодуховные темы. Моя работа сложнее по затратам, так как проходит в режиме “он-лайн”, в режиме реального времени, выражаясь современным языком. Затраты я имею в виду энергетические и моральные.

          О.Н.: Это как-то сказывалось на Вашем самочувствии?

          М.Р.: Любая ненормированная работа сказывается на здоровье. Я не могу себя назвать абсолютно здоровым человеком, но и говорить о том, что контактерская работа “иссушает” меня… Смешно… (Улыбается).

          Мне часто говорят, что надо внимательнее относиться к режиму жизни, питанию, бросить курить…Но! Я – человек и, – увы – далека от совершенства! (Улыбается). Особенно много удивления вызывает мое курение. Дамы бальзаковского возраста и военные в отставке (именно они – основные посетители всяческих эзотерических тусовок и склонны к мистическому) возмущаются: “Вы – контактер! Духовный человек! Как вы можете курить?”. Это отдельная тема, набившая уже оскомину, но до сих пор остающаяся не раскрытой полностью.

          Я - не духовный человек. Я – обычный человек. Просто слышу и вижу то, что не слышат и не видят другие. Это первое. И второе: не считаю, что духовность определяется здоровыми органами и системами нашего бренного тела. Не надо бы путать Тело и Дух. Именно Дух определяет здоровье, а не наоборот. (Улыбается).

          О.Н.: Насколько я знаю, вы были участником довольно неординарного события. Я говорю о визите на Землю Олега Ивановича Даля. В каком это было году?

          М.Р.: В июне 1986 года.

          О.Н.: Олег Даль умер в марте 1981 года, если мне не изменяет память. Получается, что спустя 5 лет он вновь появился на Земле?

          М.Р.: Появился на очень недолгие 40 минут. Именно 40 минут и длился визит.

          О.Н.: Кто был инициатором этого визита?

          М.Р.: Скептиков всегда было более, чем достаточно, но в самом начале контакта на сеансах стал постоянно участвовать человек, чей скептицизм перешел все границы. (Улыбается). Он без устали просил, требовал от Олега Ивановича каких-нибудь реальных доказательств. При этом его не устраивали доказательства, которые можно было отнести к проявлениям каких-то способностей, как, например, телепатия, телекинез или совпадениям или случайностям. Человек от науки – ему нужна была чистота предъявляемого доказательства. И таким доказательством он считал только встречу со своим другом, который ушел с Земли (то есть, в том нашем понимании умер) много лет назад и самим Олегом Ивановичем Далем. Вот он и предлагал настойчиво такую встречу. Олег Иванович не сразу, но согласился. При этом в обмен попросил обещать в дальнейшем содействие в организации базы.

          О.Н.: Вы сразу же согласились присутствовать на этом визите?

          М.Р.: Согласия никто не спрашивал. Во-первых, как без контактера, то есть без возможности связаться, можно обойтись, а во-вторых, если бы вам предложили “пощупать чудо руками” - вы бы отказались?

          О.Н.: Думаю, что не отказался бы… Не было ли у Вас каких-либо опасений?

          М.Р.: Только одно: что это грандиозный розыгрыш непонятного происхождения и никакой встречи не будет. С таким настроением все мы и отправлялись на встречу, рассудив, что если встречи и не будет, то зато отдохнем…

          О.Н.: Где происходил визит?

          М.Р.: Место как раз для отдыха и располагало. Гагринский район, пос. Пицунда, Рыбзавод, улица политрука Норадзе, д.12. До сих пор помню этот адрес. Он был именно так продиктован Олегом Ивановичем. Дом был практически на берегу моря, рядом с погранзаставой, что нас несколько удивило… В нашем воображении, воспитанном на фантастике, рисовалась картинка визита, как что-то типа “прилетит летающая тарелка, приземлится, из нее выйдут люди в скафандрах”…. А тут рядом погранзастава… (Улыбается).

          О.Н.: Кто ещё кроме Вас участвовал на этой встрече?

          М.Р.: Всего нас было, кроме меня, 7 человек. Я была самая младшая. Остальные – люди взрослые, умудренные опытом, образованные, не склонные к мистицизму. Потому говорить о массовой эйфории, самопрограммировании, самогипнозе не приходится.

          Всем хотелось чуда, но все на 99 % не верили в возможность. Неверие исключает состояние самотранса. Разность уровня сознания и интеллекта, разность темпераментов также не оставляет возможности считать, что мы заранее себя как-то настроили и впали в особое состояние. Этим объяснением я пытаюсь сразу же исключить сомнения по поводу, не явились ли мы все жертвой массовой галлюцинации.

          Понимаете, чтобы впасть в такую галлюцинацию, нужно, чтобы были предпосылки, готовность. И если бы мы были восторженными, лишенными каких-либо сомнений людьми, то любой шорох бы были склонны относить к проявлению чего-то чудесно-мистического, а там и до галлюцинаций, гипноза не далеко. Но мы, я еще раз повторю, были более склонны отвергнуть чудесное, нежели принять.

          Подсознательно всегда понимаешь, что появление в твоей жизни чего-то, что не укладывается в привычные схемы и рамки, не столько радует и облегчает жизнь, сколько наоборот, обязывает и делает тебя ответственным. Куда комфортнее жить в привычном, понятном мире, чем столкнуться с миром непонятным и адаптировать себя к этому новому миру. Потому с одной стороны нам, конечно же, как любым нормальным людям, хотелось удивиться, соприкоснуться с неизведанным, а с другой стороны, не было желания как-то менять мировоззрение, убеждения. Это в основном касалось не меня, а остальных участников встречи. Я, честно говоря, особенно не обдумывала перспективы встречи, и чем может закончиться визит или его провал.

          О.Н.: Как начинался сам визит? Вы, наверно, ждали прилёта летающей тарелки или чего-то подобного?

          М.Р.: Не было никаких летающих тарелочек, и людей в скафандрах. По заранее обговоренной договоренности мы сидели в комнате на первом этаже дома. Дверь, выходящая на улицу была открыта. Раздались шаги, и в дверь вошли Олег Иванович Даль и мой отец, который и был другом нашего скептика. Отец мой умер в 1967 году. Мне тогда было полтора года.

          Вот так обыденно и пришли к нам инопланетяне… (Улыбается).

          О.Н.: Какие были ваши первые впечатления?

          М.Р.: Как описать эмоции? Не берусь описывать эмоции других, но у меня было стойкое ощущение ирреальности происходящего, восторга и жути одновременно. Сложная гамма… (Улыбается).

          О.Н.: Какова была реакция остальных?

          М.Р.: Мама моя, будучи человеком весьма уравновешенным, при виде своего мужа, умершего много лет назад, просто лишилась чувств, кто-то кинулся к ней, помочь придти в себя, кто-то воскликнул: “Ой, мамочки”, кто-то “ни фига себе!” (Улыбается). То есть, реакции были стандартные для выражения крайней степени неожиданного удивления.

          О.Н.: Как вели себя визитёры?

          М.Р.: Спокойно, улыбались. Олег Иванович практически сразу предложил не создавать ажиотажа, а “пощупать”. Так и сказал: “Ну что? Не верите? Ну, пощупайте!” И протянул руку. Говорил это с улыбкой, весело. Пощупали. (Улыбается). Первым это сделал как раз тот скептик, который и был инициатором визита.

          О.Н.: О чём они говорили?

          М.Р.: На этот вопрос, я к сожалению ответить не смогу. Меня просто попросили выйти и посидеть во дворике при доме, посчитав, что я слишком еще молода для участия в разговоре. И потом, после визита, сколько я не пыталась добиться рассказа от остальных – все свято хранили обещание, данное Олегу Ивановичу, никому ничего не говорить ни о визите, ни о разговоре.

          Сейчас уже все участники визита с нашей стороны, кроме меня, естественно, находятся на той стороне.

          О.Н.: Какова была цель их визита?

          М.Р.: Как я понимаю сейчас – цель была одна: не нам что-то доказать, а своим появлением как раз не дать возможности жить по-старому. Тот, кто все-таки вытеснил визит из сознания и продолжал жить как жил раньше – тот очень быстро оказался вне земной жизни, проще говоря – умер. Остались в результате мама и я. Мама ушла в 2003 году. А я с тех пор так и работаю “связистом”. (Улыбается). Связистом нашего мира с миром другим, тоже нашим, но на время земной инкарнации – забытым.

          О.Н.: Можно ли ещё раз организовать такой визит?

          М.Р.: Вопрос не ко мне. (Улыбается). Но как-то Олег Иванович отвечал на этот вопрос и сказал: “Обоснуйте необходимость, тогда будет предмет для переговоров”. Никому не удалось с тех пор обосновать. Все же сводится к вопросу доказательств, а Олег Иванович на такое обоснование отвечает: “А почему вы считаете, что мы нуждаемся в вашей вере? Это скорее вы нуждаетесь в нашей вере в вас”….

          О.Н.: А можно ли самому сходить на экскурсию в АЦ?

          М.Р.: Зачем торопиться? Организовывать экскурсии, тратить огромное количество ресурса энергии? Все равно мимо Абреноцентра мы не пройдем. (Улыбается).

          О.Н.: А что значит “не пройдём”?

          М.Р.: После смерти физического тела на Земле мы оказываемся как раз в Абреноцентре, в адаптационном отделе. Там мы приходим в себя от такого перемещения, дорабатываем, если наш уход с Земли преждевременный, и потом уже возвращаемся к себе домой. Домой – это туда, в ту цивилизацию, из которой мы родом. Но это отдельная тема для разговора…

          О.Н.: Как ушли гости? Они исчезли, растворились?

          М.Р.: После того, как встреча в доме закончилась, все вышли во дворик, и пошли в сторону моря. Идти было очень недалеко. Когда вышли на берег, Олег Иванович попросил всех отойти от них на несколько шагов. Мы отошли. Через небольшое время между нами и ними как будто стала образовываться водная стена, она поглотила изображение на какой-то миг, потом все рассеялось и никого не было уже рядом.

          О.Н.: Что Вы чувствовали после визита?

          М.Р.: Опустошенность. И чувство неприятное – будто мы все обнаружили крайнюю степень эгоизма и самовлюбленности.

          О.Н.: А в чём заключался эгоизм?

          М.Р.: Такое было впечатление: будто мы дети, которым “вынь да положь” желаемое. И все равно, какой ценой далось это “положь” тем, кто взялся выполнить нашу, в общем-то, прихоть. Думали только о себе, о своем желании, а не о тех, кто взялся это желание исполнить. Потом я услышала от одной участницы визита, тети Зины. Она говорила по телефону с приятельницей, на следующий день после встречи, и с восторгом поделилась: “Отдохнули замечательно. И чудо видели!”

          Не знаю, сложно передать это ощущение.

          О.Н.: А какие были впечатления у остальных?

          М.Р.: Никому не хотелось общаться. Все хотели разъехаться побыстрее по домам и забыть, что произошло.

          О.Н.: Интересно, почему?

          М.Р.: Всем было неловко. Я думаю, что все себя ассоциировали так же с эгоистичными детьми, которым захотелось чуда. Ну получили…. И что? Понимаете, это моральный аспект, который на уровне ощущений и объяснить это очень сложно…

          О.Н.: Как другие люди отнеслись к вашему рассказу о визите?

          М.Р.: Я редко рассказываю о визите. И только тем, кто уже познакомился с контактом, с той информацией, которая поступает по контакту. Как правило, тогда уже сам факт визита уже носит второстепенное значение. Люди понимают, что куда важнее общение, чем просто придти и увидеть.

          О.Н.: Кстати, похожий эпизод я нашёл и в Библии, в Новом Завете. Иисус Христос для своих учеников Петра, Иакова и Иоанна проводит своеобразный контакт с уже ушедшими людьми, на который пришли пророки Моисей и Илья. Вы позволите зачитать?

          М.Р.: Да, конечно.

          О.Н.: Евангелие от Луки, 9, 28-36:

          28. После этих слов, через восемь дней, взяв Петра, Иоанна и Иакова, Он взошёл на гору помолиться.
          29. И когда молился, вид Его лица изменился, и Его одежда сделалась белой, блистающей.
          30. И вот, двое мужчин беседовали с Ним, которые были Моисей и Илия;
          31. явившись во славе, они говорили о Его исходе, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме.
          32. Пётр же и бывшие с ним были отягчены сном; но, пробудившись, увидели Его славу и двоих мужчин, стоявших с Ним.
          33. И когда они отходили от Него, Пётр сказал Иисусу: Наставник! нам хорошо быть здесь; сделаем три шатра: один Тебе, один Моисею и один Илии, – не зная, что говорил.
          34. Когда же он говорил это, явилось облако и покрыло их своим блеском; и устрашились, когда вошли в облако.
          35. И был из облака голос, говорящий: Это – Мой возлюбленный Сын, Его слушайте.
          36. Когда был этот голос, Иисус остался один. И они умолчали, и никому не говорили в те дни о том, что видели.


          М.Р.: Да. Похоже на визит…

          О.Н.: Поэтому лично я в вашем рассказе ничего необычного не нахожу. Тем более, что и в Библии, авторитет которой безусловен, есть подобное описание.

          М.Р.: Я знаю, что этот визит был. А верят мне или нет – это уже дело второе.

          О.Н.: Контакты после визита продолжились?

          М.Р.: Через месяц заболела одна из участников контакта. Жена этого самого скептика. Скептика звали Виктор. Вот Виктор и приехал к нам с мамой в Ереван и попросил общения с Далем.

          В свое время, в самом начале, в январе Олег Иванович спас Виктора от неминуемой смерти, вытащил его из очень страшного недуга. Памятуя это, Виктор и прибыл с просьбой.

          Олег Иванович согласился помочь, но с условием, что Виктор – врач по образованию и по профессии – не будет вмешиваться. В начале Виктор согласился. Дело у его жены пошло на улучшение, но так как все рецепты от Олега Ивановича носили очень странный характер, Виктор еле сдерживался. Когда же наметилось стойкое улучшение, он заявил, что эффект психотерапевтический достигнут и на его фоне надо переходить к более серьезным действиям. Олег Иванович сказал, что переход будет означать, что инкарнация закончится. Переход будет просто возвратом.

          Виктор не согласился. Тогда Даль ответил: “Я умываю руки”. Жена Виктора умерла. С тех пор Олег Иванович выходил на связь только к нам с мамой и тем людям, которые приходили через нас. Московских наших друзей он стал игнорировать, и мы в скором времени практически перестали общаться. Не было времени. Было много народа и многочасовые контакты не оставляли возможности на какое-либо общение вообще….

          О.Н.: На какие темы Вы общались?

          М.Р.: Нет такой темы, на которую бы не общались. Потому я не берусь перечислять. (Улыбается).

           О.Н.: Я уже давно отметил некоторую особенность Санкт-Петербурга. Вы не знаете, почему именно в Питере такое большое количество эзотерических школ?

          М.Р.: Мне кажется потому, что Санкт-Петербург – это город, который не забыл, что кроме денег и власти есть более важные и могущественные ценности. В Москве, например, все проникнуто только вопросами материальной гонки. Петербург – как был, так и остается символом культуры нации.

          А какая культура без вечных вопросов, без жажды духовного, красивого, трагичного? Эта жажда - всегда поиск. Люди ищут что-то более значимое, чем деньги и слава и объединяются в духовные и религиозные общества. Питерцы – ищущие люди. Не в обиду остальным, конечно. Я не являюсь петербурженкой, потому могу говорить непредвзято.

          О.Н.: Вы общаетесь с другими контактёрами?

          М.Р.: Сейчас уже нет. В самом начале мне довелось встречаться с людьми, называющими себя контактерами. Все транслируют, в принципе, одно и то же. Призывают к тому, к чему призывают Библейские заповеди, иногда стращают концом света. Подписи под такими воззваниями самые что ни на есть авторитетные – диктуют и сам Господь Бог, и Иисус Христос, и Дева Мария и все святые и Учителя – Сен Жермен, Эль Мория…. Голова кругом… Как-то странно все это…

          Я ни в коем разе не хочу сказать, что такими способностями, как я больше никто не обладает. Нет. Я не об этом. Многие владеют и автоматическим письмом, и способностью принимать информацию в измененном состоянии сознания, что-то видят, что-то слышат… Но очевидно, что не надо путать деятельность контактера и человеческую сущность контактера. Для многих подобная деятельность служит возможностью самореализации. И реализовывается не что иное как характер контактера, и все будет зависеть как раз от этого фактора. Кто перед вами предстанет – вещающий гуру, сосредоточенный на себе, отстраненный эгоцентрик или восторженный, эйфоричный дилетант. Тексты-то одни и те же, а вот подача….

          Для меня деятельность контактера ничем не примечательнее деятельности врача, психолога, юриста, слесаря, упаковщика на хлебозаводе…. Люди делают то, что умеют, а профессионал – это тот, кто делает то, что умеет и делает это предельно хорошо, и старается не стоять на месте в личностном плане и в профессиональном.

          Я как раз все эти двадцать лет настаиваю на том, чтобы мне не приписывали несуществующих достоинств и не призывали меня к тому поведению, которое принято считать “поведением духовного человека”. Это мое настаивание избавило меня от карьеры ясновидящих, целителей и прочих волшебников, рекламой которых пестрят все мало солидные издания и от карьеры автора новой религии, типа Виссариона.

          С одной стороны – это хорошо с точки зрения честности и порядочности в отношении людей, а с другой стороны – та информация, которую я получаю, не становится доступной массам и не работает так, как могла бы работать в принципе, помогая не десяткам людей как сейчас, а сотням. Нет промоушена. (Улыбается).

          О.Н.: Как я понимаю, контактёр обладает какими-то способностями, которых нет у других людей. А как можно охарактеризовать эти способности? Это умение чувствовать какие-то вибрации, энергии, это нестандартное сознание, мозг, разум, что-то еще? Благодаря какому своему качеству контактёр всё-таки может принимать информацию?

          М.Р.: Трудный вопрос. Олег Иванович, отвечая на схожий вопрос, как-то сказал, что мозг контактера в отличие от мозга обычного человека, немного иначе устроен. И это устройство относится не к физическому или функциональному строению, а энергетическому. Энергетика мозга контактера более восприимчива и подвижна, что позволяет встраивать энергию мысли (ментальную энергию) в биологическую энергию головного мозга. А дальше уже сам мозг расшифровывает ментальную энергию, и она образует мысли и слова, которые ложатся на бумагу, или высвечиваются на внутреннем экране.

          О.Н.: Вы можете общаться с представителями других цивилизаций. А почему все желающие не могут общаться с ними напрямую, без посредников?

          М.Р.: Это зависит не от нашего или моего желания, а от необходимости кураторов Абреноцентра. Потому имеет смысл этот вопрос задать на голосовом контакте.

          О.Н.: А можно ли развить способности контактёра?

          М.Р.: Можно. Но прежде, чем ставить перед собой такую цель, надо очень четко понимать – зачем вам эта способность, как вы ею собираетесь пользоваться. Имеете ли вы представление о том, что вы должны делать с той информацией, которую получите, и готовы ли к сложностям, трудностям, ответственности, которые обязательные сопровождающие аспекты контактерской деятельности.

          О.Н.: То есть человек должен задать себе вопрос, готов ли он заниматься контактёрской деятельность профессионально, готов ли он полностью посвятить себя другим?

          М.Р.: Да.

          О.Н.: Как можно развивать эти способности?

          М.Р.: Труд, труд и ещё раз труд. Труд вместе с обучением. Мастерство приходит с опытом. Необходим только практический опыт.

          О.Н.: Есть какие-то отличия между профессиональным контактёром и начинающим?

          М.Р.: Конечно есть. Профессиональный контактёр умеет предоставлять свое сознание как часть контактного сенситивного канала. То есть информация не пропускается через сознание, а, наоборот, сознание – становится частью информации.

          У начинающих контактёров разделены канал связи и ее сознание. Пока нет опыта, сознание либо наблюдает за каналом, за поступающей информацией и взывает к жизни лишние эмоции, либо начинает вмешиваться и подставлять собственное личностное восприятие этой самой информации. Появляются искажения. Иногда большие, иногда незначительные.

          Профессионал же своим сознанием не вмешивается.

          О.Н.: У меня к вам ещё много вопросов, но время уже позднее. Большое спасибо, что уделили мне время. Даже не предполагал, что узнаю столько интересного.

          М.Р.: Спасибо и вам. В вашем лице я нашла интересного собеседника. А знаете что… Если у вас остались ещё вопросы, то давайте встретимся в ближайшие выходные на нашей загородной базе. Я вас приглашаю туда. Там времени для общения будет больше и я смогу ответить на все ваши вопросы. И вполне возможно, что там будет голосовой контакт, и вы сможете принять в нём участие. Как вам моё предложение?

          О.Н.: С удовольствием его принимаю.

          М.Р.: Вот и договорились.

На содержание                               Продолжение
 

Добавить комментарий Сообщение модератору


Защитный код
Обновить